Лиля

Цыпленкова Юлия Валерьевна

— Так будет больше, — сообщила она.

— Благодарю за службу! — похвалила я ее.

— Служу моей принцессе, ик, — отрапортовала Танька, и закачалась в сторону бочек.

Элька и Катька пошли за бутылками. И тут меня посетила многомудрая мысль.

— Девки, шашлыки хочу, — выдала я.

— Чего? — не поняли девки.

Кратко объяснила, фрейлины понятливо кивнули, и отряд мародеров разделился. Половина исчезла в направлении королевской кухни, часть продолжала рейд в винном погребе. Я осталась в погребе, потому что ноги желали немного передохнуть.

Когда запас горючего был пополнен, мы стройным гуськом поднялись наверх. Дорогу показывала Элька. Я брела самой последней, раздумывая, надо ли мне вообще шашлыки или ну их на фиг, постелька все больше начала прельщать своей белизной и мягкостью. Но на меня уповали мои девочки, которые явно получали необычайное удовольствие от происходящего, пришлось взять себя в руки.

Первое происшествие случилось, когда мои фрейлины укачались вперед, а я заметно отстала. За очередным поворотом меня поймали чьи-то руки, явно мужские. Руки вели себя крайне нагло, ощупав весь мой комплект грудей и ягодиц, вроде стандарту соответствовало. Когда я успокоилась данным фактом, поняла, что пора возмутиться.

— Ты кто? — прямо спросила я.

— Тот, кто лишился покоя в то же мгновение, как только увидел тебя, — с придыханием ответил мужской голос, продолжая нагло лапать.

— Назовись, — потребовала я.

— Кэйл Эгмар, — обозначился кобелюка паршивый и припал к моим губам. — М-м, дриадочка.

— Да как вы смеете, — пьяно возмутилась я и покачнулась, вынужденная вцепиться в неожиданного поклонника.

— Восхитительна, — хрипло окомплиментил меня граф.

Он развернул меня к стенке, закинул мои руки наверх и сцепил оба тонких запястья одной своей дланью, а второй продолжал исследовательскую деятельность. Шок начал медленно проходить, и я попробовала вырваться, не тут-то было, кобелюка держал меня мертвой хваткой. Я открыла рот, намереваясь заорать, но пакостник тут же закрыл его очередным поцелуем. Я широко распахнула глаза и увидела крадущуюся к нам тень. Тень оказалась Флоркой. Она прижала палец к губам, вторую руку усердно пряча за спиной.

— Он меня не замечает? — вопросила Фло громким ш епотом.

— Нет, — уверила я ее, и граф начал поворачивать голову.

Почувствовала своим долгом отвлечь сластолюбца и вцепилась в него ногами. Это не помешало Эгмару повернуться. Фло тут же достала вторую руку из-за спины и треснула непочатой бутылкой графа по башке, граф отъехал, выпустив мои запястья, и мы с Фло рванули.

— Мы его не убили? — начала я переживать на бегу.

— Ничего этому козлу не сделается, — порадовала меня моя фрейлина.

Остальной отряд ждал нас уже в парке. Девушки притащили камни, из которых мы соорудили подобие мангала, натянули куски мяса на тонкие мечи, которые раздобыли неизвестно где, подожгли дрова, притащенные с кухни и налили по чарке. Фло рассказывала, как спасла меня, причем, в ее рассказе я подверглась, как минимум, групповому изнасилованию. И всех она победила одной бутылкой, горлышко оной фрейлина и продемонстрировала. Я впечатлилась рассказом спасительницы

и рыдала на плече Таньки, Элька рыдала рядом со мной, потом рыдали мы все, жалуясь на суровую женскую долю.

— Девочки мои! — я забралась на скамейку. — Скажем нет мужскому шовинизму!

— Скажем! — подхватили девочки.

— Чтоб им всем сдохнуть, — поддержала мрачная Катька.

— Пусть сдохнут, собаки! — подхватили мои обиженные ведьмы.

— Оторвать причиндалы, — внесла предложение Хана, мы скромно промолчали, — Тогда просто врезать.

— Врезать! — обрадовались мы, проявляя чудеса женской логики.

Пламя костра разгорелось ярко, туда раньше времени закинули мясо на мечах, и теперь оно отвратительно пахло, обугливаясь, но это придало еще больше азарта нашей вакханалии. На то, что в замке все больше вспыхивал свет, мы как-то внимания не обратили, на крик королевы-матери:

— Мои прекрасные цветы! — тоже.

— Пожар! — заорал чей-то голос.

— Нападение! — вторил другой голос.

— Король в опасности! — подхватил третий.

Сам король стремительно шел в нашу сторону. Его волосы красиво развевались, глаза отражали всполохи огня, в общем, не был бы братом, точно бы влюбилась. Но мы нашего сюзерена заметили не сразу, продолжая скандировать лозунги и вливая в себя винище.

— Что здесь происходит? — заорал Иллиадар, когда приблизился к нам.

— Простава, — важно ответила я. — Присоединяйся, братан.

— Сейчас же прекратите это! — потребовал венценосный трезвенник.

— Не мешайте веселиться, ваше величество, — нагло заявила Танька, которая была знакома с королем очень даже близко.

— Что?! — заревел оскорбленный братан. — Всех казню!

— Казните! — истерично выкрикнула Элька, — но на наше место придут другие!

— Мои цветы! — страдала за спиной Иллиадара королева.

— Вставай проклятьем заклейменный, весь мир голодных и рабов… — затянула я.

— Мои цветы…

— Казню…

— Мужики козлы…

— Мои цветы…

— Кто был ничем, тот станет всем…

— Убью, — коротко сказал король и взвалил меня на плечо.

— Нет мужскому шовинизму! — крикнула Фло.

— Бог с нами, девочки мои! — проорала я с плеча братана, размахивая руками. — Наше дело правое! Поднимем страну из пепла! Мы вознесем наше алое знамя победы над попранными телами оголтелых самцов!

— Слава принцессе! — кричал мой шабаш. — Лилиан Великая!

— Я умру за вас, — рыдала Нарита и рвала на груди платье, пыталась по крайней мере.

— За мной, девочки мои! — крикнула я, когда король вносил меня уже в замок.

— Веди нас! — кричала толпа озверевших пьяных баб.

Ни один мужчина нам так и не встретился… почему-то, сначала были, а потом всех, как ветром сдуло, когда мои бестии двинулись следом за Иллиадаром и мной. Король внес меня в мои покои и скинул на кровать. Потом встал, сложив руки на груди и задумчиво посмотрел сверху. В покои ввалилась моя свита, но нерешительно остановилась у дверей, поглядывая на нас с королем.