Лера
Шрифт:
7
Следующую неделю я пыталась прожить максимально привычно. Я прилежно посещала школу и трепалась с Мариной. С Матвеем тоже вела себя как обычно, вот только отказалась от его приглашения прийти на выходные к нему в гости, когда родители с друзьями ушли в кино. Я посчитала правильным не заниматься сексом, пока все не образумится. Самочувствие мое улучшилось, но не на много. Спину и живот тянуло только в конце учебы. Тошнило тоже редко. Но эти мелкие неудобства были не заметны окружающим, а ощутимы только мною. Да и всякий раз перед началом
Но к окончанию установленного мною срока мне едва ли удавалось совладать с накатывающим ужасом. Гости из «Краснодара» не объявились. Бездействовать дальше не было смысла.
Отмазавшись от Маринкиного общества, в тот день после уроков я не прошла, как обычно, мимо стоявшего рядом с домом аптечного киоска. Я неуверенно вошла в небольшое помещение и, пряча взгляд, обратилась к не очень молодой тучной женщине по ту сторону прилавка. Тихо радуясь тому, что кроме нее в аптеке больше никого не было.
– Здравствуйте.
– Добрый день. Слушаю вас? – Раздавшийся голос идеально соответствовал внешности – глухой и грозный, от чего мне сделалось еще хуже.
– Мне, пожалуйста, две пачки угля активированного, «Нафтизин», пачку пластыря иии… - За перечнем всего того, что мне на фиг не нужно было, я намеревалась скрыть то важное, при одной мысли о чем мое лицо неконтролируемо покрывалось красной краской.
– Иии? – С оглашенным «заказом» продавец справилась нереально быстро, и ее колкий взгляд принялся вопросительно меня пожирать.
– Иии… еще, пожалуйста, пачку горчичников, зеленку иии… - «Господи, придай мне смелости, иначе я скуплю половину аптеки» - и, один тест на беременность.
Женщина, могу поклясться, словно ждала именно такого финала. На ее лице нарисовалось осуждение и ядовитая улыбка, от чего приятнее оно не стало.
– Так может тебе нужно только последнее «лекарство»? – Со знанием дела подметила продавец. А чего еще ожидать от женщины проработавшей, скорее всего не один год, в аптеке рядом со школой? Естественно у нее такая смышленая не я одна была.
– Нет-нет, что вы. Мне нужно все, что я уже упомянула. – Краснея и бледнея, я продолжила настаивать на своем.
– А вас не затруднит повторить ваш перечень еще раз, а то я боюсь, что-то упустила?
Это был откровенный вызов с красноречивой улыбкой во весь рот, и я его приняла.
– Две пачки угля активированного, «Нафтизин», пластырь, зеленку и тест.
– По-моему в предыдущем варианте еще и горчичники были, или я что-то путаю? – ехидно пробубнила продавец.
– Если были, значит давайте. У меня брат болеет, и не хотелось бы забыть что-то из маминого списка.
–
– Конечно. А вы что подумали?
– Ничего. В мои обязанности не входят подобные размышления. Только мой вам совет, деточка, не тратьте зря свои сбережения, лучше мороженое лишнее или шоколадку какую съежь. Коль за презервативами постеснялась прийти, хоть так детство продлишь. А тест я тебе и так продам.
В голосе продавца звучало все – и злость, и жалость, и упрек. От всего этого я готова была зареветь и сбежать куда глаза глядят, но мне никто не мог гарантировать что в другой аптеке меня не встретят аналогично? Я и сюда-то пришла чуть живая, словно на гильотину. Другого раза я точно не вынесу.
– Сколько с меня – за ВСЕ? – Я никогда не была мазохисткой и продлевать «удовольствие» из душевных мук, не желала больше ни минуты.
– Пятьдесят восемь шестьдесят. – На прилавке появился небольшой, но наполненный целлофановый пакет, а я, взамен, протянула деньги. – Господи, это когда-нибудь закончится? Когда вы уже перестанете доставлять своим родителям кучу проблем. За тестом прийти нашла смелость, а за презервативами значит струсила? Молодость, гормоны… Все это понятно, но ведь голова же всегда на плечах…
Женщина проговаривала слова словно между прочим. Она, вроде как не ко мне обращалась, а вела беседу сама с собой. Но я-то знала, что она имеет ввиду и для кого устроен весь этот цирк. Не имея ни малейшего желания выслушивать нравоучения от постороннего и неприятного человека, я даже не стала ждать сдачу, которой не хватило бы даже на проезд в маршрутке.
Оказавшись дома и убедившись что кроме меня в его стенах никого нет, я заперлась в туалете. Следуя простой инструкции уже спустя несколько секунд, я пребывала в предобморочном состоянии.
Две полоски! ДВЕ ПОЛОСКИ!!!!!!! ДВЕ!!!!!!!
Выронив из рук тест, я обхватила ими свою голову и свалилась на холодный кафель. В тот момент моя голова превратилась в растоптанный несколько секунд назад муравейник, в котором мысли, словно бесчисленное количество насекомых, в панике разбегались кто куда. Но надежда умирает последней и, взяв себя в руки, я бросилась прочь из квартиры.
– Мне, пожалуйста, еще три теста. – Без скромности и каких-либо непоняток выпалила я. Плевать, что обо мне подумает эта тумба, от этого мне хуже точно не станет.
Но в этот раз женщина не поделилась со мной своими мыслями, а молча протянула товар.
– Сорок восемьдесят. – И, естественно, не поскупилась на немое осуждение на лице.
– Спасибо. Иии, мой вам совет – в рабочее время достаточно простой улыбки на лице и ничего более. В ваши обязанности ведь не входят насмешки и упреки, не правда ли? – Вызверилась я и поспешила домой.
Второй, третий и четвертый – все тесты рисовали одно и то же, мой приговор в две полоски. Что делать дальше я не знала и ничего лучше не придумала, как закрыться в собственной комнате и вдоволь пореветь.