Лес
Шрифт:
Рыбёшка слонялся по Лесу уже около двух часов. Или больше? Он совершенно потерялся во времени. И не мудрено: в Лесу не работали ни телефоны, ни компасы, ни часы, ни другие приборы для измерения чего-либо, так что опираться приходилось лишь на свои чувства (которые, кстати, тоже частенько подводили) и на передвижение Солнца по небу.
Хозяйка Хижины не пыталась выпытать у Рыбёшки, почему тот так спокойно принял новость о том, что из Леса нет выхода, но определённый интерес подобная реакция у неё вызывала. Ещё бы! Довольно симпатичный парень (ну и что, что из-за очков похож на рыбёшку?! На симпатичную же!), а выбраться из Леса не горит желанием. Рыбёшка, в прочем, об этом и не заговаривал. Вообще у них диалог как-то не клеился: на практически все вопросы Хозяйка Хижины с голосами в голове и предположительной шизофренией отвечала
«Где можно помыть голову?». В ответ тишина и долгий взгляд куда-то в окно.
«Как ты понимаешь что съедобно, а что – нет?». В ответ пожимание плечами и запихивание в рот трёхконечного, почти треугольного листа со странного тёмно-зелёного куста. Кислый. Но съедобный.
«С кем ты разговариваешь?». В ответ загадочная улыбка и явный намёк на ранее обсуждаемую шизофрению.
От этого можно было сойти с ума. И Рыбёшка, кажется, сошёл. Ровно в тот момент, когда, не задумываясь и не подвергая слова Хозяйки Хижины критическому анализу, отправился за уже десять раз проклятыми травами, но почему-то продолжал идти вперёд. И, пока пробирался через очередные заросли, поразился своему упорству (и глупости – ей в первую очередь).
Удивительное дело: не сразу, но спустя некоторое время Рыбёшка заметил, что камни и ветки больше не кидаются под ноги, а наоборот – будто убегают с дороги под кусты и к деревьям. Ещё через какое-то время и ветки перестали хлестать по рукам и цепляться за одежду, как делали до этого, словно не желая, чтобы незваный гость – не Лесной – попал в ту часть Леса, куда таким, как он вход заказан: переступи грань и на тебя тут же набросятся изогнутые в разные стороны деревья, силясь выколоть кривыми суставчатыми пальцами глаза, под ноги бросятся приземистые кусты, заставляя упасть, чтобы им было куда сподручнее содрать с тебя кожу множеством веток, а самыми последними заявятся маленькие пеньки – втопчут твоё бренное тело в землю, смешают с грязью и листьями, оставят гнить на некоторое время, чтобы потом использовать в качестве удобрения.
Рыбёшка крупно вздрогнул, повёл плечами и бросил хмурый взгляд себе под ноги. Палец, на котором вчера образовалась ярко-красная больная до невозможности мозоль, снова стал кровоточить. Все остальные раны, царапины и мозоли не болели так сильно. По крайней мере пока, но ещё максимум полчаса такой прогулки и он будет готов взвыть. Дома он никогда так много не ходил – общественный транспорт, такси или подруга на машине частенько выручали, а теперь…
Рыбёшка тихо цокнул языком и закатил глаза. А потом боязливо осмотрелся по сторонам: не станет ли Лес истерить?.. Вроде, не собирается… Но он всё равно на всякий случай ускорил шаг: чем быстрее доберётся до дурацкой травы, тем быстрее вернётся.
Хозяйка Хижины сидела за столом в своей обычной скрученной позе и, постукивая пальцем по столешнице, хмурым взглядом пытала деревянную дверь (про ручку опять забыла). Сначала она сверлила недовольным взглядом одно из окон, закрытое ставнями, на что какая- то из наиболее услужливых (и глупых) теней тихо подкралась к окну и лёгким движением руки распахнула ставни, впуская в дом летний воздух, наполненный запахом листвы, сухой каменистой земли и деревьев. За самовольство тень была награждена недовольным взглядом и тут же юркнула за полку, из-за которой ранее высунулась, а там ещё и получила смешки от товарищей, от чего малость пала духом и потускнела. Хозяйка Хижины цокнула языком и, небрежно схватив с полки маленькую глубокую миску, зачерпнула ей немного воды из бочки и, неглубоко, но достаточно, чтобы выступила кровь, полоснула себя по предплечью. Кровь, скапливаясь красными бусинками на коже, медленно побежала из раны и закапала в наполненную водой чашу. Тень что-то тихо взвизгнула и, в мгновение ока оказавшись на полу под столом, с готовностью разявила рот. Хозяйка Хижины плеснула кровавую жидкость на пол на тень и не глядя кинула чашку к остальной ещё не мытой посуде. Тень воодушевлённо замычала что-то себе под нос и, извиваясь, перетекла обратно на стену, снова сделавшись чёрной. Все остальные тени с завистью наблюдали за этим: Хозяйка
Хозяйка Хижины перевела хмурый взгляд на дверь и теперь морально уничтожала её, надеясь, что глупая деревяшка сдастся первой и откроется не с помощью тени, а с помощью одного определённого парня.
