Лето ночи

Симмонс Дэн

– Да, боялся.

На самом деле Дейл не был в этом уверен, поскольку не мог точно припомнить собственные ощущения в той квартире. Но он не хотел, чтобы Лоренс чувствовал себя законченным слюнтяем.

– И чулана?

– Ну, там у нас был настоящий чулан, – с некоторым хвастовством заявил Дейл и глянул в угол комнаты, где высился выкрашенный в желтый цвет сосновый шкаф.

Но ты боялся его?

– Не знаю. Я уже не помню. А почему тебя пугает чулан? Лоренс ответил не сразу. Судя по звукам, он пытался поглубже зарыться в постель.

– Иногда там что-то шумит, – прошептал он чуть погодя.

– Это старый дом, и в нем водятся мыши, дурачина. Ты же знаешь, мама с папой всегда расставляют мышеловки.

Освобождать

мышеловки от попавшейся добычи было самой ненавистной обязанностью Дейла. Даже здесь, на втором этаже, он часто слышал, как по ночам кто-то скребется за стенами. Это не мыши.

Голос Лоренса звучал сонно, но в нем слышалась непоколебимая уверенность.

– Откуда ты знаешь? – Слова брата заставили Дейла поежиться, а по спине пробежал холодок. – Почему ты думаешь, что не мыши? Что же это – привидения?

Не мыши… – почти проваливаясь в сон, упрямо повторил Лоренс. – Это то же самое, что иногда прячется под кроватью.

– Брось! Под кроватью ничего нет, – устало отмахнулся Дейл, уже отчаявшийся переубедить брата. – Одна только пыль.

Вместо ответа Лоренс протянул руку в его сторону.

– Ну пожалуйста…

Голос звучал совсем сонно. Рукав любимой пижамы едва доставал Лоренсу до локтя: мальчик из нее давно вырос, но категорически отказывался надевать другую.

Дейл не всегда соглашался держать брата за руку: в конце концов, они оба уже почти взрослые мужчины. Но сегодня он чувствовал, что и сам нуждается в поддержке.

– Спокойной ночи, – шепнул он, не надеясь, впрочем, на ответ. – Приятных снов.

– Рад, что ты ничего не боишься, – словно издалека, из тумана снов донесся до него шепот брата.

Дейл полежал еще немного, держа руку Лоренса и удивляясь тому, какие у брата маленькие пальцы. Наконец веки его опустились, но тут же вновь взметнулись вверх: ему вспомнилось глядящее прямо в лицо дуло ружья.

Мальчик буквально подскочил на месте. Сердце судорожно билось.

На самом деле ему есть чего бояться. И это оправданный страх перед настоящей опасностью. В ближайшее время следует держаться подальше от Ка-Джея и Арчи. Только теперь Дейл понял, что игра, которую они затеяли, разыскивая Табби Кука и шпионя за Руном и остальными, закончена. Она была глупой и могла доставить кому-нибудь кучу неприятностей.

В Элм-Хейвене не было никаких загадок, здесь нечего было делать Нэнси Дрю [56] или Джо Харди [57] с их таинственными приключениями и умными рассуждениями. Но зато здесь была куча придурков вроде Ка-Джея и его папаши, готовых не задумываясь прибить любого, кто попадется под горячую руку. Джим Харлеи, возможно, и вправду переломал кости из-за этой затеи. Дейл почувствовал сегодня, что и Кевин и Майк тоже устали от дурацкой игры.

56

Девушка-детектив, героиня нескольких романов, написанных разными авторами, и впоследствии целой серии компьютерных игр.

57

Юные детективы братья Фрэнк и Джо Харди – персонажи произведений Франклина У. Диксона.

Прошло довольно много времени, прежде чем Лоренс со вздохом перевернулся на другой бок, выпустив пальцы Дейла, но все еще крепко прижимая к груди Тедди. Старший брат тоже задремал. За противомоскитными сетками на окнах шуршали листья старого дуба, стрекот цикад не умолкал ни на минуту. Последний отблеск сумеречного света угас, и во мраке ветвей ярче вспыхнули, перемигиваясь, огоньки светлячков.

