Лесь
Шрифт:
— Значит, кузина будет ездить? — обрадовался Каролек.
— Болван! — Барбара потеряла терпение. — Эта кузина с двумя детьми сбежала от мужа. По-моему, хорошо сделала, но речь не о том. Ей приходится вкалывать — детей кормить надо…
— А муж что? — вдруг заинтересовался Януш.
— Ну при чем здесь муж? — фыркнул Каролек, прервав Барбару.
— Как это при чем, я тоже готовлюсь в мужья…
— Если будешь таким же кретином, как тот, будь уверен, Данка от тебя сбежит, — вскинулась Барбара. — Уже и теперь вижу, что-нибудь в
— Дадим, — согласился Януш. — Кузине надо кормить детей и…
— А муж, если хочешь знать, не платит алименты, требует, чтобы она вернулась. Она ни в какую, и теперь, черт, слушайте же. Она заведует экспедицией на вокзале в Белостоке.
Барбара умолкла, но осталось победное эхо от ее слов. Муж и алименты вылетели у Януша из головы. Лицо Каролека так и засияло новым энтузиазмом.
— Ого-го-го! — крикнул он залихватски.
Лесь чуть не подавился последним куском хлеба с тушью.
— О муза! — прошептал он благоговейно.
— Эго решает проблему, — деловито заключил Януш. — Ясно, только через нее. Стырим весь ящик из поезда!..
Мысль Барбары представлялась оптимальной и гениальной. Времени оставалось немного, всего восемь дней, в связи с чем детальный план действий начали разрабатывать тотчас же. Ослепительная надежда электризовала умы.
Каролек припомнил дальнего родственника — служащего польских государственных железных дорог, который до войны побывал даже начальником поезда. От этого экс-начальника он уже завтра обязался доставить необходимую информацию. Барбара на следующий день запланировала поездку в Белосток и обратно. Януш решил на всякий случай позвонить Геньке-злоумышленнику с хитроумным вопросом о состоянии проекта. Однако разногласия начались при обсуждении способов извлечения ценной посылки из когтей стражей почтового вагона. Барбара была непреклонна.
— Поезд надо обязательно остановить и непременно в чистом поле. На ходу и на станции нападать не будем.
— Спустить под откос? — раздумывал Януш.
— А поезд товарный или пассажирский?..
— Пассажирский, — подтвердил Каролек. — Случайно знаю наверняка.
— В таком случае фортеля с рельсами отпадают. Без всяких человеческих жертв! Надо просто задержать!
— А как? — удивился Лесь. — Рукой помахать или прицепиться сзади?
— Идиот. На путях разложить костер и точка. Мероприятие следует провести ночью…
Януш понемногу начал воодушевляться.
— Поезд резко тормозит, машинист выходит на пути, а мы тем временем…
— …остаемся с носом, — подхватила Барбара. — Где этот вагон, сзади, в начале состава, в середине? Кароль, ты знаешь?
— Вроде бы впереди, — признался Каролек неуверенно. — Прямо сразу за локомотивом.
— Вот именно. Надо наделать шуму, неразберихи, время потянуть. Надо, чтобы поезд стоял подольше и персоналу было чем заняться. Нельзя хватать с размаху первую попавшуюся посылку.
— Да уж ясно, — сказал Януш. —
— Так-то оно так, но, если развинтить рельсы, поезд сойдет с пути, — запротестовал Лесь. — Не успеет остановиться, даже если увидит костер. Поезд ведь тормозит постепенно и долго.
— Ну так ты выскочишь с факелом. За сто метров от костра. Так всегда делают…
— А как с охраной? Наверняка там конвой! С винтовками!
— Разузнаю досконально, — обещал Каролек, выступавший, учитывая родственника, в роли эксперта по железнодорожным проблемам, — к нему и были обращены все вопросы на эту тему. — Я его поймаю завтра и разнюхаю все, что только можно…
Продолжение совещания состоялось на следующий день вечером, сразу же по возвращении Барбары из Белостока. Она приехала прямо с вокзала и вызывающе объявила:
— До сих пор вы считали меня женщиной правдивой и благородной. Простаки вы и наивные люди. Я наврала столько, что хватило бы на дивизию лгунов. Слушайте: Генька — извращенец, тиранящий многочисленных очередных жен, и мы нацелены против него лично…
— Какие еще жены? — изумился Януш. — Насколько я знаю, у Гени нет ни одной жены.
— Неважно. В качестве мужа он законченный скот. Мою кузину это крайне заинтриговало. В общем, её разбирает праведный гнев и, дабы покарать мужа-изверга, она сделает все, будьте уверены. Присмотрит, чтобы перевозили проект ночным поездом, и сразу позвонит, как только сдадут ящик. В случае чего задержит на несколько часов. Она и близко не представляет, в чем дело, гадала, правда, и так и сяк, но истина, понятно, не пришла ей в голову. Кароль, твоя очередь. Что узнал?
Каролек отложил карандаш, выгреб из кармана карточку с какими-то каракулями и приступил. Ознакомив слушателей, согласно вчерашним недоумениям, с правилами перевозки почтовых посылок, он рассказал о реакции машинистов при появлении на рельсах огня. На минуту смолк, тяжело вздохнул и продолжил:
— Есть одна трудность. Конвоиров обычно двое, иногда с оружием, иногда нет, по-разному, да не это главное…
— А что? — кипела Барбара. — Говори же!
— Мало разве охранников с оружием? — вмешался Януш. — Злых собак, что ли, возят с собой?
— Да нет, — пояснил Каролек. — Они закрываются изнутри, и снаружи вагон никак не открыть. В случае неожиданной задержки у них приказ не открывать.
— Даже если постучать? — спросил рассеянно Лесь.
— Даже если на трубе задудишь.
— Это плохо, — задумчиво отметила Барбара. — Перестаньте валять дурака, трудно сосредоточиться. Погодите-ка, а в случае какой-нибудь опасности?
— Какой опасности?
— Ну, не знаю. Пожар, взрыв… столкновение с другим поездом…
— Полагаю, они имеют право спасать жизнь…