Линкор «Дасоку»

Калугин Алексей Александрович

Ватагин тоже пытался придумать себе занятие. Сначала он тренировался в поднятии тяжестей. Вскоре ему это надоело, и он стал тренироваться в задерживании дыхания. Прогресс был малозаметный, поэтому на третий день Ватагин начал всерьез подумывать над тем, не заняться ли препарированием сайтенов, благо инструменты и объекты исследования находились под рукой. Кто знает, а вдруг удастся обнаружить что-нибудь интересное?

Его отговорил Ясухира. Японец сказал, что схема, используемая сайтенами для модернизации биологических тел, хорошо известна. Для создания новых протезов

и имплантантов сайтены используют чужие разработки, потому что сами, превращаясь в киборгов, утрачивают способность к творческому мышлению. Так что на открытие рассчитывать не приходилось. А копаться в телах сайтенов просто так, чисто в познавательных целях, Ватагин не собирался.

То, что полет затягивается, стало плохой новостью. Но одновременно и порадовало камикадзе – они ударили по сайтенскому флагману больнее, чем рассчитывали.

На исходе семнадцатого дня полета, давясь обрыдшим мясом неизвестного происхождения, Ясухира спросил у Ватагина:

– Что мы станем делать, когда прилетим на Сагами?

Ватагина удивил такой вопрос. Потому что ответ для него был очевиден.

– Свяжемся с нашими на «Дасоку». Узнаем, какие у них планы.

– Какие могут быть планы? – Плечи Ясухиры безнадежно опустились. – Империи больше нет.

Прежде чем ответить, Ватагин придал лицу глубокомысленное выражение.

– Если кто-нибудь силой пытается овладеть страной, то, вижу я, он не достигает своей цели. Страна подобна таинственному сосуду, к которому нельзя прикоснуться. Если кто-нибудь тронет его, то потерпит неудачу. Если кто-нибудь схватит его, то его потеряет.

Ясухира от удивления рот разинул.

– Что, впервые слышишь? – усмехнулся русский.

– Откуда ты это знаешь?

– Не настолько уж мы разные. – Ватагин ободряюще похлопал Ясухиру по плечу. – Воевать и с одним кораблем можно. А если воевать с умом, то и побеждать можно.

– Ты думаешь, кто-то будет продолжать войну?

– Конечно. – Ватагин энергично дернул головой, пытаясь зубами оторвать кусок мяса, в результате чего утверждение его прозвучало с такой уверенностью, которую он в него даже и не думал вкладывать.

– Кто?

– Ну, например, мы с тобой. Куда нам теперь деваться, раз уже ввязались.

– Ты собираешься продолжать войну с сайтенами? – Японец смотрел на русского так, будто готов был предъявить ему обвинение во лжи.

– До победного конца! – Ватагин отсалютовал пластиковым стаканчиком с водой.

– Ты гражданин Русского сектора.

– И что с того?

– Сайтены напали на Империю Пяти Солнц. У нас с вами нет договора о взаимопомощи.

– Ты думаешь, все в этой жизни решается на уровне официальных договоров? – усмехнулся Ватагин.

– Нет, – смутился Ясухира. – Я просто не могу понять, какой в этом смысл лично для тебя?

– Ты, видно, плохо знаешь русских криогенщиков, раз задаешь такой вопрос.

– И все же?

Ватагин устало посмотрел на японца, как будто хотел сказать: ну что пристал?

– Твоя жена готовит якитори?

– А что? – растерялся Ясухира.

– Хочу попробовать настоящий якитори с соусом

тарэ. А то ведь, наверное, в якиториях на пересадочных станциях тоже не тем кормят.

– Дома я сам готовлю якитори.

– Ну вот и отличненько! Сразу после победы с тебя якитори и пиво! Или ты хочешь мне сказать, что оно того не стоит?

Глава 10

Только дети и дураки говорят чистую правду

Шестая орудийная палуба «Дасоку» серьезно пострадала во время атаки сайтенов. Поэтому, как только техники заделали бортовые пробоины и восстановили герметичность отсека, старший мастер-оружейник Ёситика явился туда с инспекцией. После двухчасового осмотра Ёситика пришел к выводу, что стоит заняться восстановлением боеспособности шестой палубы – поврежденные орудия можно попытаться отремонтировать, используя имеющиеся на складе детали.

На второй день к работе на шестой орудийной палубе подключился бригадир криогенщиков Бутов. Русский подошел к старшему мастеру-оружейнику, вежливо поклонился и спросил, не может ли он быть чем-то полезен. В принципе Ёситика не имел ничего против присутствия Бутова на орудийной палубе, но он не понимал, как знания и опыт криогенщика можно использовать при ремонте боевой техники. Но, как оказалось, Бутов отлично разбирался в современном оружии. Настолько хорошо, что Ёситика даже позволил себе спросить у русского, не был ли он оружейником до того, как начал осваивать криогенику.

– Оружие – мое хобби, – ответил Бутов.

– Вы коллекционируете оружие? – предположил японец.

– Я его изучаю. – Бутов постучал отверткой по корпусу нейтронной пушки, во внутренней схеме которой он копался до и на протяжении разговора с мастером-оружейником. – Есть предложение, Ёситика-сан, переключить главный импульс с третьего контура на второй.

– И что это даст?

– Скорострельность пушки увеличится с одной сорока двух до одной двадцати пяти, и примерно на треть возрастет дальность эффективного поражения.

Наклонившись, Ёситика заглянул в распахнутое нутро пушки. Затем посмотрел на схему, приведенную на внутренней стороне крышки.

– Вы правы, Бутов-сан. Но посмотрите сюда и сюда. – Мастер-оружейник указал на схеме два ключевых узла. – Предложенное вами изменение приведет также и к ускоренному износу оборудования. Примерно на…

Ёситика закусил губу, что-то прикидывая в уме.

– Примерно на тринадцать процентов, – сказал Бутов.

– Совершенно верно, – согласился мастер-оружейник.

– Ёситика-сан, – улыбнулся Бутов. – Ну что значат какие-то тринадцать процентов износа в бою, когда у вас каждый метр и каждая десятая доля секунды на счету? К тому же, как подсказывает опыт, оружие устаревает, и его приходится менять на новые модели быстрее, чем оно само выходит из строя.

– У вас богатый опыт, Бутов-сан, – заметил мастер-оружейник.

– Киньте в меня камень, если я не прав.

– Сделаем так, как вы предлагаете, – кивнул Ёситика.

– Бутов! – раздался крик с другого конца орудийной палубы. – Коль, ты здесь?