Личный космос
Шрифт:
Он переключился на третью ракету и поместил ее как раз над дверьми.
Затем он положил пенал управления и очки рядом с собой и сказал Шуптарту, что собирался делать дальше. Тевтон счел эту идею безумной, но согласился. Они подняли талоса и поволокли тело, весившее, возможно, пятьсот фунтов, вверх по лестнице. Они потащили его по коридору в проход между полями детекторов и прислонили к дверям, а затем поспешно, но осторожно отступили на этаж ниже.
Быстро оглядевшись, Кикаха вновь надел очки. Он опустил ракету над дверями, расположил ее сбоку от сидевшего талоса и швырнул ракету
Ничего не произошло. Двери не открылись. — Он ждал до тех пор, как не смог больше выносить напряжение. Хотя для него было существенно важно держать ракету на посту над дверями, он отправил ее на пол, а затем снова переключился на ракету в центре управления. Он не видел ничего, кроме задней стенки пульта, и ничего не слышал. Не завывала никакая сигнализация, так что ее, должно быть, отключили.
Колокольники не разговаривали и не издавали ни звука, хотя он включил усиление звука.
Он снова переключился на ракету перед дверью. Двери были закрыты, так что он вернулся к ракете в центре. По-прежнему не было слышно ни звука.
Что происходит?
Не хотят ли они, чтобы он бросился в атаку?
Он вернулся к ракете в центре и послал ее по полу к стене. Она медленно поднялась по стене, участок на фут перед ней был ясно виден, а дальше все становилось нечетким. Он собирался ее завести под потолок, а потом опустить, надеясь, что увидит Колокольников раньше, чем те увидят ракету.
Ракета могла применяться для убийства, как убивает пуля, но диапазон его обзора был настолько ограничен, что ему требовалось оказаться очень близко. Если Колокольник закричит, он выдаст звуком свое местонахождение, и Кикаха сумеет послать на него ракету, прежде чем Колокольник успеет сжечь ее.
Это был слабый шанс, за который он теперь был готов ухватиться.
Он привел ракету приблизительно туда, где должен был находиться пульт управления. Ракета опустилась прямиком до пола, ничего не видя и не слыша. Затем она поднялась и покружила в том районе, не засекая Колокольников. Он расширил территорию поисков. Конечно, Колокольники могли заметить ракету и отступить за пределы видимости и слышимости. Это не имело смысла, если они хотели держать оператора ракеты занятым, пока один или двое отправятся из центра на его поиски.
Они, вероятно, не знали, как действует ракета, но должны понимать, что диапазон ее передачи ограничен и оператор должен находиться сравнительно недалеко.
Кикаха велел Шуптарту быть особенно бдительным относительно появления Колокольников на лестничной площадке и не забыть применить нейтронные гранаты, если у него появится шанс.
Не успел он закончить эти инструкции, как Шуптарт заорал. Кикаха был так поражен, что вскинул руку кверху.
Пенал управления полетел прочь, так же, как и Кикаха. Срывая очки, он в то же время все катился и катился, чтобы сбить прицел каждому всякому, кто мог выстрелить по нему. Он понятия не имел, что заставило тевтона закричать,
Выстреливший по нему луч опалил ковер. Он ударил из неожиданного места, с противоположного конца коридора. Из-за угла высовывались голова и рука, державшая лучемет. К счастью, Шуптарт выстрелил, как только увидел Колокольника, и поэтому тот не смог дать прицельный луч. Затем он шмыгнул обратно. На таком расстоянии эффективность лучемета значительно снижалась. На коротком расстоянии он мог прожечь тридцатисантиметровую сталь и за секунду изжарить человека. На этом же расстоянии он мог только вызвать у него ожог третьей степени на коже или ослепить, если попадет по глазам.
Шуптарт отступил к первым нескольким ступенькам лестницы, где и укрылся за кучей талосов. Кикаха побежал прочь по коридору, остерегаясь того, кто может выскочить с ближайшей стороны. Один или оба Колокольника из центра прошли через врата в другую часть дворца и устроили атаку с фланга.
Либо один, либо оба отправились вратами куда-то еще — получить помощь других Колокольников.
Выругавшись, Кикаха круто повернул и побежал обратно к брошенным очкам и пеналу управления.
Колокольник на противоположном конце высунул голову поблизости от пола и выстрелил. Шуптарт, находившийся под более тупым углом по отношению к Колокольнику, так как он был на лестнице, ответил своим лучом. Кикаха тоже выстрелил.
Колокольник убрался, прежде чем направлявшиеся над ковром лучи смогли пересечься на углу. Там, где ударяли лучи, несгораемый ковер расплавился.
Три гранаты находились слишком далеко, чтобы рискнуть потратить время, сбегав за ними. Кикаха подхватил коробку, очки, круто повернулся и стремглав бросился назад по коридору. Он ожидал, что в ближайшем конце кто-то появится, и поэтому был готов шмыгнуть в ближайшую дверь. Когда он оказался в двух дверях от конца, он увидел высовывающуюся из-за угла голову. Он нажал на спуск лучемета, водя лучом по плинтусу, а затем вверх к углу. Голова, однако, отдернулась назад прежде, чем луч смог попасть в нее.
Кикаха пригнулся у стены и выстрелил мимо угла, надеясь, что какая-то часть энергии срикошетирует и ранит спрятавшегося за углом Колокольника.
Крик показал ему, что он кого-то напугал или подпалил.
Он усмехнулся и вернулся в дверной проем прежде, чем Колокольники используют тот же фокус на нем.
Усмехаться тут было нечему, но он не мог не испытывать чувства дикарского веселья, когда ему удавалось лишний раз одурачить врага.
Глава 21
Комната, в которую он отступил, была сравнительно небольшой. Во дворце имелись сотни подобных. Их главной задачей являлось хранение сокровищ искусств.
Расположены они были со вкусом, так, словно в комнатах жили или часто их посещали.
Он быстро огляделся, ища свидетельства наличия врат, поскольку во дворце их было столько, что он смог запомнить лишь малую часть их.
Он не увидел ничего подозрительного. Само по себе это ничего не значило, но на этот раз ему придется судить о вещах по внешнему виду, иначе он не сможет действовать.