Линчеватель
Шрифт:
Проводив официантку взглядом, полномы самой искренней злобы, Настя повернулась ко мне:
– Сегодня утром в наш морг привезли пару десятков трупов. С дырками от пуль. Следственная группа до сих пор в морге торчит, ожидая результаты.
– Да ты что?
– сделано удивился
– Ага, - подтвердила Настя.
– На старой лесопилке такая бойня была... Там сейчас следственно - криминалистическая группа работает. Это я к чему…
Она прервала свой рассказ, потому что улыбающаяся официантка принесла заказ Филина.
– Выбрали, что будете заказывать?
–
– Ты хочешь есть, милая?
– Не хочу, любимый, - Настя прильнула ко мне, положив голову мне на плечо. При этом она посмотрела на официантку так, что если бы взглядом можно было убить - бедная пиратка превратилась бы в горстку пепла.
– Тогда принесите нам чай, - попросил я.
– Так вот я к чему веду, - мигом вернулась Настя к теме разговора.
– Вы ведь там побывали?
Я кивнул головой. Скрывать, что бойню устроили мы, было бессмысленно.
– И там подстрелили вашего друга - извращенца, так?
И тут я начал понимать, к чему клонит девочка - доктор. Образцы, взятые с места преступления, доставят в лабораторию на экспертизу. И уже завтра, когда результаты будут готовы, Гоблина объявят в розыск. А заодно, поймут что я никуда из города не сбежал.
– Нам пиздец!
– вырвалось у меня.
– Криминалисты, говоришь?
– задумчиво пробасил Филин.
– Ты что задумал?
– с подозрением покосился я на него.
Отчего - то мне вдруг ясно представилась следующая картина: темная, хоть глаз выколи, летняя ночь и горящее здание лаборатории судебно - медицинской экспертизы. Пламя только занимается, набирает обороты. Но вот огонь, гудя, пожирает здание, уничтожая все хранившиеся в нем улики. В воздух летят снопы искр. Столб жирного черного дыма поднимается вверх. Где - то далеко от пожарища воют сирены подьезжающих пожарных машин. А от лаборатории быстро уходит фигура в черном. Вязаная штурмовая маска - балаклава скрывает лицо. Фигура ныряет во дворы, уходя подальше от места преступления…
– Криминалисты.
Голос Насти разорвал стоявшую перед глазами картину пожарища. Такую четкую, будто это и не морок был вовсе.
– Лаборатория где?
– спросил я.
– Наша больничка. В седьмом корпусе.
– Что же. Это сильно упрощает задачу, - протянул я.
– Сможешь нас туда провести?
– Сейчас? Когда во дворе ожидают результаты вскрытия все полицейские города?
– уточнила Настя.
– Да нет же. Ночью.
– Ночью… - Настя задумалась.
– Да, ночью можно. Зайдете с южного входа. Часам к девяти вечера буду ждать вас там.
– Вот и отлично.
Я довольно потер руки. В голове начал созревать отличный и простой как шлагбаум план. Настя откроет нам дверь, мы вскроем лабораторию, выкрадем образцы и тихо скроемся с места преступления. Все предельно просто. Правда, вписывать Настю в этот блудняк не очень хотелось. Точнее,
***
– А ты не совсем пропащий.
Гоблин довольно кивнул головой, выслушав мою задумку. Сообщение о том, что наша кровь сейчас хранится в лаборатории судебно - криминалистической экспертизы, он выслушал с холодным равнодушием. Словно это не грозило нам ровным счетом ничем.
– Только не наследите там еще больше. А то попалимся нахуй. Алес махен цурюк - и пиздец.
– Не переживай.
Я снисходительно похлопал Гоблина по здоровому плечу.
– Ох, мужики. Переживаю я что - то. Как вы там справитесь без меня?
– Да все пройдет нормально, - успокоил я Гоблина.
– Плевое же дело. Прийти - да уйти.
Гоблин пробормотал какую - то погань и улегся на диван.
Остаток дня пролетел быстро. И лишь солнце зашло и на город опустились сумерки, быстро сменяющиеся густой чернильной ночью, я и Филин заторопились в дорогу.
– Удачи, братья!
– крикнул нам вслед Гоблин.
Пробок уже не было, поэтому дорога до больнички пролетела незаметно. Чтобы не палить машину у здания больницы, Филин оставил ее за пару кварталов от цели. Поэтому, часть пути мы прошли пешком по ярко освещенной фонарями набережной.
Здесь царило оживление. На резных лавочках сидела молодежь, гуляли поодиночке и парами люди. У бетонного ограждения стояла перед холстом художница, рисуя пейзаж реки и Заречного микрорайона, горевшего с другого берега реки множеством огней. На секунду я задержался рядом с ней, разглядывая рисунок. На белом полотне уже была запечатлена лента черной воды и подсвечиваемый разноцветными огнями мост, соединявший берега реки. А на холме выросли силуэты домов.
– Красота!
– восхищенно протянул я, глядя на рисунок.
Девочка зарделась. А затем просто сняла рисунок с мольберта и протянула мне.
– Ох ты! Спасибо!
Щеки девочки стали пунцовыми. Она быстро отвернулась и принялась рисовать что - то новое. Но что именно я уже не рассмотрел, направившись дальше по набережной, догоняя Филина.
Тот шел, оглядываясь по сторонам. На долю секунды, взгляд Филина привлекли две девушки, которые шли нам навстречу. Они так завлекли его внимание, что обернувшись и провожая их взглядом, Филин едва не врезался в фонарный столб. Лишь в последнюю секунду я, поравнявшись с ним, дернул его за рукав толстовки, изменив маршрут приятеля.
Поднявшись вверх по Университетской, я остановился у небольшой ржавой калитки, где должна была ждать нас Настя. Охраны там не было, поэтому пробраться оттуда на территорию не составило бы большого труда. Я посмотрел на часы. До условленного времени оставалось еще три минуты, но сквозь кованые прутья забора виднелся силуэт знакомой фигуры. Заметив нас, она подошла к воротам. Заскрипела не смазанными петлями дверь, и в проем выглянула Настя:
– Проходите. Быстрее, блять!
– шикнула она, приоткрыв ворота и пропуская нас в огромный двор больницы. Затем, закрыла ворота, быстро протерев засов и ручку заранее заготовленной тряпочкой.