Лилис
Шрифт:
– То же самое произошло и с другими группами… захватчиков, – с небольшой запинкой сообщил капитан. – Кроме той, с которой вы сами ввязались в бой. Я не стал отдавать приказ СНИЖу о включении системы пожаротушения, поскольку некоторые из остававшихся с вами бойцов Федерации не имели боевых доспехов.
Я вспомнил про полицейских Локоса, представил, как они корчатся в муках, пытаясь вдохнуть ртом глоток кислорода, и захлебываются в облаках сизого газа. Одобрительно кивнул капитану:
– Все правильно. Значит, говорите, потерь среди команды фрегата практически нет?
– Да, Сияющий, – бодро ответил тот, – кем бы ни были эти
– Да, но как они там оказались?
– О-о, – вмешался в разговор человек в белом халате, все это время маячивший у меня за спиной. – Очень интересный вопрос! По правде сказать, я не перестаю об этом думать с той минуты, как увидел записи! Более чем уверен, что это тот самый способ перемещения в пространстве, который в обиходе именуют телепортацией. Подумать только, а ведь мгновенное перемещение до сего момента считалось невозможным!
Я глянул на собеседника недоверчиво: сомнений в том, что передо мной стоял яйцеголовый, оставалось все меньше. Белый халат, высокий морщинистый лоб, подслеповатые глаза, общая неряшливость, граничащая с презрением к внешнему виду, – да, точно ученый. Поскольку приближаться к нему я не собирался, взглядом поискал какой-нибудь предмет потяжелее, чтобы вырубить его наверняка… Стоп. Зачем мне предмет? Проще приказать кому-нибудь, хотя бы стоящему рядом генералу, пристрелить этого ублюдка.
– Кхем! – кашлянул капитан. – Сияющий, позвольте представить вам руководителя научно-исследовательской бригады Ордена, Карла Куйзена.
Кулаки непроизвольно сжались, я выдавил из себя, улыбнувшись через силу:
– Последний ученый, которого я видел, засунул мне в мозг пару стальных хреновин, а предпоследний обещал препарировать…
– Ну это он увлекся, – простецки отмахнулся Куйзен. – В препарировании объектов уже лет триста нет никакой надобности. Самый обыденный сканер выдаст куда более надежный результат без каких бы то ни было существенных временных затрат…
– Ладно, заткнись, все равно твоя болтовня никому не помогла.
Не дожидаясь ответной реакции на столь возмутительную грубость, я обратился к Локосу, ни слова не проронившему за все это время:
– Хотелось бы добраться до обсерватории и понять, как блокируются сигналы и все средства связи. Что намерены делать вы и ваши люди?
– Позвольте вопрос: что вы станете делать, когда об этом узнаете?
– Вызову подмогу, – не мигнув, сказал я. – По утверждению капитана, к тому времени как мы вернемся из обсерватории, фрегат уже сможет взлететь и даже совершить небольшой межзвездный перелет, но покинуть планетную систему в целости без необходимой помощи просто нереально. На орбите этой планеты висит монстр, который и превратил наш фрегат в груду старого металлолома.
– Подмога – это хорошо, – задумчиво отозвался Локос. – Да, хорошо. Я и оставшиеся у меня бойцы отправимся в обсерваторию вместе с вами. Во-первых, чтобы люди, которые, надеюсь, там еще остались, не приняли вас за врагов. Во-вторых, я все еще солдат Федерации и просто не имею права подпустить вас к секретному объекту без сопровождения…
– Ну а в-третьих?
– Я должен спасти всех, кого еще можно спасти, и перебить как можно больше этих остроухих тварей.
– Ладно, принимается. Генерал, какой транспорт имеется
– Сэр, танков, как и другой бронетехники, на фрегате нет. Зато имеется пара грузовых платформ – предлагаю использовать их.
– Ну что же, значит, разобрались и с этим. Мне нужны десяток солдат и все андроиды. Генерал, ты с остальными людьми будешь охранять фрегат. Возражения не принимаются. Выступаем через час.
…Давно я не чувствовал себя таким свободным…
Еще раз оглядел транспортную платформу и тихонько присвистнул. Если взять авианосец из моего времени, оторвать от него взлетную палубу, укрепить ее снизу тавровыми балками невероятных размеров и поставить туда несколько антигравитационных установок – думаю, будет очень похоже. Хотя насчет авианосца я загнул, платформа была не такая большая, и палуба совсем негладкая, всюду борозды и царапины, оставленные грузовыми контейнерами, но зато кабина машиниста располагалась, как надстройка у авианосца, где-то сзади и с краю. Сейчас, конечно, вместо машиниста-грузоперевозчика там сидел сверхопытный пилот космических кораблей – кому же еще генерал мог доверить везти Сияющего?
Я решил было поддаться порыву: снять шлем, чтобы подставить лицо ласкам ветра, но вдруг понял, что это не самая хорошая идея. Во-первых, опасно. А во-вторых, шумно.
Платформа летела сквозь разрушенный город всего в метре над землей – антигравы с трудом справлялись с повышенной нагрузкой, их пульсация сопровождалась настолько жалобным визжанием, что в первый момент при этих звуках сердце замирало от тоски. А когда более-менее чистый участок трассы сменялся загромождениями камней, днище нашего транспортного средства дребезжало и выло сиреной, заставляя бортовую систему доспеха уменьшать чувствительность звуковых сенсоров. На следовавшей за нами платформе, судя по тому, как она кренилась и «буксовала» на каждом серьезном завале, все было гораздо хуже.
Я вновь окинул город взглядом. Наверное, плохо думать подобным образом, но эти завалы, накренившиеся башни, рухнувшие мосты и будто бы взорванные изнутри высотки оказались по-своему красивы. Не знаю почему, но я наслаждался открывшимся видом, был счастлив и свободен. Возможно, дело заключалось в том, что мне не над чем было думать. У меня не имелось насущных проблем и текущих желаний. Да, где-то там меня искал космический колосс, на одной из биллиардов планет ожидала прекрасная эльфийка, а совсем уже рядом для таких масштабов за меня волновались люди в разбившемся фрегате. Но все это там, а здесь и сейчас я не мог ни на что повлиять и ничего ускорить: хоть расшибись, платформа быстрее не поплывет.
Вздохнув, оглянулся. Локос и десяток охраняющих меня бойцов, рассредоточившись по транспортной платформе, внимательно всматривались в окрестности. Но первыми опасность заметили не они, даже не пилот, имевший доступ ко всем видеокамерам платформы, самыми бдительными оказались безмолвные андроиды.
В целях экономии ресурсов и удешевления производства голосовые системы боевым роботам не устанавливались – при опасности или в случаях, когда машинам рационально было бы ответить или предупредить, они подавали коротковолновый сигнал, который с легкостью воспринимали сенсоры боевых доспехов. В общем, когда синтезированный голос завопил прямо в уши: «Опасность!» – я разобрался в обстановке на удивление быстро.