Лич
Шрифт:
Восходящее светило окрасило небо узкой багряной полосой. Потом цвет сменился на более мирный – оранжево-розовый. Мирное сияние, но оно предвещало обитателям Тиберикума очень непростые времена.
Ненавижу бегать. Не по чину ведь предводителю войска мертвых, сильному магу, знакомцу бога Хаоса и прочая, и прочая бегать наперегонки с собственными костяными куклами. А что поделать! Приходилось передвигаться на своих двоих, ведь моего дуршила порубили на куски паладины. Похоже, видок этих милых зверушек им не пришелся по душе. Странно… Тихие, спокойные, сожрать пытаются только
Глупые мысли лезут в голову, не мешая бежать, но заставляя окончательно озвереть от нелепости самой ситуации. Скорее бы уж добраться до деревни, где можно будет завладеть лошадьми. Любыми!
Спешка. Быстрее, еще быстрее, на грани возможного для моих мертвых воинов и меня самого. Зачем? Давать фору паладинам я не собирался. Пусть будут расслабившимися, не готовыми к моему столь скорому появлению. Я уже понял, что движет ими, вот и собирался воспользоваться теми небольшими преимуществами, что они сами отдали в мои руки.
Людям надо отдыхать. Мне – нет. Почти нет. В этом одно из преимуществ нежити. Только я бы с удовольствием сменил преимущества мертвеца на недостатки естественной жизни. Хотя бы такой, как у моих вампиров. К сожалению, мне было не дано даже этого. Они могли чувствовать и наслаждаться запахами, вином, едой, кровью, наконец. Общество противоположного пола опять же было им доступно. Артас, скотина! Я уже не считаю тебя врагом, ведь делаем одно дело, но претензий к тебе предостаточно.
Хватит. Надо отставить в сторону претензии, временно выбросить их из памяти. Нет ничего хуже, чем распалять себя посторонними мыслями перед готовящимся сражением. Если есть накапливающаяся неприязнь, то пусть уйдет в сторону врагов – паладинов. С ними у меня счеты не в пример более значимые. Месть, ненависть к самой их цели бытия, а особенно необходимость вернуть похищенное ими.
Кстати о пропаже. С недавних пор, после разговора с Шутом и активации поискового заклятия, я стал ощущать Зерно намного четче. Между нами не просто появилась нить, она становилась все крепче и крепче. Надо будет потом спросить у Шута, что это значит.
Деревня… Наконец-то мы добрались до нее. Не слишком обширная, дворов на десять, не больше. Но нам достаточно было и этого.
– Перерыв четверть часа! – крикнул я. – Текс, найти лошадей. Кайр! Если есть стражники, то сюда их.
– А как насчет оцепления?
– Ты о чем, Сильвия? Неужели ты всерьез думаешь, что кто-то и местных, рискуя жизнью, побежит впереди нас к городу? Да и всех лошадей мы заберем. Вряд ли они галопом на свиньях понесутся.
Редко улыбающаяся вампиресса вдруг расхохоталась. Похоже, представила себе дородного крестьянина верхом на вислоухом пятнистом хряке, на огромной скорости уносящегося в сторону далекого города, пришпоривающего этого экзотического скакуна. И впрямь картина на грани безумия.
– Повелитель, у нас еще одно дело, – вымолвила Сильвия, мигом стершая с лица даже тень улыбки. – Нужна кровь.
– И из-за такой мелочи ты задаешь вопросы? Людей вокруг полно. Действуй, как обычно. Кусать, но не убивать. Можешь даже со стиранием памяти не заморачиваться, сейчас это неважно.
– Лучше
– И что с того, подруга?
– По храмовым заповедям, Сильвия, укушенный вампиром сам становится порождением скверны и его надо уничтожить.
Вампиресса даже в лице изменилась. Скривилась от отвращения, коротко выругалась, помянув неизмеримую глупость служителей Камирта.
– Они что, с ума сошли? – прошипела та. – Укушенный никогда не станет вампиром, если на то нет желания самого вампира. Это известно любому магу, любому жрецу! Разве только храмовые служки не знают этой азбучной истины.
– Это тонкий расчет, – возразила Клара. – Теперь сам факт контакта с нежитью приравнивается к верной смерти. Скоро они, как я понимаю, будут приравнивать к нежити и некромантов.
– Все ясно, подруга. Если все зашло так далеко, то этот мир и сам, без всякой некроэнергии, разорвет себя на куски.
– Ладно, закончили этот дивный разговор, – приказал я. – Следов не оставлять, лошадей сюда. Если будете у здешних стражей изымать – берите все. У простых – заплатите в меру. Все равно золота у нас много, хотя толку нам от него мало. И пошевеливайтесь, время не ждет.
Вампиров учить охотиться не стоит. А тут и вовсе неохота. Так, сбор трофеев самого простого образца. Сейчас они их покусают, лошадей сгребут, да и отправимся мы из этой деревеньки в нужную нам сторону.
Вот только особенности храмовых заповедей относительно вампиров. Как-то я их не изучал, не посчитал нужным. Зря. Порой даже в таком месиве из грязи и гнили можно обнаружить нужную добычу. Внешне она незначительна, обыденна, а на самом деле представляет собой очень тревожный симптом. Проводя аналогию с моим миром, возможны очередные «инквизиции» и «крестовые походы». Плохо, очень плохо. Такое без четкого указания богов никогда не делают. Зато с наличием оного – с огромным удовольствием.
Деревня сейчас жила совсем необычной для себя жизнью. Собаки, почуявшие поблизости нежить, залились истеричным лаем, а несколькими минутами спустя и вовсе дружно завыли. Словно подхватывая их концерт, в хлевах тревожно замычала и заблеяла скотина. Люди же, напротив, забивались в погреба и на чердаки, молясь своим богам, чтобы те отвели от них все многочисленные бедствия. Тьфу! Не люблю я их всех. Если нападают, так извольте или защищаться на месте, или же бежать, прихватив самое ценное и, опять же, будучи готовыми дать отпор. Эти же…
Наблюдая за творящейся вокруг суматохой, я продолжал обдумывать наше положение. Сложно противостоять ордену, который напрямую подпитывается от сил своего божества. Но это полбеды, самих паладинов я вместе со своими сподвижниками смог бы размолоть. Зато случай, когда то самое божество начинает баловаться с аватарами и максимальными накачками нескольких своих слуг, куда более серьезен. Это прямым текстом говорит о том, что божество, в данном случае Камирт, осознало направление, откуда может возникнуть угроза, и теперь спешно пытается переломить ситуацию.