Личностные расстройства

Короленко Цезарь Петрович

Одной из защитных реакций, характерных для гистрионических лиц, является диссоциация. Н. Маквильямс [13] выделяет особый тип личности, который называет «диссоциативными личностями». Изучение этой проблемы требует ее рассмотрения с позиций нарушения идентичности или множественного личностного расстройства.

В классической психиатрии этот феномен называется индифферентностью. Он дает возможность говорить об очень тяжелых вещах как о событиях, которые якобы их совершенно не касаются. Использование этого механизма обеспечивает возможность безучастного отношения к высокотравматичным эпизодам.

У лиц с гистрионическим

личностным расстройством современные психоаналитически ориентированные специалисты выделяют проблемы в организации «Я»-системы — системы внутреннего ядра личности. Чувство «Я» у этих людей ассоциируется с образом маленького запуганного дефективного ребенка, который находится во враждебном мире, окруженном чуждыми и очень сильными людьми. Несмотря на то, что гистрионические личности внешне могут казаться манипулятивными и контролирующими, как, например, нарциссические личности, на самом деле им не хватает чувства внутренней силы.

Манипулирование другими направлено не на получение удовольствия, а на создание собственной психологической безопасности, на попытку создать островок уверенности в пугающем их мире, на стабилизацию самооценки. Поскольку самооценка часто зависит от конкретных ситуаций, особенно от восприятия лицами противоположного пола, возникает «прилипание» к идеализированному объекту. Примыкание не к простому, «среднестатистическому», а значимому человеку обеспечивает стабильность самооценки и жизнь под лозунгом: «Этот сильный человек — часть меня». В этом контексте развиваются многие и, прежде всего, сексуальные связи. Состоять в связи с достойным партнером эквивалентно приобретению его силы.

У лиц с ГЛР в определенных травмирующих ситуациях могут проявляться конверсионные симптомы, особенно тогда, когда какая-то конкретная ситуация чем-то напоминает забытую репрессированную травму. Физическое нарушение может иметь самые разнообразные проявления: от потери чувствительности до выраженных псевдоневрологических расстройств.

В отличие от пограничных личностей, лицам с ГЛР не свойственна внутренняя пустота. Внутренне они не индифферентны. Поскольку их буквально раздирают противоположные виды страхов: страх того, что их будут эксплуатировать, и в то же время страх покидания и отбрасывания, в случае слабой представленности этих амбивалентных страхов они чувствуют себя более уверенно, более естественно и оказываются в состоянии проявлять эмоциональную теплоту и заботу.

Для этого вида расстройства характерна склонность к преувеличенным эмоциональным реакциям, к драматизации происходящего, стремление испытывать сильные чувства; выраженный эгоцентризм и экстравертированность. Лица с гистрионическим расстройством общительны (социабельны), нуждаются в постоянном внимании к себе, в необходимости производить на других хорошее впечатление. Они стремятся быть в центре внимания, с целью получить похвалу, используя для этого разные средства, зависящие от возможностей. Такие лица практически постоянно играют определенную роль, настолько вживаясь в нее, что порой трудно разобраться, где же их настоящее «Я». Например, их способность производить впечатление сексуально соблазнительных людей с использованием соответствующего стиля поведения и внешнего вида производит ошибочное впечатление, т. к. в действительности в интимной сфере они проявляют холодность.

Носители

гистрионического расстройства чрезвычайно озабочены тем, чтобы выглядеть соответствующим случаю образом. Свои эмоциональные реакции они выражают в преувеличенном виде, стараясь показать, например, не сам факт наличия радости, а себя в этой радости, демонстрируя себя радостным, хотя в действительности эмоции такой силы они не испытывают. С этой целью они используют восклицания и необходимые для этого внешние признаки, такие как драматизация, театральность в поведении, пытаясь показать наличие у них «переживаний». Несмотря на их старания, люди, хорошо их знающие и достаточно наблюдательные, видят неискренность и неестественность поведения, которое особенно раздражает близких и родственников, делающих им замечания типа «Как же ты можешь так себя вести?», что, однако, не приводит к изменению общего стиля поведения гистрионической личности.

Характерно постоянное стремление быть в центре внимания, что объединяет их с людьми, имеющими нарциссические особенности. Отличие заключается в том, что, если человек с нарциссическим нарушением, находясь в обществе, может «перенести» пребывание на «периферии», то гистрионические лица всегда стремятся быть в центре внимания, привлекая к себе окружающих замечаниями, восклицаниями, громкими фразами и смехом.

Они легко и быстро переходят от одного вида настроения к другому. Так, выражая крайнее сочувствие человеку, отвернувшись от него и подойдя к другому, тут же проявляют реакцию радости и восторга.

Им свойственна эгоцентричность, стремление к немедленному удовлетворению своих желаний и неадекватное переживание фрустрации. Наличие ситуаций, связанных с необходимостью отсрочить удовлетворение желания, вызывает переживания, эмоциональные реакции разочарования, неудовольствия, а иногда и гнева. Поведение носит импрессионистический характер. Речь таких людей изобилует фиксацией на деталях и общими оценками типа «это было замечательно», или «я посмотрел великолепный спектакль», «я познакомилась с необычайным человеком!»

Во взаимоотношениях с людьми ими часто используется эмоциональный шантаж. Например, разыгрывание гневных сцен, демонстрация слез, угроза покончить с собой часто встречаются у таких лиц. Сверхэмоциональность, преувеличенность реакций быстро истощает окружающих, старающихся установить барьер между собой и этими людьми. Появление барьера приводит к поиску гистрионическими лицами новых знакомых, новых зрителей. Демонстрируемые состояния они переживают лишь в незначительной степени, о чем свидетельствует быстрый выход из них с недоуменным вопросом: «Почему же другие помнят обо мне то, чего не помню я?».

Такие лица нередко обманывают самих себя, продолжая считать себя правыми, несмотря на то, что все факты свидетельствуют об обратном. Обманывая других, они защищают свою ложную позицию, вопреки здравому смыслу. Это поведение во многом напоминает поведение детей, поэтому окружающие иногда говорят о наличии у них незрелых эмоциональных реакций, что, в целом, не со всем точно отражает существо процесса.

Несмотря на реально существующее недостаточное эмоциональное участие в любовных отношениях, они склонны к демонстрации любви в присутствии большого количества свидетелей, хотя проблема сексуальной холодности для них чрезвычайно актуальна.