Лиарха
Шрифт:
Теперь у Лиры такой вид, будто ее внезапно столкнули в бассейн: она открывает рот и закрывает. Что доказывает, что, в отличие от Мэйс, врать Лира не умеет.
– Это ведь не мое дело? Учитывая, что она твоя бывшая.
– Она не моя бывшая.
– Тогда тебе должно быть наплевать на факт, что деньги у нее от богатого любовника!
Наверное, сейчас именно я выгляжу так, будто меня спихнули в воду. Даже не в бассейн, а, как минимум, в океан. Со скалы. И я долго-долго летел, пока с размаху не ударился о поверхность, провалился
– Любовника?!
Какой, к едхам, любовник? Единственный известный мне претендент на тело и сердце Мэйс – придурок Вартас! Или нет?
– Она так сказала, – будто издалека доносятся до меня слова Лиры. – И я ей поверила, потому что вряд ли обычный человек может позволить себе снимать квартиру в нашем доме.
Обычный нет, но тот, кто получил круглую сумму от Диггхарда К’ярда – да.
И опять ни едха в ее словах не сходится!
Если Мэйс получила «гонорар» от отца, то зачем это скрывает? Зачем сказала сестрам, что деньги от Дженны? Зачем придумала какого-то любовника?
Или не придумала?
Мысль о том, что где-то существует еще один въерх, который завладел ее телом и сердцем, отравляет с силой концентрированной кислоты. Конечно же, это въерх, потому что у Вартаса таких денег и в помине нет.
Или есть?
Что, если этот белобрысый едх – ныряльщик, как сестра Вирны?
Это многое объясняет. Очень многое. Потому что догадка про въерха-любовника – не вариант. Иначе бы они оба ходили в ожогах.
Значит, это Вартас.
Хотя в любом случае стоит проверить, но не через Мэйс. Она врет как дышит, поэтому вряд ли я услышу от нее правду. Но есть те, кому она доверяет, и вот они от разговора не отвертятся. Особенно если хотят помочь Вирне!
– Спасибо, что рассказала.
– Не за что. Возможно, я вмешиваюсь не в свое дело, но думаю, тебе не стоит связываться с этой Вирной. Такие как она опасны.
– Я разберусь с этим сам, – отвечаю резче, чем хотел.
Лира поджимает губы.
– Ты потом домой? – интересуется она, когда мы доходим до развилки коридоров, ведущих в раздевалки.
– Нет. Хочу успеть заскочить к другу перед новой сменой.
– Увидимся завтра?
– Да, конечно. В то же время.
Сначала хочу набрать Хара, на случай если у них с Кьяной запланирован романтический вечер, но потом решаю, что так даже лучше – не придется искать М’эль и уговаривать ее поговорить со мной о Мэйс.
Буду внезапным.
Я хорошо знаю расписание Хара в Кэйпдоре, потому что мы выбирали практически одни и те же факультативы. Завтра с утра у нас тренировка у Адмирала, так что вряд ли он будет разгуливать где-то допоздна, скорее, постарается выспаться, чтобы прийти первым. Поэтому я еду к другу прямо после бассейна.
Но оказываюсь перед запертой дверью, и на звонок никто не отвечает.
Хар наверняка у Кьяны, но я ни разу не спрашивал, где ее квартира, а единственный
Едх! Это уже плохая традиция! К сожалению, у Хара нет младшей сестры, которая может впустить меня в квартиру.
Вот я стою перед дверью как… как Вартас! И решаю, что делать дальше. Вариантов немного: дождаться, пока друг пожелает спокойной ночи своей девушке и вернется домой, уйти, набрать его и перестать играть во внезапность. Пока раздумываю, вдруг слышу голос Кьяны, доносящийся со стороны лифтов.
– Можно порезать аргору на маленькие кусочки, тогда нашим гостям будет удобно ее есть. И льда нужно заморозить побольше, чтобы хватило для коктейлей.
Квартира Хара в тупике, за углом, поэтому друзья не сразу замечают меня, а когда замечают, то замирают, будто морского едха увидели, но точно не Лайтнера К’ярда. Лица у них делаются какие-то виноватые. С чего бы это?
– Гостям? – переспрашиваю я.
Только теперь замечаю, что Хар держит два больших пакета с логотипом продуктовых супермаркетов, а в руках Кьяны круглый и, судя по ярко-розовому цвету, спелый, крупный фрукт аргоры. Безумно дорогой и настолько же безумно вкусный. Его еще называют праздничным или фруктом особых случаев.
– Привет, Лайт, – кивает мне Хар. – Что ты здесь делаешь?
– Мне нужна серьезная причина, чтобы увидеться со своими друзьями?
Они с Кьяной переглядываются.
– Нет, конечно. Просто ты не предупредил, вот я и подумал: что-то случилось.
– Все в порядке. Я бы даже сказал, замечательно.
– Здорово.
Я протягиваю руку:
– Давай помогу с пакетами.
Друг передает один из них мне. Кьяна выразительно смотрит на Хара, проводит ладонью по электронной панели доступа в квартиру и распахивает дверь.
Мы проходим в квартиру. У друга нет кухни, есть только барная стойка, которая отделяет разделочный стол и плиту от гостиной. На стойку я и ставлю пакет.
– Ты по-прежнему на меня злишься? – интересуюсь я у девушки, которая осторожно запихивает аргору в холодильник.
– Нет, Лайтнер, – качает головой Кьяна. – Это в прошлом.
Пока Хар раскладывает другие продукты, она открывает кран и наливает себе стакан воды. Продуктов оказывается много, и в основном это различные закуски или то, из чего их можно быстро приготовить.
– Коктейли. Закуски. Аргора, – перечисляю я. – К тебе придут в гости родители Кьяны?
Девушка давится водой и начинает кашлять.
– Нет, это не для родителей, – говорит она, придя в себя, – а для вечеринки.
– Для вечеринки? И часто вы устраиваете вечеринки?
– Это первая, – добавляет Хар.
Даже если сто первая, какая разница? Меня все равно на нее не позвали!
Интересно, почему?
– Я так понимаю, вечеринка не через неделю. Аргора сгниет раньше. Но вашего приглашения я не получил. Может, в спам попало.