Лэя

Кувшинов Виктор

— Новое божество, как ребенок, может позволить себе быть непонятливым, — донеслась ласковая мысль. — Я астрал, бог, матрица, кто угодно… я безлик, потому что многолик. Я не имею желаний, так как знаю все… но я выражаю вам свою признательность за ваши чувства. Ради этого стоило затевать игру. Играйте дальше и несите миру свою любовь. Это единственное оружие против ненависти — такова жизнь.

ЭПИЛОГ

Женька строгал доски для новых кроваток. Большое

лето перевалило за свою половину, и нужно было готовиться к приему в этот мир его новых жителей. Лэя грелась на солнце, подставляя ему свой подросший животик. Женька постоянно чувствовал ее мысли, и сейчас она шепталась с их малышкой. Это было забавно подслушивать, так как разговор состоял только из чувств и выражал что-то вроде:

"Тебе хорошо малыш?", "Хорошо! Я люблю тебя мама!" "И я тебя люблю!" Женька послал мысль: "А я вас обеих люблю, сильно-сильно!" Малышка уже различала их мысли и ответила: "Я люблю тебя, папа!" Эту незамысловатую беседу они могли вести часами. И хотя малышка еще ничего не понимала и выражала только чувства, Женька знал, что у них будет совершенно исключительный ребенок — ему казалось, что такой светлой и большой души еще наверно не знали ни Сэйлар ни Земля.

— Тебе Илаир говорил, что он письмо от Ренка привез? — спросила разомлевшая на солнышке будущая мамочка. Женька с удивлением на нее посмотрел. Связь между ними, когда они оба были в реальных телах, несколько ослаблялась, но не настолько, чтобы он не услышал мысли Лэи о письме.

— Что-то я не расслышал твоей радости от этой новости? — спросил Женька.

— А это потому, что малышка как раз начала хулиганить у меня в животе и я больше о ней думала.

— Ну и о чем он пишет?

— Не знаю, надо почитать. Сейчас посмотрю, — она достала конверт из кармашка на платье и принялась за чтение.

В письме ничего особенного не оказалось. Гораздо важнее был сам факт переписки, тайно организованной Илаиром через его знакомых в Рестане. А самым важным был доверительный тон письма — они с Лэей как бы держали руку на пульсе души будущего монарха и, пока что, он радовал их своим умом и изменившимся отношением к жизни. Если все у него и дальше пойдет так, то Эриану ожидает достойный правитель.

Женька, насколько только мог, постарался модернизировать быт Лэи. Он даже умудрился с Илаиром сделать водопровод и канализацию, установив ванну и цивилизованный туалет. Хотя Лэя и могла свободно выходить в астрал во сне, сам он для этого нуждался в препарате. Так что ему пришлось организовать настоящую экстракцию и примитивную очистку на сорбентах, какие смог найти. В результате, у них были достаточные запасы сухого очищенного препарата и установка из двигающихся магнитов, заменяющая Женьке и Зару Федькин генератор магнитного поля.

Для того, чтобы добыть их, ему пришлось почти две недели пробыть в пути и разбить приличный шурф, зато сейчас он и Лэя могли свободно выходить в астрал прямо из ее дома.

Сейчас ему было смешно вспоминать, какой приятный сюрприз преподнесла им судьба.

Они уже настроились с Лэей, что им придется большую часть жить в разных концах галактики и встречаться только в астрале. Что, в общем-то, было тяжело, но переносимо, так как, несмотря на расстояния, они постоянно

вели тихий мысленный диалог и чувствовали друг друга, если что-то случалось. Но судьба их резко изменилась, когда к Лэе подошел смущенный Зар и спросил, не может ли Женя побыть в его теле, и пустить Зара в астрал. Не будь Лэя женщиной, если бы не раскрутила смущенного приятеля. В конце концов, Зар сознался, что у него в астрале осталась своя зазноба. Причем, это была девушка-ангел, которая стояла на низкой иерархической ступеньке и боялась засветиться перед начальством в несанкционированных взаимодействиях с душой, к тому же живого человека. А если учесть, что Зар был носителем вселенской тайны, то ее судьба действительно могла быть незавидной. Видимо разлука так сильно допекла парня, что он решился открыться Лэе. Обрадованная открывающимися перспективами, Лэя решилась тоже поведать ему о своем мелкобожественном статусе спасительницы отечества и пообещала тому устроить все его дела.

Вот так и получилось, что Женька частенько подменял Зара на Сэйларе, пока тот миловался с обретшей с ним свое счастье девушкой-ангелом в небесной Эриане.

Причем, Зар все реже появлялся на Сэйларе, как, впрочем и Женя на Земле.

Несмотря на все Женькины сомнения, с Заром у них сложились просто отличные отношения, и тот приступ ревности, который застиг Женю у Таши в гостях, был последним осложнением такого рода. Зара сильно изменила его астральная любовь — он забыл бряцать оружием и стал ровно дышать в сторону Лэи, сочувствуя и помогая ей как настоящий брат. Будучи на постоянной связи с Лэей, Женька чувствовал, что Зарово тело в отсутствие Женькиной начинки совершенно ее не привлекало.

Обрадованный Буль всякий раз с удовольствием подменял Женьку на Земле, обихаживая в его теле свою ненаглядную Люсю. Таким образом, Женька чувствовал себя каким-то межастральным Фигаро, который успевал и пожить сразу в двух мирах, и вести свои дела в астрале, и путешествовать по разным мирам с Лэей, когда она выходила во сне в астрал. А выходила она почти каждую ночь, когда Женьки не было с ней на Сэйларе.

Славка с Федькой несли службу помощи страждущим душам и их родственникам в реале.

Женька регулярно навещал Ташу и крестного сына, не упуская каждой возможностью посплетничать между ними, божествами. Лэя тоже частенько наведывалась к Таше, действительно, сильно с ней сдружившись — видимо сказывалась частичка Таши в Лэе, и они чувствовали некоторое родство своих душ. Лэе, к тому же, понравилось щеголять в человеческом виде, что она и проделывала частенько в астрале. А на Сэйларе Лэя с Шэл вовсю готовились стать мамами, и все окружающие старались сделать приход новых жителей в мир как можно комфортнее.

Однако хорошо долго не бывает, и однажды, когда Женька в очередной раз вышел погулять по астралу и заглянул в свой скучный кабинет душевной службы ДСП (наведываться туда он считал своим астральным долгом), то на столе его ждал конверт. У Женьки все замерло от предчувствия каких-то непредвиденных событий. Так просто конверты у него на столе не оказывались. Взяв конверт в руки, он увидел имя отправителя — Служба Равновесия…

Ванта — Хельсинки 28.03.2008