Лилис

Лукьянов Олег Валерьевич

– А маршевые?

– Не уверен, но может быть, работают, сэр. Включить?

Он помотал головой:

– Нет. Из сектора мы будем выбираться часа полтора, за это время Демиург превратит нас в пыль.

– Какие будут приказы, капитан?

Мужчина в белом костюме с орденами на груди повернулся ко мне. Глаза под плотно надвинутой на лоб фуражкой показались очень злыми. У меня возникло чувство, что их обладатель испытывает ко мне неприязнь, и я понял, что не ошибся, когда он мерным, лишенным эмоций голосом, от которого на месте СНИЖа

я бы повесился от зависти, произнес:

– Пусть теперь ваши шкуры спасает ваш Сияющий, я умываю руки и складываю с себя полномочия.

– Но как же… – начал второй помощник, но капитан, то есть бывший капитан, печатным шагом проследовал через весь зал.

А когда за его спиной затворились створки шлюза, все офицеры перевели взгляд на меня. Похоже, что многие из них стыдились поведения своего командира, но они не знали всей подоплеки. Ведь в прошлый раз их спас не я, а капитан, умудрившийся выключить двигатели прямо в тоннеле времени. Бьюсь об заклад, что это считается невозможным.

Разумеется, он не мог не расстроиться, когда этого никто не оценил, а слава досталась мне. Теперь же, когда командующий кораблем понял, что от него, по сути, ничего не зависит и мы обречены, он отомстил, целиком спихнув проблему и ответственность на мои плечи.

– Первый помощник, – произнес я, разбив тишину, словно чайное блюдце.

– Да, Сияющий, сэр!

– Вольно. Наш фрегат может сесть на планету?

– Да, сэр, если все системы в порядке, сэр!

– Тогда бери посадку на себя.

– Есть, сэр! Включить форсажные двигатели. Начать разворот! Включить маршевые двигатели!

В следующие мгновения экипаж вновь засуетился. И хотя я не видел в их действиях никакого смысла, вид у всех был таким, будто целиком от них зависело, развалится корабль или нет.

– Началось возгорание в шестом отсеке… Системы пожаротушения вышли из строя… Третье отделение заблокировано: вынужденная мера, сэр.

– Что происходит? – спросил я.

– Сияющий, включение маршевых двигателей вызвало пожар, но сейчас он локализован. Корабль взял курс на неизвестную планету.

О курсе он мог бы не говорить: центральный монитор, транслирующий все, происходящее по ходу движения корабля, вывел в центр экрана крохотную планетку, которая пока походила на маленькую дешевую жемчужину, но с каждым новым мгновением увеличивалась в размерах.

– Простите, Сияющий.

Я повернулся к подошедшему ко мне человеку и удивился, увидев перед собой капитана. Теперь он был без фуражки и смотрел на меня с плохо скрываемой мольбой в глазах.

Я на мгновение растерялся, выдавил жалкое: «Что?»

– Простите, Сияющий, я подвел вас. Позволил тщеславию взять верх над собой и бросил корабль в самый ответственный момент. Но позвольте сказать, что принятое вами решение посадить корабль не совсем удачно. Магнитное поле планеты, конечно, защитит нас от Демиурга, но что мы будем делать дальше? Окажемся в ловушке без права на взлет и в конце концов сгнием на этой планете.

– А

что ты предлагаешь? – спросил у него, в очередной раз поразившись своему уму. Понятия не имел о том, что планета нас защитит, – я намеревался только покинуть чертов корабль и разделить экипаж: вряд ли Демиург будет гоняться за всеми по отдельности.

– Предлагаю сматываться из этой планетной системы. Демиурги разумны, и, возможно, поняв, что мы хотим покинуть его владения, этот не станет нас преследовать.

– А если станет? Каковы шансы, что не станет?

– Низкие, сэр.

Я покачал головой:

– Нет. Садимся на планету, а потом что-нибудь придумаем. В конце концов, можно попробовать вступить в контакт и договориться.

– Сияющий! При всем моем уважении, вы пробовали вступать в контакт со стихией? Пробовали договориться с огнем или ветром?

– Я – нет. Но знал пару людей, которым это удавалось. В общем, капитан, я не отменю свой приказ, и неважно, согласны вы с ним или нет.

– Понял, Сияющий. Так, значит, я все еще капитан?

– Как хотите.

– Хочу, сэр.

– Тогда вы капитан.

Он нацепил фуражку и отдал честь:

– Я больше вас не подведу!

Капитан развернулся, но принять командование у помощника не успел. Вновь выключился свет, погасли мониторы, аварийные лампы даже не пытались озарять тьму кровавым светом. Секунды на три или четыре в кромешной темноте повисло безмолвие, но затем без предупреждения вспыхнул свет и ожили экраны.

– Фух.

– Не спешите радоваться, капитан. Корабль неуправляем. Мы падаем на планету.

Глава 3

Майор Локос

Лейтенант Круз смотрела в иллюминатор и чувствовала, что губы неудержимо расплываются в улыбке. Она старалась придать лицу серьезное выражение, но радость не хотела так просто уходить с лица.

– Соберись, – говорила она себе, – предстоит серьезная операция.

Но внутренний диалог не принес никакого результата. Единственным утешением служило то, что шлем надежно скрывал ее настрой от сестер по оружию. Но лейтенант все равно оглядывалась и внимательно смотрела на них, пытаясь понять, догадываются ли сестры о ее легкомыслии.

Лица всех, кроме сержанта Илаис, тоже скрывались под шлемами, но сама сержант слишком сосредоточенно завязывала волосы в хвост и отрешенно смотрела куда-то в пол. Шлем и автомат лежали на соседнем кресле, и, похоже, она не боялась их потерять… Или ей было все равно. Она только что потеряла мужа: тот был техником, и практически на глазах у жены его искромсало кучей осколков от взрыва ракеты. Хорошо еще, что сама Илаис оказалась в доспехах.

Улыбка Круз наконец померкла, она забеспокоилась о своих дочери и муже, оставшихся на «Аполлоне-два», но с ними вроде бы все должно было быть в порядке. Но даже если и нет… Если корабль уничтожен, что ж… скорбь будет вечной, но ее утешит вера в Сияющего.