Литта

Литта и Рэсс

–

Та ночь в Мёртвом городе медленно перетекала в предрассветье, когда тучи воронья взметнулись в зеленоватый воздух. Всполошённый, недовольный крик чёрных птиц эхом раскатился по затаившимся улицам.

Легковая машина остановилась у окраинного дома. Открылась дверца. Чьи-то руки вынули из салона девочку лет девяти и поставили её на дорогу.

Ребёнок напряжённо вслушивался

в ровно уходящий звук; неподвижные руки безвольно лежали на складках пышного, нарядного платья. Словно забытая кукла. И кукольное лицо — тяжеловато-припухшее, угрюмое.

Птицы успокоились. Лишь изредка то одна, то другая вскрикивала, словно делясь впечатлениями. Девочка подняла голову, прислушиваясь. Если бы кто видел её лицо со стороны… Оно потеряло кукольную надутость и обрело выразительные черты взрослого человека, привыкшего к власти и не ведающего сомнений. Только тёмно-серые глаза под вызывающе надломленными бровями остались прежними — равнодушными, как у мечтателя, погружённого в грёзы.

Один неуверенный шаг, второй… Под неловкими ногами — трещины: дорога плохо сохранилась. Иногда девочка, кажется задумавшись, спотыкалась о бордюры, едва не падала. Помедлив немного и всё ещё надменно высоко держа подбородок, она слегка меняла направление, для того чтобы снова наткнуться — уже на противоположный бордюр. Прямой путь увёл её от главной магистрали города, а дорога превратилась в узкий переулок, тесно сжатый с обеих сторон высотными зданиями. Девочка поёживалась, будто замкнутое пространство давило на неё. Шаги её уже не отдавали сухим стуком, но тысячью шелестящих отзвуков от стен сливались в непрерывный, сводящий с ума шумок… Ноги подгибались, и всё же она упрямо шла в неизвестность.

Мёртвый город насторожённо следил за маленьким живым существом…

…Детский вскрик заставил мужчину на втором этаже полуразрушенного дома вздрогнуть. Он быстро затоптал костерок из тлеющих обломков мебели и застыл. Что это? Слуховая галлюцинация или один из тех кошмаров, на которые так щедр Мёртвый город?.. Несколько шагов — и бродяга встал сбоку от окна, оскаленного грязным разбитым стеклом. Одной рукой распахнув раму, он втянул сквозь стиснутые зубы холодный, внезапно отяжелевший воздух: девочка казалась белым мотыльком под лапами чудовища, сморщенный гребень которого достигал третьего этажа. Монстр тупо наблюдал, как ребёнок ощупывает роговые пластины одной его лапы, стоя между когтей другой.

Прыжок от окна — на пол аккуратно легли громадный меч и заплечный мешок. Мужчина деловито вынул из мешка две гранаты и перезарядил их часовой механизм. Размотанная с пояса верёвка свилась книзу вокруг его ног. Бродяга укрепил заготовленную петлю на ручке двери, рывком вылетел из окна и буквально свалился перед монстром.

Неведомая сила отшвырнула девочку в сторону.

Чудовище вздыбилось с рёвом. Давний враг стоял перед ним, маленький и ничтожный, готовый погибнуть под бронированными лапами. Потрясая изуродованным когтем, монстр поспешил задавить надоедливую букашку, уже однажды осмелившуюся выступить против него.

Мужчина не сдвинулся с места. Чудовище вновь злорадно завопило. Где-то послышался грохот падающих домов, а человека обдало тошнотворно-удушливым жаром. Сумасшедший бродяга нетерпеливо размахнулся и одну за другой забросил гранаты в разинутую пасть. Ещё

через секунду он, казалось, испарился в сумеречном воздухе. Чудовище с яростью и обидой в глазах уставилось на место, где только что был человек, и вдруг дважды дрогнуло. Мощные лапы расслабились, и монстр неловко упал, слабо дёргая обмякающим хвостом. Пыльный взрыв взметнулся из-под необъятной туши в светлеющее небо. Дом, к стене которого привалился мёртвый монстр, будто в нерешительности вздохнул и — засыпал тело собой, медленно и жадно. Поди разберись — кто охотник, кто добыча?..

Струйка песка ещё шуршала по панелям, когда девочка пришла в себя и, что есть силы, побежала по дороге.

Выскочивший из подвала мужчина бросился вслед.

— Стой! Туда нельзя!

Асфальтовая полоса дороги драным краем вонзалась в ничто. Ни один человек не осмеливался обследовать бездонную пропасть — она возникла от взрыва, уничтожившего когда-то половину Мёртвого города.

Мужчина не успел и теперь с горечью следил за исчезающим в бездне белым пятном.

Серый, с багровыми подтёками на востоке горизонт наливался тяжёлой, дождевой тьмой. Ветер лениво качнулся, опахнул охотника прохладой. Отвернувшийся было, он торопливо опустился перед пропастью на колени.

Свист снизу не был голосом поднявшегося ветра. Сливаясь с безграничной тьмой, когтистые крылья рассекали сумрак.

С замирающим сердцем охотник смотрел, как медленно и мощно поднимается из мрака неведомое существо.

… Двое стояли друг против друга. Охотник насторожённо сжимал в руках меч остриём вперёд — Нечто, закутанное в кожистые громадные крылья, словно жёсткий кокон, невнятной угрозой высилось перед ним.

Одно крыло шевельнулось. Охотник быстро расставил покрепче ноги. Но крыло развернулось. У нижнего его края мужчина увидел ребёнка. Ошеломлённая девочка, видимо, пребывала в шоке: она держалась за коготь крыла и не двигалась.

— Иди ко мне, малышка, — ласково позвал охотник, с облегчением опуская меч.

Существо слегка подтолкнуло девочку. Мелькнула блестящая пятнистая кожа. Девочка послушно пошла на хрипловатый голос.

1.

Рубаху из мягкой кожи ему пришлось накинуть на плечи. Девочка намертво сцепила ладошки за его шеей и, наверное, ещё не вышла из шокового состояния. Рэсс минут пять возился, пытаясь разжать детские пальчики, но вовремя сообразил, что, скорее, неловким движением может их сломать. Кажется, мышцы девочки задеревенели. Пока она не придёт в себя, нечего и думать о разъединении. Рэсс усмехнулся: "Об отпочковании?"

Он чувствовал некую раздвоенность. Рад, что спас ребёнка. Но что делать с девочкой дальше? Подбросить на ближайшую базу охотников, контролирующих эту часть планеты? Легко попасться самому. Эти профи как хорошие сторожевые собаки: на свою территорию пропустят безнаказанно, а вот назад обычно путь посетителю заказан. Хотя… Рэсс когда-то сам был охотником, поэтому мог позволить себе слегка прикинуть шансы проникнуть на базу и, оставив там девочку, попытаться исчезнуть оттуда. Бродяжья жизнь сделала его на уровень, а то и на два выше бывших коллег, но она же научила: волк может выстоять против двух-трёх обученных псов, но никак не против целой стаи. А база — настоящее змеиное гнездо. Потревожь одного охотника — из самых невероятных мест сбегутся остальные. Нет, первый вариант полностью отпадает.