Леве
Шрифт:
– Тебе незачем оставаться, Элайджа, - хрипло пробормотала она.
– Я знаю, что ты должен быть занят.
Он нахмурился, его глаза потемнели, несомненно, потому что он легко ощутил ее реакцию на свое прикосновение.
– Думаешь, я оставлю тебя наедине со странным демоном?
– Это не тебе решать, - напомнила она ему. Осторожно.
– Проклятье, Валла.
Она тяжко вздохнула. Было бы так просто подчиниться его требованиям. Она была бы защищена, ее бы баловали, каждая ее потребность и желание удовлетворялись бы. Совсем как у любимого
– Мы через это уже проходили, - напомнила она ему, добавив в голос стали.
– Ты - мой друг, а не мой хранитель. Если ты не видишь отличия одного от другого, тогда мне придется покинуть Париж.
С рычанием, он опустил голову и поцеловал ее. Просто так.
Он застал ее врасплох, ее губы распахнулись в беспомощной потребности, весь ее мир пошатнулся. Элайджа всегда относился к ней как к хрупкой кукле. А не как к женщине из плоти и крови.
Теперь же она сотрясалась от взрывного наслаждения, что проносилось через ее дрожащее тело.
– Вот чего я хочу, - грубо пробормотал он у ее губ, его пальцы скользнули вдоль нежного изгиба ее шеи, прежде чем он снова поцеловал ее. На этот раз она была готова к обжигающему жару, из-за которого сбилось ее дыхание, а лоно сжалось от прилива возбуждения.
Ох... да.
Ее ресницы, затрепетав, опустились, пока желание омывало ее, словно пьянящее и непредсказуемое лучшее французское шампанское.
– Элайджа...
– выдохнула она, неуверенная, что именно ей необходимо, но не сомневающаяся - только он может удовлетворить эту безжалостную жажду, пылающую глубоко внутри нее.
Затем раздался пронзительный свист чайника, и, зардевшись, она отстранилась.
По-прежнему сидя за столом, Леве неловко откашлялся.
– Может мне уйти?
– Да, - согласился Элайджа, темные глаза которого мерцали опасным голодом.
– Нет, - тут же воспротивилась она, точно зная, что если бы они с Элайджей были одни, она уже сорвала бы с него его костюм от Гуччи и занялась бы грешными вещами. Не лучший способ убедить мужчину, являющегося безумным собственником, что она хочет отстоять свою независимость. Она встретилась с его темным взглядом.- Пожалуйста, Элайджа.
Он сжал челюсти, но ясно ощущая, что сейчас не время давить на нее, недовольно кивнул.
– Я удостоверюсь, что вас не преследовали. Но я вернусь.
– Он послал Леве предупреждающий взгляд.- Скоро.
Валла полностью погрузилась в приготовление чая, пока Элайджа покидал квартиру, унося с собою леденящее недовольство и пульсирующую мощь.
Затем она испустила краткий вздох облегчения, поднесла к столу поднос и села рядом с Леве.
– Слишком большой собственник, да?
– спросил крошечный горгулья.
Она пожала плечами, потягивая чай со странным чувством дезориентации. Что-то изменилось. Она только не была уверена, что именно.
– Он чувствует ответственность за меня, - пробормотала она рассеяно.
Леве усмехнулся, потянувшись за печеньем.
– Он чувствует не только это.
У нее запылали щеки.
– Может быть, и
– Но что?
Она коснулась кончиками пальцев шрамов на своей щеке.
– Сбежав от работорговцев, я хотела лишь заползти в самый темный уголок и спрятаться там.
– Она вздрогнула при болезненном воспоминании.
– Я даже не помню, как добиралась до Франции, но я плыла по Сене на быстро набирающей воду лодке, когда Элайджа нашел меня и забрал в свое логово.
– Ах.
– Его крылья затрепетали.
– Твой рыцарь в сияющих доспехах.
– Что-то вроде того.
– И это плохо?
Она заколебалась, пытаясь высказать словами терзающие ее сомнения.
– Не плохо, - сказала она, наконец.
– Он такой же, как и большинство глав кланов.
– Высокомерная заноза в заднице?
Она вдруг рассмеялась. Маленький демон действительно был очаровательным собеседником.
– Я собиралась сказать, что он одержим защитой людей, оберегать которых считает своим долгом.
– В том числе и тебя?
– В глазах Элайджи я просто девица, попавшая в беду, а не женщина из плоти и крови.
– Она скорчила гримаску.- Я не хочу, чтоб меня спасали.
Серые глаза продолжали выражать невысказанную симпатию.
– Чего же ты хочешь?
– Того, что и любая другая женщина.
– Она выглянула в окно, окидывая взглядом омываемый серебристым лунным светом розовый сад.
– Чтобы меня любили.
Глава 3
Элайджа пронесся темными улицам, задержавшись только, чтобы предупредить своих лейтенантов о том, что горгульи нарываются на неприятности, прежде чем направиться обратно к дому Валлы.
Он криво усмехался, следуя знакомым путем. Если бы у него оставалась хоть капля гордости, то он вернулся бы обратно в свое логово. В конце концов, там были сотни красивых женщин, жаждущих удовлетворить любое его желание. Проклятье. Он мог остановиться на следующем же перекрестке, и через несколько минут появилась бы дюжина женщин, надеющихся завладеть его вниманием.
Но гордость, которая однажды ввергла его в противостояние с коррумпированным главой клана за господство в Париже, была потеряна в тот момент, когда он обнаружил полумертвую нимфу, плавающей в Сене.
Даже сейчас он помнил шок узнавания, поразивший его, пока он нес ее на руках в свое логово. Ее золотистые волосы струились по его рукам, и она ошеломленно взирала на него своими потрясающими голубыми глазами. Он понял, что ждал эту женщину с того самого момента, как проснулся вампиром.
Она была его суженой.
К несчастью, бедная девушка не была готова принять свою неизбежную судьбу. И кто мог винить ее в этом? Месяцами ее насиловали и мучили те проклятые животные, прежде чем ей удалось сбежать. И даже тогда она едва не умерла. Если бы не его целители она уже покоилась бы в могиле. Так что же удивительного в том, что ей нужно было держаться от мира на безопасном расстоянии?