Сквозь дремоту Дейл слышал какие-то звуки – кажется, мама гладила в кухне белье. В спальне мальчиков воцарилась тишина,

нарушаемая только их ровным дыханием. Снаружи доносилось уханье совы и отдаленное воркование лесного голубя. Затем ближе, гораздо ближе, в шкафу у них в комнате что-то тихо заскреблось и заскрипело. Потом в шкафу что-то скрипнуло и оттуда донеслось царапанье когтей. Звуки на мгновение стихли, повторились вновь – и смолкли.

Глава 13

Дуэйну удалось-таки убедить дядю Арта в том, что среда – наиболее подходящий день для поездки в университет Брэдли, и сразу после восьми утра они вдвоем туда и отправились. На протяжении многих лет Арт Макбрайд тратил на книги большую часть заработанных денег, но тем не менее никогда не отказывался посетить «приличную библиотеку».

То, что дяде Арту не удалось потратить на книги, он вложил в автомобиль – теперь это был старый-престарый «кадиллак», – и Дуэйн не переставал восхищаться великолепием этой машины размером с эскадренный миноносец. К тому же в ней присутствовали все технологические достижения, освоенные заводами Детройта, вплоть до автоматического реостата для регулирования силы света фар с сенсорным датчиком, установленного на приборной панели и по форме напоминавшего лучевой пистолет, – устройства сродни изобретениям Старика. Небрежно откинувшись и едва придерживая тремя пальцами руль, дядя Арт гордо восседал на водительском месте.

Дуэйн любил дядю, чье круглое цветущее лицо со всегда готовым к улыбке ртом словно говорило окружающим, что он только что услышал или вот-вот услышит веселую шутку и от души рад ей посмеяться. И в отношении дяди Арта это действительно было правдой.

Арт Макбрайд был насмешником. В то время как отец Дуэй-на от своих неудач впал в разочарование и горечь, дядя Арт выработал в себе ироническую, приправленную легким юмором покорность обстоятельствам. Старик везде – и в правительстве, и в телефонной компании, и в администрации по делам ветеранов, и в большинстве преуспевающих семей Элм-Хейвена – подозревал интриги и тайные умыслы, в то время как дядя Арт был глубоко убежден, что люди в большинстве своем слишком глупы, чтобы составлять заговоры.

Неудачниками можно было назвать обоих братьев, но их отношение к этому и к жизни вообще было совершенно разным. Отец Дуэйна неоднократно начинал собственный бизнес и каждый раз терпел полный крах по причине отсутствия планирования, неумения правильно выбрать момент и из рук вон плохого менеджмента. Положение не спасала даже та поистине бешеная энергия, с которой Старик брался за дело и пытался его развивать. Кроме того, он обладал удивительной способностью перессориться со всеми лицами и организациями, от которых хотя бы в малой степени зависел его успех. В отличие от брата Арт Мак-брайд предпринял лишь несколько попыток стать самостоятельным бизнесменом – и даже заработал кое-какие деньги, которые, правда, практически полностью потратил на своих трех жен, ныне покойных, – а затем он пришел к выводу, что это занятие не для него. Теперь, когда появлялась нужда в деньгах, он работал на заводе по производству гусеничных тракторов, принадлежащем фирме «Катерпиллер» и располагавшемся неподалеку от Пеории. Причем, несмотря на наличие диплома специалиста в области технологии и управления, предпочитал трудиться на сборочном конвейере.

Дуэйн пришел к выводу, что склонность к ироническому смирению и способность брать на себя ответственность не всегда сопутствуют друг другу.

– Хотел бы я знать, какие тайны ты собираешься раскрыть в университете Брэдли? – поинтересовался дядя Арт.

Дуэйн поправил очки, вечно съезжавшие на кончик носа.

– Да так, хочу кое-что разузнать. В библиотеке Оук-Хилла не нашлось нужных сведений.

– А как насчет библиотеки Элм-Хейвена – лучшего хранилища человеческой мудрости со времен Александрийской библиотеки?