«Это будет твоя вина, если Лес уничтожит кого-то, кто уже был в хижине» – знакомый, но уже лет десять не слышимый голос колокольным звоном разнёсся в голове, заставив Хозяйку Хижины поморщиться. Возможно, ей будет не всё равно на то, выживет Рыбёшка или нет…
В конце концов, когда солнце скрылось за деревьями, а небо медленно перекрасилось из пепельно-голубого в сначала фиолетовый, а потом вовсе стало совсем тёмным, Хозяйка Хижины не сдержалась и вскочила из-за стола. Тени боязливо зашептались по углам, светлячки шумно зашелестели крыльями, но Хозяйка Хижины опять не обратила на них внимания, накинула плащ на плечи, а капюшон на голову и вышла из хижины, толкнув дверь ногой. Надо не забыть открутить ручку.
Выходить в Лес ночью – не самая лучшая идея, но других у Хозяйки Хижины не было. Она, словно воришка Робин Гуд, пробравшийся в дом богача, кралась по Лесу, отодвигая от себя ветки, то и дело норовящие хлестнуть её по щекам, и опираясь о шершавые стволы, не замечая занозы и содранную кожу. В каком вообще направлении он ушёл?! Лес зашебуршал листьями, подсказывая дорогу, и Хозяйка Хижины правильно его поняла: пошла вперёд, огибая кусты, стволы деревьев и скользкие участки тропинок. Лес вёл её, ненадолго и неохотно признавая частью себя, помогал найти нужный путь, найти глупого Рыбёшку, которому в первый же день было чётко сказано: ходить по Лесу, не разобравшись что к чему – опасно. Видимо все слова вылетели у этого глупого Рыбёшки из головы в тот момент, когда редко залетающие в лес птицы упорхнули с деревьев и унеслись прочь – также быстро и стремительно.
Рыбёшку Хозяйка Хижины нашла в глухой чаще, куда даже она сама не часто забиралась. Из-под раскидистого разросшегося куста торчали одни босые, стоптанные в кровь стопы, от чего у Хозяйки Хижины промелькнула мысль: а не разрубило ли пополам её незадачливого соседа стволом, из-за чего потом Лес припрятал его части по всей своей площади, а сейчас заботливо показывал места, в которые спрятал куски, решив сыграть с давней знакомой в незамысловатую игру под названием «собери пазл»…
В конце концов это оказались только фантазии. Одна ступня шевельнулась. Хозяйка Хижины рискнула подойти ближе – не станет же Лес четвертовать её в приступе истерии, как её соседку, с которой они жили лет семь назад? Она невольно нервно усмехнулась воспоминаниям и потянула Рыбёшку за лодыжку, вытаскивая из-под куста. Рыбёшка недовольно поморщился, но отбрыкиваться не стал, от чего Хозяйка Хижины мысленно начислила ему дополнительный плюс – иначе, она бы кинула его в Лесу, позволив сделать удобрение.
Выбраться из Лесной чащи оказалось куда легче, чем Хозяйка Хижины успела себе представить. Рыбёшка был лёгким, а Лес впервые позволил ей бродить среди деревьев, подсказывая дорогу, как при свете дня – раньше по ночам она могла лишь околачиваться вокруг своей хижины, крепко держась за стены и углы, иначе неведомая Лесная сила утягивала её куда-то вглубь, заставляя путаться в ногах, спотыкаться о корни деревьев и больно врезаться в острые ветки.
Стоило Хозяйке зайти в хижину (мысль открутить ручку проскользнула в голове, словно стрекоза), как тени приветственно закопошились, а светлячки засветились даже без просьбы. Рыбёшка не приходил в себя, вися на плечах Хозяйки Хижины, словно мешок с песком. Но, несмотря на небольшой вес, худощавая костлявость (как у какого-нибудь манекенщика) Рыбёшки не делала ему чести – нести его было так неудобно, что Хозяйка пару раз даже подумывала сбросить его где-нибудь по дороге. Но не сбросила.
– Посмотрите-ка! – та тень, что ещё недавно пряталась на чердаке, снова показала себя на одной из стен. – Она помогла этому мальчишке найти дорогу! Наша Хозяйка совсем с ума сошла!
– Ага, – Отмахнулась Хозяйка Хижины, ей никогда не нравилась эта тень. – Ты не слышал? У меня шизофрения.
– А той девочке не помогла, – Хрипло захихикала та же тень. – И Лес её разорвал на кусочки, хотя она молодец, продержалась тут целых два года! – и противно усмехнулась, а потом кровожадно нараспев продолжила. – Так и этого бы разорвал – оставил бы часть там, часть тут…