Лисицын, жги!
Шрифт:
— Уберите его с глаз моих, — скомандовал он, поворачиваясь обратно. — Лесополоса, болото… Вы знаете, что делать.
— Андрей?! Иди к нам! — зовёт княжна Акульева, выходя мне навстречу. Свет фонарей выхватывает из вечерней темноты изящный стан и аппетитную ножку, торчащую из выреза платья.
Тем временем глаза потихоньку привыкают к полумраку. Помимо Алины в том месте, куда она меня тащит, стоят ещё несколько аристократов. В том числе Коршунов младший и братья Сойкины. Хе, давно не виделись, поганцы.
Как
— Ну и какого черта ты приперся? Банкет вообще-то для студентов академии, — выдает Коршунов.
Я только усмехаюсь на это и отпиваю из бокала. Шампанское, конечно — не самый крепкий напиток, но в сочетании с молодой кровью может неплохо бодрить.
— А, и ты здесь, Коршунов. Смотрю, тебе лицо обратно собрали? Быстро. Что ж за умельцы у твоего отца работают, удивительно просто.
— Ты щас добазаришься, и эти умельцы понадобятся тебе, нищеброд! — не выдерживает один из Сойкиных, жаль различать их я так и не научился.
— Неужели? И кто меня к ним отправит? Ты? Или этот опять своего отца позовет на разборки? — Кивок в сторону Коршунова. — Вот что, ребятишки. За любое следующее слово последует вызов на дуэль, так что взвешивайте как следует свои силы, прежде чем открывать рты.
На некоторое время над нашим уголком воцаряется тишина, все шокированы моей внезапной наглостью. Взгляды десятков пар глаз обращены на меня. Впрочем, одобрительных среди них куда больше, что не может не радовать.
— Вот Андрей даёт, — улыбается один рослый парень, протягивая мне руку. — И правда украшение вечера, получается.
Я ухмыляюсь и принимаю рукопожатие. Ладонь парня крепкая и холодная. Оба изучаем чужой перстень. У него это ласка, и парень одобрительно кивает, увидев моего Лиса.
— Так, а с чего это он — украшение? — вдруг надувает губки одна эффектная барышня, на перстне которой изображена пантера.
Сразу видно, боевая девчонка.
— Ой, Вит, не начинай — закатывает глаза наконец вернувшаяся к нам Акульева, которая до этого тихо обсуждала что-то в сторонке с Сосновым. Надо будет потом им очную ставку устроить, на тему того о чем юные аристократы договорились.
— Нет, ну правда! А вот в столице на каждом вечере устраивают схватки между желающими. И победитель уже выбирает, кто будет украшением вечера. Вот где прогресс!
— Ой, да тебе лишь бы подраться! Или ты просто завидуешь, что украшением вечера назвали не тебя. — фыркает Алина, но Вита пропускает это мимо ушей.
— Так, может, тогда…
— Нет! — отрезает княжна. — Никаких драк! Мы в приличном месте, вообще-то, если ты не забыла. И мы не можем позволить себе просто так взять и устроить тут мордобой.
— Ну почему сразу мордобой?! — возмутилась девица. Ее прямые светлые волосы начали завиваться и искрить — явный признак магии воздуха, и недовольства ситуацией до кучи. — Я же не предлагаю
Я усмехнулся про себя. Ну и неугомонная девушка. Впрочем, сейчас я не вправе отказаться, если хочу иметь нормальную репутацию среди них. Таково общество молодых дворян в этом мире — пока не докажу на деле свою силу и бесстрашие, мой путь будет усеян такими вот проверками. Хотя, конечно, странно доказывать свою мужественность в драке с девчонкой, но нужно же с чего-то начинать?
— Я за, — пожимаю плечами. Сразу же ловлю на себе взгляд Алины, мол «ты дурак?» и поясняю. — А что, нам разве нужны разногласия и ссоры? Зато поединок всех рассудит и никто не уйдет обиженным. Да и вас, господа, обещаю развлечь, а то банкет выходит скучным.
— Дело говорит, — кивает, улыбаясь, Ласкин, или как там будет его фамилия. — А между прочим, он мне сразу понравился! Да, Гриш?
— Ага, как же, — фыркает другой парень с кленовым листом на перстне. — Так понравился, что ты даже предлагал в него техникой третьего ранга швырнуть, «реакцию проверить».
Этот небольшой спор вызвал у всей компании одобрение и смех, кроме Коршунова с дружками, разумеется. Похоже, я начинаю вливаться в коллектив, причем даже быстрее, чем планировал, и это, блин, радует! Если уж в ближайшее время мне и придется учиться в Тверской академии, период социализации в новом обществе будет сглажен.
Однако Вита была настроена вполне серьезно, когда предлагала в бою разыграть звание украшения вечера.
— Ну так что, Лисицын, готов? Или спасуешь перед девчонкой?
Я скептически выгнул бровь. По-моему, после турнира, где я не побоялся выйти против взрослого аристократа рангом на четыре ступени выше меня… Сложно было на серьезных щах называть меня трусом.
— Ну перед Коршуновым же не спасовал, — подмигиваю я Вите, сверлящему меня взглядом, полным ярости. — Значит, девчонок не боюсь.
— Ну вот и отлично! — радуется Вита, как ребенок, ей богу. — А ну-ка, расступись!
Шумно обсуждая происходящее, юные аристократы образуют полукруг на траве. С другой стороны его ограничивает цветник из георгинов и герани.
— Хорошо, тогда я буду вашим арбитром! — потирает руки Ласкин, занимая позицию между мной и девушкой.
— Я самый неподкупный судья во всей академии! Гриша, ты свидетель.
— Самый-самый, ага, — усмехается парень, который видимо знает о Ласкине что-то, что неизвестно мне.
Расстёгиваю пиджак и ищу глазами, куда бы его пристроить, как Алина подходит и берет его у меня.
— Верну в целости, — заявляет она, бережно складывая официальный элемент одежды.
— Можешь оставить себе, если у тебя такие предпочтения, — улыбаюсь, вызвав новое оживление в толпе. Барышня, сверкая пунцовыми щёчками, отходит в сторону, бросая на меня уничижительные взгляды.