Лицо
Шрифт:
Но сегодня у меня было приподнятое настроение. Я едва могла усидеть в комнате для ожидания. Ведь я кое-что вспомнила.
Едва устроившись в кресле, я выпалила:
— Кажется, ко мне возвращается память.
— Правда? — Доктор Сейлс пригладил свои светлые волосы и дотронулся карандашом до блокнота, лежавшего у него на колене.
— Да. Я… кое-что увидела.
Он наклонился ко мне. Его голубые глаза вглядывались в мое лицо так, будто пытались прочесть мысли.
— И что
Я тяжело сглотнула. Во рту внезапно пересохло. Пальцы впились в подлокотники.
— Я увидела две хижины. И снег. Он покрывал все кругом. А хижины стояли на холме, на самой вершине.
Доктор кивнул.
А я неожиданно расстроилась.
Не знаю, уж чего я от него ожидала. Что он вскочит и станет обнимать меня? Или бегать и кричать: «Да-да, это чудесно!»
Не знаю. Но все-таки я ожидала большего, чем просто кивок.
— Это хорошо, Марта, — сказал наконец доктор. Потом что-то набросал в блокноте.
— Это настоящие воспоминания? — спросила я нетерпеливо. — Хижины как-то связаны с тем, что случилось?
— А что еще ты видела? — Он как будто не слышал моего вопроса.
Я вздохнула. Почему же доктор все-таки не радуется?
— Что еще было на этой картине? — спросил он тихо, постукивая карандашом по подлокотнику.
Я выложила все остальное. Про Джастину, Лауру и Адриану. Про Аарона и двух других парней. И про то, что не могла разглядеть их лица.
Доктор снова кивнул.
— Так что, ко мне действительно возвращается память? — спросила я нетерпеливо.
— Кажется, да, — ответил он. Я ожидала от него улыбки или какого-то еще проявления эмоций, но не дождалась.
Я понимала, что профессионала должен вести себя именно так. Но мне хотелось, чтобы он поступил хоть немного человечнее. Чтобы помог мне.
— Это обнадеживает, Марта, — сказал наконец доктор и положил ногу на ногу. — Больше ты ничего не видела?
— Ничего, — ответила я, стараясь припомнить. Но видение оборвалось прежде, чем кто-нибудь успел что-то сказать.
— Ой! — вскрикнула я внезапно, вспомнив свои рисунки.
— Что такое, Марта? — Доктор выпрямился.
— Совсем забыла. Я принесла вот это, — ответила я, расстегивая свою сумку и доставая сразу два листа. — Вот. Мои рисунки. Я рисую одно и то же лицо снова и снова. Не знаю почему. Как будто против воли. Вы узнаете этого парня?
К моему удивлению, доктор уставился на лицо во все глаза. У него даже челюсть отвисла.
Он больше не был хладнокровным профессионалом.
Мои рисунки поразили его.
Глава 10
Сделав уроки в субботу, я заскучала. Пойти было некуда, потому что Аарон уехал с семьей к своим родственникам.
Я сидела в своей комнате, прислушиваясь
За окном виднелось ясное и чистое небо. Наконец-то выглянуло солнышко. А под окном за два дня вырос огромный сугроб.
Я уставилась на свой рисунок. На серьезные глаза парня. На шрам, пересекавший бровь.
Кто же он такой?
Почему я его рисую?
И почему доктор Сейлс потерял самообладание, но ничего мне не объяснил?
Кругом одни вопросы.
Множество вопросов и совсем немного ответов.
В этот момент дверь распахнулась, и вошла Лаура с Адрианой.
— Как дела? — крикнула Адриана с порога.
— Ты должна непременно пойти с нами, — добавила Лаура.
Они обе надели полинявшие джинсы и синие куртки. Их щеки были такими же красными, как круглые пластиковые ледянки, которые они сжимали в руках.
— А? Куда пойти? — спросила я и уронили рисунки на стол.
— Смотри, какая погода! — воскликнула Лаура. — Лучший день за всю зиму!
— Самое время покататься! — добавила Адриана. — Снег покрылся настом. Идем на Мельничный холм!
Я покачала головой. Они вели себя, словно подростки!
— Неужели вы собираетесь кататься с горы?
Они рассмеялись — слишком уж забавно прозвучал вопрос.
— Почему бы нам не повеселиться? — спросила Лаура. — Ну, как раньше, когда мы еще не выросли. Пока не решили стать крутыми.
— Идем же, Марта. — Адриана вытащила меня из-за стола. — Одевайся. На улице не так уж холодно. Идем покатаемся.
— Устроим гонки, — подхватила Лаура, подталкивая меня к двери. — Разгоним малышей и будем кататься одни!
— Ну… почему бы и нет? — сдалась я.
Мы стали спускаться по лестнице, распевая что-то дурашливое так громко, что папа даже прикрикнул на нас. Мы рассмеялись и запели еще громче.
В самом деле, почему бы мне не повеселиться?
Зачем сидеть в комнате и разглядывать эти чертовы рисунки?
Я поняла, что по-настоящему не веселилась с… с самого несчастного случая. С тех пор как потеряла память.
Я схватила свою куртку и перчатки и вместе с подругами направилась к выходу. День и в самом деле был чудесным. Легкий морозец бодрил. Снег сверкал на ярком солнце.
Мы направились к Мельничному холму, вращая свои ледянки, словно рули, и врезаясь друг в друга.
В конце улицы Адриана поскользнулась и свалилась. Мы с Лаурой запихнули ее лицом в снег.
Она сопротивлялась, и началась схватка, после которой мы все вывалялись в снегу и взмокли.