Лимитерия
Шрифт:
— Братан, ты чего? — испугался Эс. — Надо валить отсюда.
— Согласен. Я вас попозже нагоню. А пока что оставьте меня в одиночестве.
— Эм… — растерялся Орфей, но потом кивнул. — Ну, ладно. Только будь осторожен.
Хэйтер показал ребятам большой палец и отошёл от гравимобиля. Чудо-транспорт поднялся от земли и рванул в сторону Ростова, сделав напоследок движение в виде зиг-зага. Они не знали, что задумал Хог, но верили ему, потому что он — их товарищ. Лимит посмотрел вслед гравимобилю, затем повернулся в другую сторону и спрыгнул обратно в карьер. На кое-какие вопросы он так
====== Эпизод 40: Обруч Сварога ======
Комментарий к Эпизод 40: Обруч Сварога Играющие треки в эпизоде:
1. Разговор с Анти: Hans Zimmer & John Powell – 13. Po Finds the Truth (OST-HD: Кунг-Фу Панда: 2 / Kung Fu Panda 2) 2011 (Vk.Com/OstHD)
2. Вскоре ночью: Sonic the Hedgehog: XG OST – Final Fall
3. Спасти премьер-министра: Kenichi Tokoi ~Sonic and the Secret Rings Original Sound Track ~ SEVEN RINGS IN HAND – LET THE SPEED MEND IT
3+. Спасти премьер-министра: продолжается...
4. Хог против Германа: Sonic Lost World OST – Dr. Eggman Showdown
5. Остановить поезд: Tomoya Ohtani – vs. Nega-Wisp Armor – Phase 2
6. Я сделал это: Pastiche – Sonic Boom (Sonic CD OST)
1. Врата Храма Злата были открыты, поэтому Хог без проблем вошёл внутрь. В этот раз с приведениями и «оборотнями» удалось по-быстрому расправиться: волонтёр знал местонахождение рубильника, поэтому включил его сразу, чтобы не тратить время на стражей. Он пошёл дальше, следуя в ту комнату, где несколько минут назад произошла жестокая схватка.
— Анти! Анти, ты где? — звал Обезьяну Хог. — Я один, не парься. В храме нет убийц.
Никто ему не ответил. Но когда Лимит зашёл в нужную комнату, его глаза сразу же остановились на большой фигуре, что стояла напротив фрески и задумчиво смотрела на неё. Всё-таки странными были существа анти-люди: не умели говорить на человеческом языке, но могли понимать людей и их слова. Обезьяна давно уловила синее карио Абсолюта Скорости вблизи, но почему-то молчала. Хэйтер подошёл к ней.
— Я их выпроводил, — бодро воскликнул Хог, уперев руки в бока.
«Зачем ты вернулся?», — спросил холодный голос.
— Как это «зачем»? Ты хотел мне что-то рассказать об этих убийцах. К тому же, у меня есть много вопросов, на которые я хочу получить ответы.
Анти-человек вздохнул и посмотрел задумчивым взглядом на Лимита. Что было на уме у жителя Храма Злата, юноша не знал — он мог понимать лишь прямые мысли этого существа.
«Хорошо», — Обезьяна щёлкнула пальцами, и сзади него появилось кресло, сделанное из камня, в которое она села. Сзади хэйтера появилось второе. — «Что именно тебе интересно?».
— Эм… спасибо, — Хог плюхнулся на кресло и ойкнул от боли: оно было не мягким. — Так вот, почему ты решил, что эрийцы являются убийцами? Анти-люди не любят эрийскую семью, подражая лимитерам?
«Нет. Как я говорил ранее, война людей нам неинтересна».
Обезьяна накалила ярко-фиолетовой энергией посох, затем вытянула его и ударила им по полу. Перед анти-человеком и волонтёром появилась большая ладонь скелета, над которой парил ярко-фиолетовый, прозрачный, светящийся шар. Подобное вызвало в хэйтере сильную заинтересованность, ибо он ни разу не видел, чтобы охотники кордона «Луч» так
Появилась картинка в виде большого материка, что парил в воздухе. Он был обогащён изобилием, гармонией, сочной зеленью и кристально-чистыми водопадами с озёрами. Материк заселяли города, непохожие на мегаполисы Российской Федерации. Здесь было очень много людей, которые сильно отличались по цвету волос и глаз, и одеждой.
«Это Лимитерия», — объяснил анти-человек. — «Когда-то это было райское место. Анти-люди спокойно уживались с людьми, царили мир и процветание. Не было никакой вражды между двумя несхожими друг с другом народами. Но потом людей охватила жажда власти — образовалась война между двумя человеческими семьями: Лимит и Эрия. Эта злость обрушилась на нас, потому что мы обладали той силой, которой не было у них. Сотни наших сородичей было убито жестокостью людей. Сотни! Впрочем, посмотри на всё это сам».
Хогу предоставилась прекрасная возможность полюбоваться Лимитерией, когда та ещё была «жива». Обилие ярких красок, яркого неба и большой живности украшало некогда волшебный материк, умеющий парить в небе. Но потом «зелёные» краски стали «красными»: люди начали воевать друг с другом, убивать анти-людей, завоёвывать священные места и превращать прекрасное, данное им природой, в механическое. Пролилось много крови, были убиты сотни жителей Лимитерии. Анти-люди — те, кто не желал участвовать в войне, попали под раздачу и стали сырьём для охотников. Война за власть привела прекрасную Лимитерию к разрушению. Вот, что сделали своими руками люди: разрушили истинный Рай.
Лимит опустил взгляд, понимая, насколько кровавой и ожесточённой была война. И даже Евпатий, решивший остановить эту ненависть и женившийся на Елене, не смог со всем этим справиться. И виноватыми в этом были не анти-люди, которые являлись всего лишь наблюдателями; не иноземный ураган; не урановая бомба. Всё это сделали люди. Охотники, которым хотелось получить власть, силу, могущество и богатство. Те, кого сгубила алчность, зависть и жадность.
«Энергия людей сильно отличается от нашей, анти-человеческой», — спустя несколько минут, Обезьяна вновь подала голос. — «Синий цвет очень похож на яркое небо, и в то же время являет темноватый оттенок озера в ночи».
— Энергия людей? Это… карио, что ли? — уточнил Хог, на что существо ответило кивком. — Эм… ну да, у простых охотников карио имеет синий цвет. Однако есть и охотники, карио которых является красным. Правда, я не знаю, как они его перекрашивают, потому что… СТОП!
Хэйтер округлил глаза, а зрачки юноши потемнели и превратились в маленькую чёрную точку, поглотив в своей черноте блик света. Только сейчас до него дошло, каким образом люди-охотники получали красное карио, а также абсолютные способности. Громко выдохнув, юноша почувствовал, как у него дрожат руки, а в комнате стало очень прохладно. Фиолетовые глаза анти-человека были холодными, но печальными. Украденный дар, кощунство, алчность — всё слилось в одно целое, и прекрасное небо синего цвета потемнело, обливаясь густой кровью и становясь рубиновым полотном.