Шрифт:
Вступление
Еще недавно здесь царила тишь да благодать, никто в самом страшном сне не мог представить, что война придет снова. Последний раз землю Франции топтали век назад сапоги немецких солдат, на сей раз это была русская армия. Третья мировая близилась к завершению, оборона Североатлантического альянса трещала по швам. Желающих гибнуть за интересы заокеанского кукловода с каждым днем оставалось все меньше и меньше.
Складывалась парадоксальная ситуация, Запад имел подавляющее военное и экономическое превосходство
Многие европейские страны не желали становиться разменными монетами в глобальной войне и сдавались почти без боя. Италия, Дания, Бельгия, Австрия, Хорватия. Едва русские войска подходили к их границам, как они в одностороннем порядке объявляли о выходе из альянса, поднимая белый флаг.
Младший сержант Кирилл Лопатин и его экипаж на своем Т-90 совершили длительный тур по Европе. Их танковая бригада сражалась в Белоруссии, совершила бросок через Литву с целью деблокировать Калининград, вела тяжелейшие бои в Польше, Чехии, громила натовцев в Германии и теперь продвигалась к Парижу, не встречая значительного сопротивления.
Французы бились без особого энтузиазма, американцы с британцами могли еще пободаться, прикрывая свое отступление.
Нет, противник отнюдь не был мальчиком для битья, российская армия несла серьезные потери, иногда приходилось и отступать. Бригада, где числился Лопатин, укомплектована примерно на сорок процентов. Больше половины людей и техники выбили в ходе предыдущих боев. Кто-то подорвался на мине, кто-то получил снаряд вражеского «Леклерка» или «Абрамса», а кому-то не повезло попасть под «дружественный огонь».
Младший сержант Лопатин изначально являлся оператором-наводчиком, но уже третью неделю подряд вынужден отдуваться и за командира экипажа. Тот был убит снайпером, когда неудачно вылез из танка отлить в ближайших кустах.
Говорят, пехтура потом поймала этого стрелка и порезала на лоскуты. В буквальном смысле. Война ожесточила народ с обеих сторон, Кириллу доводилось видеть поистине ужасающие вещи.
Впрочем, участники конфликта в целом старались не переходить определенных границ. Применение ядерного оружия ограничивалось точечными ударами, никому не хотелось повторять ошибку индусов и пакистанцев.
— Внимание всем, — раздался из радиостанции голос комбата. — Разворачиваемся в боевые порядки. Манул-8, Манул-11 поддержите пехоту с севера, Манул-2, Манул-5, продвигаетесь с юга. Задача ясна?
— Так точно, — отозвались экипажи Т-90АМ.
Шедшие в колонне танки, БМП и БТР сворачивали с дороги и двинули через поля, в обход населенного пункта. На картах он обозначался как Сен-Дизье, ничего примечательного, очередной провинциальный город, коих во Франции сотни. Тем не менее, он стал важным узлом обороны остатков войск НАТО. Ломиться туда напрямую было бы большой ошибкой, противник наверняка озаботился защитой основных путей подхода.
Танк с позывным «Манул-5» направился по южному направлению.
Лопатин то и дело вращал башней, разглядывая через тепловизионный
— Миха, стоп машина! — скомандовал Лопатин. Механик-водитель тут же выполнил приказ, вслед за первым Т-90 остановился второй. С холма открывался хороший обзор, поэтому младший сержант решил не торопиться с наступлением. На улицах города танки становятся легкой добычей.
— Второй, видишь кого-нибудь?
— На теплаке никого.
Лопатин тщательно осматривал через прицел двух-трехэтажную застройку Сен-Дизье, искал вражескую технику, корректировщиков, снайперов, противотанкистов в окнах, на крышах зданий.
Неожиданно раздался грохот, танк Лопатина тряхнуло.
— Бл…ь сука е. анная! — выругался младший сержант.
— П…расы! — добавил мехвод.
— Миха!?
— Порядок, нах!
Лопатин огляделся по сторонам, нигде ничего не горело, не дымило. Боевое отделение и отделение управления танка не пострадали, это хорошо, не зря он обвешан динамической защитой. Станция оптико-электронного подавления давно не работала, повредило осколками месяца два назад.
— Пятый, ты там жив?
— Цел и невредим, Второй, давай отыщем этих г. донов с ПТУРом! Миха, отъедь назад метров на тридцать, а то мы тут как на ладони видны.
Молодые необстрелянные экипажи после такого наверняка запаниковали, но Кирилл прошел с боями через всю Европу. И не в таких передрягах бывали. Противотанковая ракета в лоб, право, сущая мелочь по сравнению с встречным танковым боем.
Механик-водитель дал задний ход, теперь из-за холма выглядывали только башни танков, позади находились «Бумеранги» и БМП-3, ожидавшие безопасного прохода.
Т-90 с позывным «Манул-2» произвел выстрел. Трехэтажное жилое здание в километре сложилось как карточный домик.
— Готовы!
— Уверен, Второй?
— Я видел, как те двое в окне ПТРК наводили! Ну и засадил им фугасом, пока снова не пальнули.
— Молодец!
— Всегда, пожалуйста.
Танкисты еще несколько минут разглядывали через тепловизоры Сен-Дизье в поисках противника. Российским войскам на этом направлении противостояли британские подразделения, джентльмены в отличие от всяких итальянцев и мелкоевропейских лимитрофов дрались неплохо. По крайней мере, не впадали в панику при малейших трудностях, не спешили сдаваться в плен.
Когда огневая точка была уничтожена, противник зашевелился. Между домами Лопатин засек ползущую бронетехнику, очевидно, британцы решили выдвинуть ее навстречу русской.
В тепловых засветках младший сержант смутно угадывал «Челленджеры-2» и БМП «Уорриор».
— Да сколько же их там!
В другое время противоборствующие стороны вызвали бы авиацию, но после года тяжелых боев потери стали так ощутимы, что летуны в воздухе появляются редко. Напичканный электроникой штурмовой вертолет или истребитель в производстве куда сложнее фанерных планеров Второй мировой, не говоря о подготовке пилотов. А их убыль просто колоссальная.