Лицо

Вэнс Джек Холбрук

Зрители повскакивали с мест и так плотно обступили роблеров, что судьям пришлось расчистить примыкающее к арене пространство. Главный судья ударил в гонг, соперники заняли исходные позиции, и поединок начался. Он оказался очень коротким и бескровным, не сопровождался ни драматическими эпизодами, ни полным напряжением физических и моральных сил соперников. Умудренный многолетним опытом Дадексис еще во время разминки размахивал своим аффлоксом с таким устрашающим мастерством, что настроение его соперника сразу же испортилось. Когда же противники сошлись, то Дадексис, развернувшись

к роблеру боком и пригнувшись, легко избежал удара его оружия, после чего почти без замаха метнул свой шар так, что прикрепленный к нему ремень обвился вокруг рукоятки оружия соперника. Затем он дернул ремень на себя, полностью того обезоружив, ухмыльнулся, мастерским взмахом заставил свой шар сделать полный круг над ареной, после чего, дождавшись четырех ударов гонга, спокойно направился к пьедесталу, чтобы забрать ставший более ценным приз, а его незадачливый противник затерялся в толпе зрителей.

Джерсен повернулся к трибуне и увидел Шеридин. Та смотрела решающий поединок стоя, а теперь усаживалась поудобнее между тетушкой Мейнисс и Альдо. Что она подумает, увидев, как Джерсен толчется среди борцов, подкрадывается к кому-то сзади, пытается увернуться от соперника, мечется как угорелый внутри дарсайских роблов?

«В самом лучшем случае, – подумал Джерсен, – она будет совершенно сбита моим поведением с толку».

Тем временем участники третьего хадавла собрались вокруг арены. Был среди них и тип, которого Джерсен заприметил рядом с Бэлом Руком.

К микрофону подошел главный судья:

– Хадавл с призовым фондом в тысячу севов, учрежденный благородным и щедрым Бэлом Руком! Вызов принят одиннадцатью соискателями, внесшими шестьсот севов и сто двадцать пять акций компании «Котзиш». Среди них опытнейшие борцы из нескольких кланов и даже один искиш!

Чувствуя себя несколько странно, Джерсен присоединился к собравшимся вокруг арены роблерам. Сто двадцать пять акций! Если он одержит победу в этом хадавле, компания «Котзиш Мючуэл» станет его собственностью!

К нему сразу же подошел круглолицый крепыш:

– Вы когда-нибудь раньше участвовали в хадавле?

– Нет, – ответил Джерсен. – Мне еще многое надо узнать.

– Верно. Так вот, давайте договоримся. Меня зовут Рудо. Вы, я и вон тот парень – его зовут Скиш – здесь, несомненно, самые неопытные. Если мы станем действовать сообща, то сможем уравнять наши шансы.

– Неплохая мысль. А кто здесь сильнейший?

– Тронгаро – вон он… – Рудо указал на того самого типа, с которым беседовал Бэл Рук. – И Майз, вон гот тяжеловес.

– Давайте сначала вышибем Тронгаро, а затем Майза.

– Годится! Но говорить, разумеется, легче, чем сделать. Наш союз сохраняется до тех пор, пока не вылетят эти двое.

Джерсен, теперь уже войдя во вкус и проникнувшись духом игры, и сам стал подыскивать других возможных союзников. К нему подошел еще один борец, рослый парень, от которого так и разило той дерзкой бесшабашностью, которую дарсайцы называют плембушем.

– Это вы Джерсен? А я Чалкоун. Ни вы, ни я, разумеется, не выиграем, и все же давайте объединимся вон против того малого. Его зовут

Фербиль. Известный грубиян и подлец. От такого неплохо бы избавиться как можно раньше.

– А почему бы и нет? – ответил Джерсен. – Мне бы еще хотелось выбить Тронгаро. Мне сказали, что он крайне опасен.

– Вы правы. Сначала Фербиль, потом Тронгаро. И давайте будем подстраховывать друг друга, по меньшей мере до зелени или даже до синевы. Идет?

– Да.

– В таком случае вот как мы вышибем Фербиля. Вы делаете выпад сбоку, он к вам разворачивается, а я делаю эму подножку сзади. Вы толкаете, и он падает.

– Разумно, – согласился Джерсен. – Сделаю все, что в моих силах.

Через несколько мгновений пошептаться с Джерсеном подошел Фербиль.

– Это вы искиш? Что ж, желаю удачи. Но если вы замахиваетесь на большее, давайте работать в паре.

– Я согласен на все, лишь бы оставаться в игре.

– Хорошо. Видите вон того совсем еще молодого парня? Это Чалкоун, подлец и нахалюга, но проворный и ловкий. Мы его вот как обставим: заходим с противоположных сторон, вы падаете прямо перед ним, я его отшвыриваю, и он улетает чуть ли не к трибуне.

– Сначала Тронгаро, – предупредил Джерсен. – Он мне кажется самым опасным из всех.

– Тоже неплохо. Сначала Тронгаро – прием точно тот же, затем Чалкоун.

– Если мы сами до тех пор останемся в роблах.

– Не бойтесь. С вами ничего не случится, пока мы вместе!

К Джерсену подъехали еще трое соискателей, предлагая различные тактические уловки и разнообразное сотрудничество. Джерсен на все соглашался, исходя из принципа, что, как бы ни было, помощь лучше, чем полное ее отсутствие.

Среди зрителей мелькнул Бэл Рук, и на какое-то мгновение Джерсен встретился с его насмешливым взглядом. Потом Джерсен не упустил возможности посмотреть и на мезленцев и обнаружил, что Шеридин глядит на него в состоянии полнейшей растерянности.

Главный судья с торжественным видом подошел к пьедесталу и положил на него ответные ставки: пачки севов и сложенных вдвое акций «Котзиш». Затем ударил в гонг:

– Соискатели! Займите свои места! Одиннадцать человек вошли в желтый робл.

– Тридцатисекундная готовность!

Роблеры прохаживались вдоль желтого робла в поисках места, откуда удобнее всего напасть на тех соперников, которых они считали наиболее опасными.

– Шестнадцатисекундная готовность!

Борцы присели, настороженно озираясь по сторонам, некоторые сменили исходные позиции, видя перемены в общей расстановке сил.

– Шесть секунд.

Последний удар гонга.

– Игра!

Одиннадцать роблеров образовали нечто вроде карусели вокруг пьедестала. Джерсен, заметив, что Тронгаро мало-помалу к нему подкрадывается, отбежал подальше. За спиной у Тронгаро появился Чалкоун. Поймав вопросительный взгляд Джерсена, он дал знак и ударил Тронгаро, который тотчас же обернулся, чтобы отразить нападение. Джерсен рванулся с места, толкнул Тронгаро, и тот сразу же «позеленел».

– Теперь Фербиль! – вскричал Чалкоун. – Помните наш уговор? Выпад делаете вы. Вот он. Быстрее!