Левак укрепляет брак
Шрифт:
– Запиши адрес и пробей мне его. Мне нужно знать, прописан ли там Марков Владимир Сергеевич.
– Зачем это тебе понадобилось? – насторожился Николай.
– Сорока, любопытство – не порок, но большой недостаток. Все тебе расскажи, – фыркнула Юля.
– Не скажешь, пошлю ко всем чертям, – коротко, но ясно ответил тот.
– Залетела я от него, а он, гад такой, ребенка признавать не хочет! Собираюсь его к ответу призвать, – выпалила Юлька. – Надеюсь, твое любопытство удовлетворено?
– Как всегда, в своем репертуаре, мелешь, словно мельница, – проворчал Сорокин. – Катастрофа и есть. Ладно, позвони через полчаса, попробую помочь, – и он отключился.
– Эй-эй, а новый
Пока девушки с аппетитом уплетали пирожки, запивая их горячим чаем, прошло полчаса, и Николай позвонил.
– Слушай сюда, Катастрофа: твой Марков выписался из квартиры чуть больше двух лет тому назад. Сейчас там прописаны Маркова Екатерина Семеновна, 1950 года рождения, и Маркова Надежда Сергеевна, 1982 года рождения. Квартира приватизирована в двух долях, третьей нет, – отчеканил он. – Все, пока, мне некогда, – коротко бросил он и тут же отключился.
– Спасибо и на этом, – пожала Юлька плечами и взъерошила свои и так стоявшие дыбом волосы. – Дальнейшую информацию придется другим путем добывать. Так, адресок, – она придвинула поближе листок с записанными данными. – Улица Черногрязская, это хорошо. У меня в том районе знакомая в паспортном столе работает. Я ее попрошу, чтобы она проверила, по какому адресу он выписался, – возбужденно проговорила Юля. – Как говорится, куй железо, пока горячо. Пока Чугункины раскачаются, мы с тобой уже половину дела сделаем. А чё тянуть-то, правда?
– Егоза, – захохотала Алиса. – Ты, наверное, никогда не изменишься. Ребята правы, у тебя в заднице пропеллер сидит с шилом в придачу.
– Ну, так я звоню? – спросила девушка, не обращая внимания на смех Алисы.
– Звони, – дала «добро» та. – Ты права, тянуть не стоит, тем более, когда появилась такая возможность.
Юля позвонила на работу своей знакомой, поговорила с кем-то и разочарованно положила трубку.
– Кажется, облом, – сморщила носик она. – Лена больше там не служит. Правда, теперь на ее месте сидит Людмила, только она такая трусиха, всего боится. Ну ничего, попытка не пытка, попробую ее уговорить дать сведения о твоем Маркове, а уж если не получится… будем думать дальше.
– Людмила, привет. Ты что, теперь здесь сидишь? – с улыбкой произнесла Юлька, входя в паспортный стол.
– Привет, да, теперь здесь, – с гордостью ответила та.
– Ну, это дело обмыть требуется, с повышением тебя. А Лена Котова работает сегодня?
– Юль, ты разве не знаешь, что Котова уволилась? – спросила Людмила. – Уж
– Как уволилась, почему? – Юля изобразила удивление.
– Так она же в декретный отпуск ушла, а потом – по собственному желанию…
– Про декретный я прекрасно знаю, но ведь она собиралась после него вернуться, насколько мне известно?
– Нет, не стала возвращаться, ей предложили работу рядом с домом, да и зарплата там немного повыше, она и согласилась, а с парнем бабка сидит, – объяснила девушка.
На самом деле Юлия уже знала, что ее знакомая Елена Котова почти месяц работает в другом месте. Но ей были необходимы сведения именно из этого паспортного стола, поэтому пришлось пойти на маленькую хитрость.
– Надо же, а она мне так нужна, – вздохнула Юля. – Вернее, не столько она сама, а ее помощь. Люд, ты мне не поможешь вместо нее?
– А что нужно?
– Мне требуется узнать новый адрес одного хмыря, который раньше проживал на вашем участке, а сейчас переехал в другое место. У вас же сохраняются сведения, по какому адресу выписывается человек? Кстати, он из твоего дома, кажется. Ведь ты в пятьдесят восьмом живешь по Черногрязской улице?
– Да, в пятьдесят восьмом, – подтвердила Людмила.
– Он как раз был из твоего дома, а недавно купил себе квартиру где-то в другом месте и переехал. Мне нужно знать, куда именно.
– Э, подруга, такие сведения мы не имеем права давать кому попало. Только по официальному запросу милиции или суда.
– Я не кто попало, я – борец за справедливость, – нахмурилась Юля. – Мне позарез нужен его новый адрес.
– Нет, Юль, нельзя. Не могу, хоть пристрели, – вздохнула Людмила. – Если моя начальница узнает, она меня в порошок сотрет, а потом в унитаз спустит.
– Вот так всегда! Черт! – выругалась Юлька. – Этот гад наследил и сбежал от ответственности, а моей Верке теперь отдуваться!
– Кто такая Верка?
– Это сестра моя, двоюродная, – тяжело вздохнула Юлия. – Даже не знаю, как ей помочь и что делать.
– А что случилось? – с интересом спросила Люда. – Чё он натворил-то?
– Чё-чё? Ребенка ей заделал и смылся, Верка не знает, где искать его. Мамаша его по прежнему адресу проживает, мы уже были у нее, только она молчит, как рыба об лед, знать ничего не хочет. Говорит: «Вас таких – вагон и маленькая тележка, нечего было подол задирать». Представляешь, стерва какая? А Верка уже почернела вся! Аборт ей делать нельзя, у нее резус-фактор отрицательный. Врачи сказали, что потом вообще может детей не быть, а если беременность и наступит, то – пятьдесят на пятьдесят – может родиться урод. Вот и пойми – что делать! Если бы не этот чертов резус-фактор, проблем бы не было, а так… – закатила глаза Юля. – Мне так ее жалко, прямо сердце кровью обливается, а он ведь, сволочь такая, жениться обещал! Девчонка совсем молодая, только-только восемнадцать исполнилось. Она, естественно, в первую очередь ко мне прибежала, родителям боится говорить, ее отец, дядька мой, не приведи господи, сразу дочь за ноги подвесит. Вот и думаем, как нам этого ловеласа найти.
– И кто же это такой? – с интересом спросила Людмила. – Может, я его знаю?
– Марков Владимир Сергеевич.
– Марков, Марков, – забормотала Люда, силясь вспомнить, кто это такой. – Нет, не знаю, – разочарованно проговорила она. – В доме семнадцать этажей, десять подъездов. Я и в своем подъезде почти ни с кем не знакома, не то что во всем доме. О, нужно будет у своей бабки спросить, она все и про всех знает, – оживилась Людмила. – Делать-то нечего, сидит на лавочке со своими подружками, лясы точит да сплетни собирает, – засмеялась она. – Местное информбюро, никакого справочника не нужно.