Ликвидатор
Шрифт:
И я считал минуты до посадки самолета в таллинском аэропорту, где меня уже ждала Рамона. Накануне вечером я позвонил ей с базы, сказав, чтобы собирала чемодан, садилась на мою «восьмерку», постоянно обитающую в ее гараже, и ехала встречать долгожданного гостя. Во время моего последнего отпуска я купил ей портативный компьютер — книжку-ноутбук, так что детективы она теперь может сочинять не только дома. Если честно, то мне действительно нравилось ее профессиональное увлечение литературой. Что-что, а писать она умела. Произведения Рамоны, не обремененной совковым воспитанием, по стилю
Едва я спустился по трапу самолета, как увидел ее. Она стояла возле здания аэропорта и пристально вглядывалась в трудно различимые с расстояния двухсот метров лица прилетевших последним рейсом. Она тоже сразу заметила меня и, не дожидаясь, когда пассажиров подвезет до здания аэровокзала специальный автобус, бросилась бежать через взлетное поле к самолету.
Подбежав, она бросилась мне на шею. Я тоже по ней соскучился, но даже не мог себе представить, что у нее это чувство было на два порядка сильнее!
— Здравствуй, солнышко. — Я пригладил ее растрепавшиеся светлые волосы и крепко поцеловал. — Соскучилась?
Она молча кивнула головой, шмыгнув носом. Того и гляди расплачется. Невероятно! Может, что-то случилось?
— Что-то случилось, малышка? Ты вся такая странная…
— Нет, ничего. Я просто очень рада тебя видеть.
— А-а-а… — Поднял с земли чемодан, обнял ее за плечи, и мы медленно пошли в сторону здания аэропорта.
Мимо нас, в противоположном направлении, чинно проследовала пожилая эстонская пара в белых шортах. Вероятно, они тоже кого-то встречали. Посмотрев на нас с улыбкой, старушка что-то вполголоса сказала мужу. Он улыбнулся ей в ответ и молча кивнул в знак согласия. Старички говорили на своем родном языке, из которого я знал только одну фразу, несмотря на настойчивые попытки Рамоны хоть как-то поправить положение. А поэтому попросил ее перевести. Она смутилась, но потом все же перевела:
— Женщина назвала нас замечательной парой и сказала, что мы очень подходим друг другу. Она подумала, что мы с тобой муж и жена.
— А что, разве не так? — высоко подняв брови, спросил я.
— Нет, не так. К сожалению, — ответила Рамона и сразу же сменила тему разговора: — Твоя машина на стоянке. Я сделала все, как ты просил.
Мы миновали здание аэровокзала и вышли через главный вход к расположенной рядом платной стоянке, где я сразу заметил «восьмерку». Она, как всегда, была идеально вымыта и сверкала на солнце.
— Ты поведешь? — Рамона протянула ключи.
Я помотал головой:
— Нет, что-то не хочется. Если тебе не трудно… — я улыбнулся, получил улыбку в ответ и через минуту уже сидел на правом сиденье рядом с Рамоной, а мой вместительный чемодан лежал в багажнике.
— Может, ты все-таки скажешь, куда мы едем? — Моя красавица обиженно надула свои замечательные губки-бантики. Как я мог не ответить? Да и не входило в мои планы все тридцать дней отпуска провести рядом с таллинским аэропортом.
— Сначала в Ригу, потом — в Юрмалу.
—
— А что мы там будем делать?
— За хорошие успехи в боевой и политической подготовке фирма презентовала мне дом на берегу моря с двумя автомобилями, четырьмя охранниками и полным комплектом прислуги. Без-воз-мезд-но!
— То есть как… На время отпуска?
— Нет, я же сказал, презентовала. Насовсем. Дом, который раньше принадлежал коммунистам республиканского уровня, теперь моя частная собственность. И машины — тоже. Правда, вот собственностью на людей пока похвастать не могу. Всё-таки двадцатый век на дворе. Но обязательно что-нибудь придумаю. Хочешь, завтра на воротах будет стоять негр, а еду готовить китаец?
— Ты с ума сошел. — Рамоиа удивленно покачала головой.
— Совсем даже нет, дорогая. Я просто очень хорошо работаю.
— Ты уже там был, в этом доме? — осторожно спросила она, заводя двигатель «восьмёрки».
— Нет, но у меня есть адрес. И еще: очень прошу тебя, при посторонних называй меня Виктор. Виктор Михайлович Иванов. Запомнила?
— А что же мне еще остается? Только и делаю, что выполняю твои указания, господин мафиози.
Я понимаю, что она это сказала в шутку, так, между прочим. Но от этих слов у меня внутри все словно оборвалось. Даже на какое-то мгновение появилась шальная мысль, что она уже давно, еще в том громадном доме на берегу Чудского озера, когда я впервые встретился с Персиковым, обо всем догадалась. Но потом я подумал, что этого не может быть. Я уже слишком хорошо знал характер любимой женщины. Если Рамона что-то хочет спросить, она не откладывает это до завтра, а уж тем более «до лучших времен». Она, конечно, до сих пор считала, что я работаю сотрудником секретной российской службы. В ее глазах я был кем-то вроде агента Купера из «Твин Пикса».
— Не надо меня так называть. Никогда, — сказал я.
— Хорошо, господин резидент, больше не буду! — Она виновато потупилась. — Так мы действительно едем в Юрмалу на целый месяц? Но с кем я оставлю Гарика?
— Чёрт… Делать нечего, придется заехать к тебе в городишко и взять его с собой. Тем более что ты наверняка вспомнишь, что забыла взять из гардероба что-нибудь очень нужное.
— Конечно! Я ведь не думала, что уеду из дома на четыре недели! — Как я и предполагал, с собой у неё не было ничего, кроме небольшой спортивной сумки. — И попросила соседку покормить собаку только два дня. Я думала, мы останемся ненадолго здесь, в Таллине, снимем номер в гостинице…
— Не продолжай. Дорогу до Пярну знаешь?
— Знаю. — Рамона снова надула губки, включила первую передачу и выехала со стоянки.
Но я знал, что больше минуты она не выдержит этого театра одного актера. И оказался прав.
— А где твои четверо охранников? — спросилаона, когда машина выехала на оживленную трассу. — В чемодане?
— Зачем? В Юрмале, охраняют мой… наш дом…
Рамона удивлённо вскинула брови: «Неужели?»
— …два наших автомобиля и четверых слуг, включая повара.