Ликвидатор
Шрифт:
— Читайте, — положил я на стол планшет, на экране которого как раз располагалась таблица с именами основных фигур в среде наркодилеров острова и «мамочек», что пасли стайки шлюшек. — Я не собираюсь напрягаться, говоря вслух то, что и так всем присутствующим известно. Примем как факт, что ваша истинная суть нам известна.
— И кто же мы?
— Номинальные владельцы, сеньор Манарро. Не более, но и не менее того. Те, кто получает свой небольшой процент от дохода за прикрытие, а большую часть отдают… то есть отдавали истинным хозяевам. Тем, кого больше нет.
— Но природа не терпит вакуума, — улыбнулась Джулия, на сей раз вполне себе мило и доброжелательно. — А покровительство Коза-Ностры куда более значимо,
Кхм… Нет, ну надо же ухитриться облизнуться до того хищно, плотоядно, что даже я впечатлился, на что привык к кровожадности сицилийки. Что уж говорить про этих двух недостойных потомком конкистадоров и кабальерос. Интересно, штаны хоть сухими остались? Они ведь пусть трусоватые, но не болваны, поняли, что им сейчас почти прямым текстом сказали, кто именно ответственен за «исчезновение» двух главарей марокканцев, явную гибель третьего Салеха и ту резню, эхо от которой и не думало утихать.
Смотрю и любуюсь! Не красотой Гримани — это уже знакомо, пусть и до сих пор доставляет эстетическое удовольствие — а тем, как она быстро и жёстко прессует обоих наших «зицев», не переходя вместе с тем границы разумного и культурного. И ей сие однозначно нравится. Власть! Именно она заставляет проявиться лёгкий румянец, дышать более глубоко, про взгляд я и вовсе не говорю. Своего рода наркотик, тем паче для тех, кто ещё не успел к нему привыкнуть, делая лишь первые действительно важные шаги по дороге, ведущей на верхние ступени высокой пирамиды.
С чувством, с толком, с расстановкой Джулия объясняет Лорке и Манарро то, что может случиться с теми, кто расстраивает Коза-Ностру. И то, что сравнивать «калибр» сицилийской организации с огромным опытом и богатой историей с какими-то… погонщиками верблюдов было бы неразумно, а может и вовсе оскорбительно. Пожалуй, хватит. А то ведь закошмарит может и не двоих, но одного точно до состояния панического или и вовсе до обморочного. Последнее, конечно, маловероятно, но полностью исключать подобное я бы не стал. Пришла пора вмешаться.
— Мой партнер несколько сгущает краски, сеньоры. Ведь обрисованные ей в деталях печальные перспективы могут воплотиться в жизнь лишь в том случае, если вы нанесёте явное и однозначное оскорбление той организации, в которой мы имеем честь состоять. Зато если вы станете пользовать нашей защитой, то угрозы будут направлены на тех, кто попытается мешать вашей обычной и не очень деятельности. А таковых сейчас даже на горизонте не просматривается. Или вы можете прямо сейчас назвать тех, кто в сжатые сроки готов не просто просочиться на сей райский остров, но и будет при этом достаточно силён, чтобы конкурировать с нами? Говорите же, не стесняйтесь, я всегда рад услышать здравые мысли. Или хотя бы теоретически возможные.
— Некоторые товары… — вновь утерев пот со лба и с уже заметной такой лысины, пискнул Лорка. — Поставщики работают только с единоверцами. Это не то, что в моих «Гранде», «Эльдорадо» и других, это идущее… в другие места.
— Транзит, — припечатала Джулия. — Не мнитесь, как девственница, невинности вас давно лишили, с заду тоже. Марокканцы или кто раньше постарался?
Сдавленный кашель Лорки, бледность Паоло Манарро. Понимаю их, не ожидали от внешне очаровательной синьорины в образе бизнес-леди этаких совсем некультурных выражений. Хотя могли бы и догадаться, не первую минуту разговор идёт.
