Линчеватель

Гоблин (MeXXanik)

– “Уничтожьте серый порошок в хранилище (Выполнено)”

– “Уничтожьте четверых торговцев серым порошком (Выполнено)

“Навык владения огнестрельным оружием улучшен”

“Навык владения холодным оружием улучшен”

“Навык “Сбор доказательств” улучшен”

“Навык “Аналитика” улучшен”.

Системные сообщения посыпались одно за

другим, выставляя галочки напротив выполненных пунктов задания, и раздавая щедрые, для побочного квеста, плюшки. Как всегда не вовремя.

В горячке боя, не заметив, что я завис, Гоблин высунулся из укрытия, решив подавить последний оплот сопротивления. И, оставшись без прикрытия, тут же нарвался на пули. Один из бандитов стрелял не целясь, скорее наудачу. И… попал. Гоблин дернулся и выпал из-за укрытия на землю.

Интерфейс Системы растворился, и я моментально вкурил, в чем дело, хватая Гоблина за капюшон толстовки и затаскивая за укрытие. Пули тут же ударили по корпусу лесовоза, с визгом отскакивая и выбивая искры.

– Живой?

Лицо Гоблина исказила гримаса боли. Он кивнул, прошипев что-то сквозь плотно стиснутые зубы.

– Ну, пидоры!
– прорычал я.

Внутри вспыхнула, заклокотав, лютая черная злоба. Фигурки метались, отходя от горевших машин и беспрерывно обстреливая лесовоз. Бежать им было некуда. Да и не на чем: машины, на которых они могли сьебаться, догорали у ворот.

Я осторожно обошел тягач, высунувшись и полоснув очередью. Последние три фигурки исчезли, перестав раздражать глаз красным подсвечиванием. Стрельба стихла. Я высунулся, проверяя положение вещей. Последние отступавшие лежали неподалеку от горящих машин.

Я склонился над лежавшим за тягачом Гоблином. Несколько пуль попали в грудь чуть ниже ключицы. Еще одна прошила плечо. На месте ран уже расползлись, промочив ткань толстовки, красное пятно.

Я выхватил из кармана толстовки Гоблина рацию.

– Филин! Кати сюда! Срочно!
– заорал я водителю.

Видимо, тот быстро смекнул, что все пошло не совсем по плану. Через три минуты машина влетела в заботливо распахнутые бандитами ворота.

– Держись братан, - прошептал я, помогая Гоблину встать.

Заметив кровь на толстовке товарища, Филин понял все без слов. Молнией он выскочил из машины, открывая заднюю дверь и помогая усадить раненого внутрь. Я запрыгнул следом, и Филин тут же сорвался с места, увозя нас от лесопилки.

Глава 11. Игры на доверии

– Стой! Ты куда?

– Найду Джекса и медсестру.

– Нет-нет, помнишь, Клей сказал всем сидеть на месте?- У тебя два варианта, Тиг, мешать или ехать со мной!- Слушай, я же в тебе души не чаю, Джемма за что ты со мной так жестоко?- Характер такой, я упертая!
– Вот почему я бью шлюх.

Тиг Треджер и Джемма Теллер.

"Sons of Anarchy"

Дорогу в город я запомнил смутно.

– Где аптечка!
– крикнул я Филину.

–

Сзади, - коротко бросил он, посмотрев в зеркало заднего вида, чтобы проверить, как там товарищ.

Гоблин зашипел, сдирая с себя промокшую от крови толстовку. Я достал аптечку, открыл ее, доставая марлю и перевязочный пакет. Наскоро, как сумел, наложил повязку на грудь Гоблина, чтобы хоть как-то остановить кровь. Тот зашипел, когда почувствовал ткань на туго перемотанной ране.

– Свою руку перемотай, - прохрипел он.

Машину тряхнуло на кочке проселочной дороги. Я подскочил на сиденье, едва не выронив марлю и бинт. Филин гнал так, будто его черти несли. То и дело, водитель посматривал в зеркало заднего вида, словно проверяя, жив ли Гоблин.

Я торопливо снял толстовку, поморщившись от боли, когда пришлось высвобождать из рукава раненую руку. Наскоро смастерил повязку и перебинтовал руку, туго затягивая зубами узел.

Стиль вождения Филина едва не оставил меня без зубов, когда тачку вновь подбросило на кочке и я дернул рукой, чуть не вырвав изо рта край бинта вместе с передними зубами.

– Куда едем, Филин. Его в больницу надо и срочно!

– В больницу? С огнестрелом?
– через силу просипел Гоблин.
– Там то нас и примут по наводке врачей, которые обязаны докладывать обо всех огнестрельных и ножевых ранах. И поедем мы отдыхать на разные сроки. Нет, в больницу нельзя.

– А Токарев?

– Дядя Миша в бегах… за старое… Нужно самим решать этот вопрос.

Гоблин говорил сквозь силу. Вот-вот он потеряет сознание от болевого шока и кровопотери. И в этот момент, лично мне в голову пришло только одно решение этого вопроса. Глупое, дебильное, ненадежное… но других идей не было.

– Филин! Топим ко мне!

Тот кивнул, резко сворачивая с проспекта и петляя по улочкам города, чтобы не напороться на пост ДПС. Он превысил скоростной режим, разрешенный в городе, раза в три. Если его сейчас завидят, или тем паче, попытаются остановить…

До моего дома Филин домчал минут за двадцать. Припарковался у самой двери в подъезд. Выскочил, помогая мне вытащить полубессознательного Гоблина.

На наше счастье, двор был пуст. Ни мам с колясками, ни собачников, выгуливающих своих животин. Гоблин шел с трудом, как пьяный, покачиваясь и шоркая ногами. И кабы мы с Филином не подхватили его, он не прошел бы и пары шагов. Повязка, которую я наложил на его плечо совсем недавно, теперь полностью пропиталась кровью, выглядевшей в сумерках летнего вечера черной.

Только под тусклым светом подъездного фонаря я заметил, что лицо у Гоблина было белым, как полотно. Даже тонкие губы товарища выглядели бледными, обескровленными.

– Потерпи, братан. Все будет хорошо, - пробормотал я, роясь в карманах в поисках ключей. Нащупал, и пытаясь открыть дверь. Руки сильно тряслись, и удалось далось мне это раза с пятого. Домофон пискнул, я рванул дверь, распахивая ее и затаскивая Гоблина в подъезд….

– Заноси его. Укладывай.

– Аккуратнее вы. Кантуете как бревно, - просипел пришедший в себя Гоблин.