Лирика
Шрифт:
Into a western couch of thunder-cloud;
And thou, a ghost, amid the entombing trees
Didst glide away. _Only thine eyes remained_.
They _would not go_ - they never yet have gone.
Lighting my lonely pathway home that night,
_They_ have not left me (as my hopes have) since.
They follow me - they lead me through the years.
They are my ministers - yet I their slave.
Their office is to illumine and enkindle
My duty, _to be saved_ by their bright light,
And purified in their electric fire,
And sanctified in their elysian fire.
They fill my soul with Beauty (which is Hope,)
And are far up in Heaven - the stars I kneel to
In the sad, silent watches of my night;
While even in the meridian glare of day
I see them still - two sweetly scintillant
Venuses, unextinguished by the sun!
(1848-1849)
39.
Тебя я видел раз, лишь раз; шли годы;
Сказать не смею сколько, но не много.
То был Июль и полночь; и от полной
Луны, что, как твоя душа, блуждая
Искала путь прямой по небесам,
Сребристо-шелковым покровом света,
Спокойствие, и зной, и сон спадали
На поднятые лики тысяч роз,
В саду волшебном выросших, где ветер
Смел пробегать на цыпочках едва,
На поднятые лица роз спадали,
Струивших, как ответ на свет любовный
В безумной смерти, аромат души,
На лица роз спадали, что смеялись
И умирали в том саду, заклятом
Тобой и чарой близости твоей.
Одетой в белом, на ковре фиалок,
Тебя лежащей видел я; свет лунный
Скользил на поднятые лица роз
И на твое, - ах! поднятое с грустью.
Была ль Судьба - та полночь, тот Июль,
Была ль Судьба (что именуют Скорбью),
Что повелела мне у входа медлить,
Вдыхая ароматы сонных роз?
Ни шага вкруг; проклятый мир - дремал,
Лишь ты и я не спали (боже! небо!
Как бьется сердце, единя два слова).
Лишь ты и я не спали. Я смотрел,
И в миг единый все вокруг исчезло
(О, не забудь, что сад был тот - волшебный!),
Луны погасли перловые блестки,
Скамьи из моха, спутанные тропки,
Счастливые цветы, деревья в грусти,
Все, все исчезло; даже запах роз
В объятьях ароматных вздохов умер.
Исчезло все, - осталась ты, - нет, меньше,
Чем ты: лишь дивный свет - очей твоих,
Душа твоих взведенных в высь очей.
Лишь их я видел: то был - весь мой мир;
Лишь их я видел; все часы лишь их,
Лишь их, пока луна не закатилась.
О,
Написано на тех кристальных сферах!
Что за тоска! Но что за упованья!
И что за море гордости безмолвной!
Отважной гордости, и несравненной
Глубокой силы роковой Любви!
Вот, наконец, Диана, наклоняясь
На запад, стерла грозовые тучи;
Ты, призрак, меж деревьев осенявших
Тебя, исчезла. Лишь глаза остались,
Не уходили, - не ушли вовек,
Мне освещая одинокий к дому
Мой путь, светили (как надежды) - вечно.
Они со мной ведут меня сквозь годы,
Мне служат, между тем я сам - их раб;
Их дело - обещать, воспламенять
Мой долг; спасаем я их ярким блеском,
Их электрическим огнем очищен,
Я освещен огнем их елисейским.
Мне наполняя душу Красотой
(Она ж - Надежда), светят в небе - звезды,
Что на коленях чту в ночных томленьях;
Но вижу их и в полном блеске полдня,
Всегда их вижу, - блещущие нежно
Венеры две, что не затмит и солнце.
(1924)
Перевод В. Брюсова
40. FOR ANNIE
Thank Heaven! the crisis
The danger is past,
And the lingering illness
Is over at last
And the fever called "Living"
Is conquered at last.
Sadly, I know
I am shorn of my strength,
And no muscle I move
As I lie at full length
But no matter!
– I feel
I am better at length.
And I rest so composedly,
Now, in my bed,
That any beholder
Might fancy me dead
Might start at beholding me,
Thinking me dead.
The moaning and groaning,
The sighing and sobbing,
Are quieted now,
With that horrible throbbing
At heart: - ah, that horrible,
Horrible throbbing!
The sickness - the nausea
The pitiless pain
Have ceased, with the fever
That maddened my brain
With the fever called "Living"
That burned in my brain.
And oh! of all tortures
_That_ torture the worst
Has abated - the terrible
Torture of thirst
For the napthaline river
Of Passion accurst:
I have drank of a water
That quenches all thirst:
Of a water that flows,
With a lullaby sound,
From a spring but a very few
Feet under ground
From a cavern not very far
Down under ground.