— Кхе… да, транзит. На нашем острове концентрировался товар, а потом шёл в Испанию, Францию и в другие места. Канал не захотят терять. И выпускать из своих рук.
— Они пришлют людей, — напомнил о себе Манарро, доселе помалкивающий. Но если вы хотите. Мы можем попробовать стать посредниками,
— И станете. И поговорите. Только не о том, о чём сейчас оба наверняка подумали. Наша организация не заинтересована в том, чтобы работать здесь с наркотрафиком в целом и наркотой в частности. Вообще не заинтересована. А потому вы, сеньоры, скажете хоть заморским марокканцам, хоть туркам с саудовцами, хоть кому ещё, что они могут и должны искать другие места для хранения товара и распространения его на Ивисе, а далее и на соседних островах. «Люди чести» не собираются лезть в эту часть бизнеса, но оставляют за собой остальные сферы, такие как проституция, контрафакт и прочее, о чём будет доведено до их сведения в дальнейшем. Я понятно излагаю?
— Ты всегда говоришь доходчиво, — мурлыкнула Джулия. — А эти два синьора просто от непривычки к нормальной риторике глаза выпучили и челюсти отвесили. Провинция! Захудалая, разве что с хорошими пляжами.
Треск рвущегося шаблона был чуть ли не наяву слышен. Оно и понятно, ведь где это видано, чтобы криминальная структура, причём реально мощная, добровольно отказывалась от самой вкусной темы, которая только существует — работы с распространением наркоты? Правильно, сие в природе не должно существовать. Однако вот он, казус, прошу любить и жаловать. Судя же по бледно-изумлённым физиомордиям испанцев, их придётся из шокового состояния выводить подручными средствами. Не валерьянкой, понятное дело, а коньяком и иными алкоголесодержащими жидкостями с высоким градусом. Продолжать же полностью осмысленный разговор лишь после того. как их мозги переварят эту реально необычную вводную.
Почему именно вводную? Да потому как своим покорным поведением оба субчика уже продемонстрировали свою покорность, а значит готовность работать с новыми хозяевами на прежних должностях зиц-председателей.
Пока Джулия, получая определённое удовольствие от своих действий. втолковывала новым ассоциантам новую же «политику партии», я, дегустируя в малых дозах неплохое белое вино и закусывая его табачным дымом, размышлял о ещё одном важном нюансе, который предстояло затронуть. О местной полиции, что была вполне себе в теме происходящего на острове. И главной фигурой в этом раскладе являлся шеф-инспектор Игнасио Торрес. Так себе человечишко, откровенно говоря, но зато красивую жизнь любил… и страдал в те моменты, когда не мог её поддерживать на уровне, который лично считал достойным. Уровень же этой самой достойности у него медленно. но неуклонно полз вверх. Оно и неудивительно, учитывая жирные подачки от криминалитета острова. Те самые, которые он с радостным чавканьем проглатывал и сперва просил, а потом требовал ещё и ещё. Аппетит, он же приходит во время еды.
Новая карта в обновлённом раскладе, которую можно просто изъять — простое и довольно полезное решение, особенно если правильно обставить — а можно и использовать более эффективным манером. Лично я склонялся к последнему, хотя и про устранение окончательно забывать не стоило. Продажные шкуры, они такие, порой жадность у них превозмогает всё остальное. Особенно здравый смысл.
Та-ак, а Джулия то умничка, со всех сторон обозначила двум нашим зиц-председателям вешки, за которые тем выходить строго противопоказано. Более того, делегировала им «почётную обязанность» донести политику новых хозяев фигурам помельче. Разумно, поскольку чем больше «прокладок» между нами и некоторыми криминальными делами, тем оно и лучше. Мы и этими двумя встречаемся первый, но как бы не в последний на долгий период времени раз. Дальше будут задействованы в лучшем случае солдаты клана Катандзаро, а то и просто другие ассосианты. Невеликого масштаба фигуры Лорка с Манарро, чтобы их вёл кто-то боле серьёзный. А вот если придётся высказать своё недовольство… лучше бы им избежать подобного развития событий.