Лишённые плоти
Шрифт:
— Ну, зато сейчас ты совершенно здоров. Ты ведь больше не хромаешь? Значит, можешь бегать сам, а не посылать меня.
— Ох, суровая ты женщина, Пола, — с искренним восхищением в голосе сказал Тони.
— А куда деваться, когда вокруг типчики вроде тебя?
— Слушай. Я не собираюсь просить тебя сделать что-то за меня, честно. Просто ответь мне на один вопрос, и я от тебя отстану. Один простой вопрос. Ты ведь можешь это для меня сделать? После всего, через что мы прошли вместе?
Пола издала непонятный звук — то ли усмехнулась,
— Мда, Тони, ты прямо как бульдог — раз вцепился, уже не отпустишь.
— Это точно. Ты, кстати, тоже такая. Так что должна мне симпатизировать.
Повисла долгая пауза. Наконец Пола глубоко вздохнула:
— Ладно, давай свой вопрос. Но я ничего не обещаю.
— Ваши две жертвы. В газете писали, что их изувечили. Их ведь кастрировали, верно? Отрезали и пенис, и яички? — Еще один вздох.
— Ты никому не скажешь?
— Разумеется.
— Да, их кастрировали. Ладно, Тони, я пойду. И учти — этого разговора не было.
Но Тони ее уже не слышал. Он лихорадочно думал, как ему объяснить Кэрол, что два подростка, чью гибель она расследовала, вовсе не были первыми жертвами убийцы.
Кевин взглянул на сидящую напротив Полу.
— Тони? Что, прямо наш Тони? — Кевин старался говорить как можно тише, и Пола была ему за это благодарна.
— Ага, единственный и неповторимый, — кивнула Пола. — Шеф, видно, ни в каком виде не желает его участия в расследовании.
— А ему это не нравится, правильно я думаю?
Пола быстро глянула на Кэрол, которая сидела у себя в кабинете и говорила по телефону.
— Еще как. Только не говори ей, что я с ним болтала, ладно?
— Слушай, я же не Сэм, — засмеялся Кевин. — Можешь быть спокойна.
Прежде чем Пола успела ответить, раздался телефонный звонок.
— Отдел по расследованию особо тяжких преступлений, сержант Мэттьюз слушает, — ответил Кевин.
— Сержант Джед Тернер из Южного отделения управления, — с сильным шотландским акцентом произнес незнакомый Кевину мужчина.
— Чем могу вам помочь, Джед?
— Это ведь вы занимаетесь этим делом с убитыми подростками, Моррисоном и Вайнером? — равнодушным, почти скучающим голосом спросил Тернер.
— Мы.
— Они сначала числились без вести пропавшими, верно? — уточнил Тернер.
— Да. А что, у вас есть для нас что-то?
— Буду счастлив, если вы это что-то у нас заберете, — хохотнул Тернер.
— Я не совсем это имел в виду.
— Да понял я, понял. Не переживайте. Я чего звоню — похоже, к вашей веселой парочке готов присоединиться еще один паренек.
— Вы нашли тело?
— Пока нет. Но у нас пропал пацан четырнадцати лет. Зовут Ниалл Квантик. Его мамаша у нас с самого утра бьется в истерике. У нас в приемном сегодня такие чурбаны сидят, что они только с час назад сообразили, что мальчонка идеально вписывается в ваши два дела. Ну как, рассказывать дальше или как?
— Давайте. — Выпрямившись, Кевин схватился
— Парень живет с матерью в Брюсхилле — это такой дешевенький спальный район. По ее словам, сын уехал куда-то вчера днем, не сказав ей ни куда собирается, ни к кому. Домой он так и не вернулся. Она пыталась дозвониться ему на мобильник, но он его выключил. Мамаша — та еще курица, даже не знает, с кем ее сын общается и чем занимается вне дома. В общем, пока обстановка такова: сейчас уже позднее утро воскресенья, а мальчишки как не было, так и нет. Ну что, хотите себе это дело?
Даже больше, чем вы хотите от него избавиться.
— Давайте сначала обсудим дело подробнее. Вообще, похоже, это наш клиент. Но мне все равно нужно изучить все детали, прежде чем отправиться к начальству. Вы же знаете, как это делается.
— Конечно-конечно, я все понимаю. Вот прямо сейчас вам файлик и сброшу — заявление о его пропаже и фотографию. Сообщите нам, когда определитесь, ладно?
Кевин с мрачным видом положил трубку. Поймав его взгляд, Пола вопросительно подняла брови. Кевин показал ей большой палец.
— Похоже, еще один ребенок пропал, — сообщил он. На душе у него было на редкость гадко. Он все думал о своем сыне. Больше всего Кевину сейчас хотелось поехать домой и запереть сына в комнате, чтобы тот сидел там, пока они не поймают убийцу.
— О нет, — простонала Пола. — Бедные родители.
Кевин боялся даже думать, каково им.
— Пойду поговорю с шефом, — сообщил он.
Когда занимаешься расследованием убийств, чувство дежавю никогда не вызывает радости. Кэрол одолевали печальные мысли. Они так и не поймали убийцу — это ее-то прекрасная команда, полная уникальных спецов экстра-класса! Маньяк до сих пор на свободе, а теперь еще и завладел новой жертвой. Кто знает, скольких он намерен убить? С учетом того, под каким давлением они сейчас работают, да еще и в неполном составе, можно сказать, что распутывать дело сложнее им еще не приходилось.
Кэрол оглядела коллег. В глубине души она уже знала, что Ниалла Квантика им не спасти. Если Гриша верно определил время смерти — а сомневаться в этом поводов не было, — то из этого следует, что жертвы убийцы долго не живут. Он боится рисковать и не держит их у себя сутками, удовлетворяя свои неясные желания. Это само по себе странно, подумала Кэрол. Обычно маньяки стремятся извлечь максимум удовольствия из каждого преступления. Кстати, Тим Паркер должен был написать об этом в профиле. Он только что принес Кэрол второй, переписанный вариант, который оказался ничуть не лучше первого — по-прежнему блистал полным отсутствием свежих идей и каких бы то ни было предложений. Кэрол еще не успела обсудить с Тимом его работу. Профайлер слонялся в глубине комнаты, словно маленький мальчик, ждущий, когда мама его заметит и похвалит. Правда, от Кэрол он никакой похвалы не дождется, это уж точно.