Лений
Шрифт:
– Рассказывай, что здесь было.
Рене отвечает не сразу.
– Почти сразу, когда ты ушел, появился этот, как ты его назвал, Ван. Ты сказал, что я не должна сопротивляться, поэтому я не особо пыталась. Но когда я поняла, что его интересует немного не то, к чему я привыкла, я не сдержалась. Вмазала ему хорошенько. Я не знаю, совершенно не понимаю, как ему удалось меня связать. Ты сказал, что надо было поддаться. Но я выпускница обители, я воин. Я сражалась. Но меня обыграли. Это ужасно. Поражение и унижение.
Рене всхлипывает.
– Это первый и
– Все нормально. Пока что все кончилось. Если бы ты сама переместилась, то Ван непременно бы пошел к Валее и сказал бы, что инициацию ты не прошла. Обещаю с ним поговорить. Если я буду находиться рядом с тобой, то никто не сможет тебя отыметь. Потому что я могу запретить. Я не могу командовать только Валеей и, к сожалению, Ваном. Сейчас ты просто на моей территории. Сам тебя отвезу и заберу. Все будет хорошо. Плакать больше не придется. Честно. Ладно, я закончил. Полежи еще немного.
Я достаю очередную сигарету и иду к окну. Стою там минут десять, давая время Рене прийти в себя. Решаюсь заговорить, чтобы отвлечь ее:
– А как вы с Алисой определяете, когда кто появляется?
– Договоренность по дням недели, – неохотно отвечает Рене. – Мы организовали жизнь по расписанию. Иногда это удобно.
– Но сегодня вы поменялись просто так. Как это произошло?
– Выходит так, что каждая из нас имеет что-то вроде своего спектра эмоций. Я почти всегда была с Алисой, но вышла из тени только тогда, когда ей впервые понадобилась помощь. Я ее защитник. А она не может держать себя в руках, нести ответственность за свои поступки, постоянно истерит и ревет. А если что-то идет не так – выкуривает траву забвения и уходит в тень. Приходится выходить мне и исправлять ее ошибки. Иногда это бывает ох, как нелегко, – я вижу, как Рене начинает поглаживать шрамы на руках, будто бы они резко начали саднить. Затягиваюсь и спешу прервать ее:
– Стоп. Сегодня в зале Алиса ничего не курила, но ты все равно появилась.
– Это стрессовая ситуация. Если непривычные эмоции зашкаливают, мы можем меняться и без каких-то дополнительных средств. Именно в состоянии стресса могу появиться я, чтобы защитить Алису.
– А Алиса видит сейчас, что ты делаешь?
– Нет, Алиса не видит, что делаю я. Но я почти всегда вижу, что делает она. Если, конечно, Алиса себя ничем не накачает.
Не нахожу, чего бы ответить. В комнате повисает молчание.
– Нам пора, – говорю и оборачиваюсь. Рене смотрит на меня как-то безучастно.
Иду к столу, забираю свои-черточка-ее-новые вещи и кладу их перед Рене.
– Одевайся. Куда же подевалась та девица-воин, которая так браво раскидала всех наших в зале?
– Никуда.
– Тогда вставай. Ничего не изменилось. Это была самая легкая часть.
Рене садится, оборачивается и злобно на меня смотрит. Полный ненависти взгляд вернулся. Ладно, это все же лучше, чем если бы она снова плакала.
– Уже одеваюсь.
Рене достаточно быстро одевается и спихивает беспорядочно
– Идем.
– Пошли, – говорю я, выхожу и снова затягиваюсь.
– Если ты не забыл, я телепортер. Могу перенестись сама отсюда, – говорит у меня за спиной Рене. Я останавливаюсь, поворачиваюсь. Затягиваюсь. Оценивающе смотрю на нее. Рене стоит, уперев руки в бока, смотрит на меня как на дурачка какого-то.
– Вместе со мной сможешь переместиться? Силенок хватит?
– Несколько раз смогу, потом нужен будет отдых.
– Отлично, – говорю и протягиваю ей руку. – Перемещай к своему дому. Рене берет мою руку и ухмыляется. Я успеваю обернуться и увидеть за своей спиной опешившего Вана, после чего пространство перед моими глазами заволокло пеленой. Еще секунда – и мы уже стоим у какого-то дома не в самом лучшем районе города. Об этом можно судить по небольшим двухэтажным постройкам вокруг, до которых ремонт не добирался уже очень долгое время. Рене бросает мою руку.
– Миленько, – говорю и затягиваюсь.
Рене ничего мне не отвечает, распахивает калитку, уверенно идет по дорожке к крыльцу. Затягиваюсь и иду за ней. Рене открывает дверь, заходит внутрь и останавливается.
– Тебе обязательно идти за мной сейчас?
– Я не пробуду у тебя долго.
– Ладно. Ты же за меня отвечаешь, я помню. Мистер Ответственный.
Рене бросает сумку на столик у двери и идет куда-то дальше. Я закрываю за собой дверь и начинаю осмотр дома. В первую очередь я должен найти кухню и накормить Рене, потому что следующим испытанием будет лишение еды. Или лишение сна. Так или иначе, нужно подготовиться.
Иду на звук жужжащего холодильника, который безошибочно выдает расположение кухни. Внутри у этого зудящего прибора обнаруживаются только три колбаски, кусок масла, несколько листьев капусты и укушенный кусочек сыра. Бывает, однако. Слышу за спиной шаги.
– Я схожу в магазин. Сиди дома. И не смей никому открывать. Ключи на столике остались?
– Именно. Только вот какого бармаглота я не должна никому открывать?
– Хочешь повторения ситуации с Ваном?
– Ладно-ладно. Уяснила. К окнам не подхожу, на прохожих лаять не буду. Смиренно сижу и жду тебя, То.
– Отлично.
Толковая она все-таки. Если бы только не взгляд, которым она меня проводила из дома, то я бы может быть и поверил в искренность ее обещаний.
***
Дверь дома я закрыл на ключ, так что пустить она никого не сможет. Конечно, если ключ один. А если пустит – это будут ее проблемы. Мое дело – предложить посильную помощь.
В небольшом магазине неподалеку набираю целую гору продуктов. Все списывают на счет Валеи без лишних вопросов. Быть ее правой рукой удобно, как ни крути. Валея позволяет нам тратить сколько угодно много, если мы считаем это нужным. Ее доверие своим приближенным почти безгранично. Я не устаю ее в этом упрекать, потому что боюсь, что однажды в ее изящную спину кто-то всадит стальной кинжал предательства, но Валее плевать на мои предостережения. Такова ее политика.