Лишённые плоти
Шрифт:
— Возможно. Но экономически это не целесообразно. Ваша группа — результат гигантских инвестиций. Вы обладаете таким опытом, такими навыками и знаниями, какие необходимы для раскрытия свежих дел. Не только тяжких преступлений, но и других важных расследований Скотленд-Ярда. Наш народ заслуживает того, чтобы его защищала эффективная полиция. А моя работа как раз и состоит в том, чтобы это обеспечить — и при этом не выйти за рамки бюджета. В общем, я вас предупреждаю, Кэрол. Какое-то время пусть все остается как есть, но знайте — я буду внимательно следить за работой вашей группы. Считайте, что у вас испытательный срок.
— Похоже, сэр, вы его уже приняли, — сказала Кэрол, стараясь, чтобы это прозвучало любезно.
— Все зависит от вас, — расплылся в самодовольной улыбке Блейк. — И, раз уж мы заговорили о деньгах… Вы, кажется, платите доктору Хиллу немалые суммы за его консультации, верно?
Медленно закипавшая в Кэрол ярость взметнулась ярким пламенем.
— Доктор Хилл — ключевой компонент нашей успешной работы, — процедила она.
— Он — психолог-клиницист, а не криминалист. И я вовсе не считаю его незаменимым. — Открыв ящик, Блейк вытащил папку и, взглянув на Кэрол, кажется, даже удивился, что она все еще здесь. — Юридический факультет нашего университета уже давно обучает полицейских методикам профайлинга и бихевиористики. Воспользовавшись их услугами, мы сэкономим целое состояние.
— Они не так компетентны. И у них нет того опыта, какой накопил доктор Хилл. Он — уникум. И мистер Брендон всегда придерживался этого мнения, — заявила Кэрол.
Повисла долгая пауза.
— Кэрол, — заговорил Блейк. — Мистера Брендона тут больше нет, и прикрывать вас некому. Может, он и думал, что это нормально — платить такие суммы вашему… — Блейк замялся. — Вашему домовладельцу, — с нажимом сказал он, — но я так не считаю. Раз уж вам так необходим профайлер, пользуйтесь услугами других специалистов, а не доктора Хилла, из-за которого мы все выглядим прожженными коррупционерами. Договорились?
У Паттерсона забилась жилка на виске — верный признак подступающей мигрени. Неудивительно, учитывая, что спал он каких-то два часа. Если бы сейчас его показать по телевизору, зрители при виде его седых волос и серой кожи наверняка решили бы, что какой-то негодяй спер у них навороченный ящик, подсунув взамен черно-белое старье. И только покрасневшие глаза выбивались бы из общей картины. За этот день он уже выпил столько кофе, что хватило бы завести мотор «харлея», но все равно не производил впечатления человека, которому вы доверили бы расследовать собственное убийство. Нет ничего хуже, чем вести пресс-конференцию, если кроме голых фактов об убийстве предъявить журналистам абсолютно нечего.
Впрочем, может, им повезет. Может, поднятый СМИ переполох заставит какого-нибудь трусливого свидетеля припомнить, что он видел Дженнифер Мейдмент после того, как та попрощалась со своей подружкой. Это уж точно станет победой надежды над опытом. А опыт подсказывал, что, скорее всего, на них обрушится шквал звонков от псевдосвидетелей — одни из них будут жертвами искреннего заблуждения, другие захотят привлечь к себе внимание, третьи — и вовсе помешать полиции
Как только журналисты разошлись, Паттерсон направился на поиски Амброуза и обнаружил его нависшим над безропотным компьютерщиком. Гэри Хэркапа за полночь вытащили из теплой постели и усадили за ноутбук Дженнифер. Амброуз мельком глянул на босса и, прищурив уставшие карие глаза, вновь уставился в монитор.
— То есть ты хочешь сказать, что каждый раз он разговаривал с ней с разных компьютеров? — уточнил он у Гэри. — Но никнейм не менял?
— Верно, — кивнул Гэри.
Ответ явно расстроил Амброуза.
— Как ему это удалось?
— Думаю, человек, беседовавший с Дженнифер, выходил в сеть из библиотек и интернет-кафе. И никогда не использовал одно и то же место дважды, — объяснил Гэри.
Хэркап, как и Альвин Амброуз, отличался массивной фигурой, но этим их сходство и ограничивалось. Атлетически сложенный Амброуз выглядел подтянутым и ухоженным; очкарик Гэри — рыхлым и помятым, с взъерошенной копной каштановых волос и такой же неопрятной бородой. Больше всего он походил на мультяшного медведя.
— Кроме того, он использовал бесплатные почтовые серверы, а их отследить практически невозможно, — почесав голову, продолжил Гэри. — Ни один разговор не длился дольше получаса, так что в кафе на него никто не обращал внимания.
— Что тут у вас? — поинтересовался Паттерсон, пододвигая себе стул. — Вы что-то откопали? — обратился он к Гэри.
Ответил ему Амброуз:
— Клэр Дарси сообщила, что они с Дженнифер постоянно сидели в сети «Ригмароль». А Гэри удалось извлечь оттуда записи ее разговоров в чате и приватные сообщения.
— Что-нибудь полезное нашли? — Паттерсон наклонился, чтобы лучше видеть экран. От Амброуза приятно пахло мылом, и Паттерсону тут же стало стыдно — он решил не тратить время на душ и лишь быстро пробежался по лицу бритвой.
— Много мусора. Обычная трескотня про всякие реалити-шоу типа «Большого брата» и «Икс-фактора», обсуждение поп-звезд и сериальных актеров, сплетни об одноклассниках и учителях. По большей части Дженнифер общалась с ребятами из школы и поклонницами некоторых мальчиковых поп-групп.
— Слышу немое но, — заметил Паттерсон.
— И правильно делаешь. Один из ее знакомых выбивается из общего ряда, — кивнул Амброуз. — Он явно прикидывался их ровесником с похожими интересами, но некоторые фразы его выдают. И он очень настойчиво выяснял всякие детали, которые помогли бы ему понять, где живут и учатся другие собеседники чата. Гэри, ты не покажешь?
Пальцы Гэри запорхали над клавиатурой, и через секунду на экране всплыло окошко с историей сообщений. Паттерсон прочитал все очень внимательно, не понимая, впрочем, что же конкретно он ищет.
— Думаете, это педофил в поиске?
— Не похоже, — покачал головой Амброуз. — Кто бы это ни был, он пытался разговорить Дженнифер и ее приятелей. Подружиться с ними. А педофилы предпочитают вычленять жертву из толпы и беседовать с ней тет-а-тет. В разговорах они играют на том, что подростки обычно не уверены в себе, считают себя толстыми, некрасивыми, непопулярными. Тут же — ничего подобного. Скорее он стремится проявить с ними солидарность, стать одним из них. — Амброуз постучал пальцем по монитору: — Обычными педофильскими трюками здесь даже не пахнет.