Шрифт:
Большинство народу не верит в абсолютное зло — и я тоже не верил, пока не встретил пятилетнего Дилана Брюстера.
Но еще до того, как я заметил Дилана, я увидел его гувернантку. Она была едва старше меня — явно слишком молодая и симпатичная для того, чтобы быть чьей-то мамашей. Ее густые светлые волосы были затянуты в хвостик. Она толкала тяжелую коляску с крепко пристегнутым младенцем, одетым в розовый комбинезончик.
— Могу ли я быть полезен? — спросил я, пытаясь выглядеть любезным и одновременно — загадочным. Это довольно-таки
— Это комната дельфинят? — спросила она, оборачиваясь, как будто что-то или кого-то потеряла.
И тут я его увидел — маленький темноволосый мальчик копался в одном из шкафчиков, расположенных вдоль стены коридора. — Дилан! Иди сюда, пожалуйста.
Он подошел и стало понятно, что мальчишка чрезвычайно славный. Длинные прямые волосы, аккуратно подстриженные надо лбом, и нос кнопкой. На ногах у него были надеты клетчатые кроссовки — такие маленькие, что я бы смог без труда проглотить одну из них.
— Привет, Дилан! — сказал я, опускаясь на колени, чтобы заглянуть ему в глаза. — Меня зовут… — но он, не останавливаясь, прошагал мимо меня в комнату, полную увлеченно играющих дельфинят. Я уже третью неделю работал в лагере в утреннюю смену. Дилан пришел в лагерь в первый раз.
— Извините за опоздание, — сказала гувернантка, слишком четко выговаривая слова, что выдавало в ней иностранку — Довольно трудно было выйти из дому…
— Трудно?
Гувернантка кинула взгляд сперва на младенца в розовом комбинезоне, а затем — на Дилана.
— Иногда он ведет себя… — она пошевелила пальцами, подыскивая слово, — немного безумно.
— Это ничего. Я тоже иногда веду себя безумно.
Сначала я не был уверен, что она поняла мою шутку, но затем она улыбнулась и сказала:
— Меня зовут Бритта.
Я как раз хотел представиться, но в этот момент Ребекка позвала меня откуда-то сзади:
— Эдди! Куда ты запропо… — а! — она перестала хмуриться, как только увидела Бритту. — Вы — гувернантка Дилана?
Бритта кивнула и Ребекка изобразила на лице одну из своих самых широких и фальшивых улыбок. Ребекка заведовала детским лагерем, а я был ее помощником. Она была уже достаточно старая — по меньшей мере, чуть за тридцать — и работала воспитательницей дошколят на полную ставку, что, судя по всему, давало ей право разговаривать со всеми, как с пятилетними. Особенно — со мной.
— Эдди, почему бы тебе не накрыть столы для полдника? Ты справишься?
Я взглянул на настенные часы — до полдника было еще полчаса — но решил не спорить. Она явно хотела от меня избавиться, а может быть — даже унизить меня в глазах Бритты.
— Слушаюсь, мэм! — звонко сказал я, отдавая Ребекке честь.
Судя по ее лицу, ей это не особенно понравилось, но Бритта улыбнулась, что было просто замечательно. Я вымыл руки, вернулся в комнату и увидел дюжину мальчиков
Дилан сделал шаг в сторону строителей, не спуская с них глаз. Я присел на корточки рядом с ним, расставляя на столе пластмассовые стаканчики для яблочного сока.
— Мы все очень рады, что ты теперь в нашем лагере, — сказал я. — А где ты был до этого?
— Я ездил.
— Да? А куда ты ездил?
Он сузил глаза, не отрывая взгляда от ребятишек с кубиками.
— В Аглиу.
Сначала я не понял, а потом догадался — в Англию.
— И как, понравилось?
Он пожал плечами:
— Это очень далеко!
— Это уж точно.
Я сам — из Квинса и никогда не уезжал никуда, дальше Ньюарка. Меня аж перекорежило оттого, что малышня вроде Дилана разъезжает по заграницам, а мне нужно работать все лето для того, чтобы заплатить за учебники. Но такова жизнь. У детей с Аппер Вест Сайд — гувернантки, поездки в Европу и летние лагеря, а у детей из Астории ничего такого нет.
— Хочешь помочь мне разливать сок? — спросил я.
— Я хочу сделать лисицу, — сказал Дилан.
Я не совсем понял, о какой лисице он говорил, но я не стал спрашивать, а просто открутил пробку бутылки с соком.
— Конечно, если хочешь. Я уверен, что ребята тебе помогут.
— Я хочу сам!
— Дилан, мы тут все играем друг с другом. Если ты их вежливо попросишь… — сказал я строго.
Было ясно, что Дилан не собирается ничего ни у кого спрашивать, вежливо или нет. Он уже направился к играющим и к тому моменту, когда я поставил бутылку с соком на стол и подбежал к нему, было уже поздно. Он протопал прямо по крепости, раскидав кубики в разные стороны.
Эмбер — одна из строящих крепость малышат — всплеснула руками, сверкая пластырями на локтях. Ей повезло, что ни один из разлетающихся кубиков не стукнул ее, потому что она всегда попадала в какие-то переделки.
— Он сломал наш домик!
— Это очень нехорошо! — сказал я, показывая пальцем на Дилана.
Сначала он вызывающе вскинул голову, но потом его лицо сморщилось и в глазах появились слезы.
— Они сказали, что мне нельзя с ними играть.
— Нет, это неправда, — ответил я. — Ты просто подошел и…
— Хватит! — раздался голос Ребекки у меня за спиной. Я обернулся. Она кинула на меня резкий взгляд, затем напялила на свое лицо улыбку. Ее настроения менялись так же часто, как у Дилана. — Время убирать игрушки!
Раздались недовольные детские голоса, но Ребекка подняла в воздух пакет с сахарным печеньем и недовольство улетучилось.
— Может быть, закончишь разливать сок? — сказала она мне тем же тоном, что разговаривала с детьми. Я схватил бутылку и кинул взгляд на дверь.