Логика выбора

Корецкий Данил Аркадьевич

Тобольган жил в старом многоквартирном доме, и, поднимаясь по пахнущей кошками лестнице, я вспомнил те веселенькие коттеджи, которые строили в живописных местах оборотистые дельцы.

Перед высокой резной дверью с облупившейся краской я на секунду остановился и попытался настроиться нужным образом, на миг даже показалось, что это удалось. Звонок тренькнул едва слышно, и тут же щелкнул замок. В дверном проеме стоял крупнейший философ планеты, специалист по логическим системам, автор сотен статей, десятков монографий

и фундаментальных учебников, основоположник официально признанной доктрины о принципах этической допустимости. Маленький лысый человечек с нездоровым лицом обезьянки в мешковатом, не очень свежем домашнем халате.

Часто встречающееся несоответствие облика масштабу внутреннего мира творца всегда меня поражало, но сейчас поразило другое: Тобольган знал, кто я и зачем пришел.

– Вот вы какие, - медленно проговорил он, внимательно рассматривая меня холодным, пронизывающим взглядом.
– Внешность истинная или результат трансформации?

Держался Тобольган очень уверенно и чувствовал себя хозяином положения: в кармане он тискал маленький, но достаточно мощный пистолет, из которого собирался, когда подойдет момент, выстрелить себе в голову.

– Что с вами? Неужели нервы? Не ожидал! Я представлял пришельцев начисто лишенными эмоций!

Пот у меня на лбу выступил от напряжения: удалив патрон из патронника, я так и не смог разрядить обойму. В подобном состоянии не следовало сюда приходить - дело могло принять скверный оборот.

– И неправильно, - хорошо хоть голос оставался спокойным.
– Эмоции у нас обычные. Можно войти?

Тобольган отступил в сторону. Любопытство в нем пересиливало страх. В первую очередь он оставался ученым, исследователем.

– И в другом вы ошибаетесь, - стараясь держаться как можно непринужденнее, я сел в кресло.
– Нет у нас ни захватнических планов, ни своекорыстных устремлений. Про "мозговые лагеря" тоже чушь. Если бы не эта звездная чехарда, мы бы вообще не появились - тут вы правы.

– Однако! Вы читаете мысли? Впрочем, чему удивляться - высшая цивилизация!
– я и не подозревал, что великий Тобольган так пропитан сарказмом.
– Это трудно?

– Не очень, но требует колоссальных затрат нервной энергии. И, по моральным соображениям, допустимо только в строго ограниченном числе случаев.

– Сейчас как раз такой случай?
– съязвил Тобольган.

– Да. Но чтобы вас это не угнетало, я предоставлю вам возможность заглянуть и под мою черепную коробку. Тогда вы быстрее все поймете и поверите наконец, что никто не собирается вас похищать. И, может быть, оставите в покое свой пистолет.

Когда я окончил телепатическую передачу, то ощутил, что иссяк окончательно. Тобольган сидел молча, не открывая глаз. Предстояло переварить очень многое, но раз он сумел "вычислить" даже мой приход, значит, подготовлен больше других

и ему будет легче.

– Как называется _это_?
– последнее слово он выделил.

– Сближение галактик. Они соприкоснутся чуть-чуть: периферийные спирали пройдут друг сквозь друга... К сожалению, ваша звездная система попадает в зону контакта...

– А есть вероятность, что Навоя не пострадает?

– Ну... Если при прохождении не произойдет прямых столкновений звезд и планет, если гравитационные возмущения не поломают орбиты и не сорвут атмосферу, если... Словом, вероятность около трех процентов.

– Шансов практически нет, - Тобольган не оставлял места иллюзиям. Значит... Сколько времени у нас в запасе?

– Это определяется многими факторами. От трех до пяти лет, может, чуть больше.

– И тут вмешиваетесь вы... Идея сама по себе прекрасна... Вы подыскали подходящую звездную систему и прекрасную планету, так сказать, Навою-2, все очень благородно... Но есть одна маленькая загвоздка, - Тобольган поднял указательный палец.
– Сколько человек вы успеете эвакуировать?

– Около пятидесяти тысяч, - я уже понял, куда он клонит.

– Всего-то?! Но население Навои составляет полтора миллиарда!

– Лучше спасти часть, чем потерять целое, - я говорил уверенно, как будто этот вопрос не был самым больным в навойской проблеме.

– Несомненно. Но как отобрать эту самую часть?

– Пропорционально численности отдельных групп населения, чтобы сохранить социальную структуру общества...

Вот сейчас и начнется самое главное.

– Какого общества?
– Тобольган привстал, и нос у него хищно зашевелился.

– Не понимаю, - я постарался произнести это как можно естественнее.

– Сейчас поймете!
– он встал и заходил по комнате.
– Почему вы пришли за мной? Тут неподалеку живет мой коллега Мэйзон. Он - бездарность, тупица, его "труды" - сплошная компиляция, даже плагиат, но он не меньше меня хочет жить. К тому же у него жена и трое детей... Кстати, ваши благодеяния распространяются на близких? Вот видите! А я одинок! Почему же вы хотите сохранить пропорции социальной структуры за счет этого бедняги?

– Вы знаете, что никто на Навое не может объяснить "феномен звездного неба"?
– я перешел в контратаку.
– Потому что астрономия находится в зачаточном состоянии, об астрофизике и космогонии вы вообще не имеете понятия. В свое время Акоф начинал работу в этом направлении, но его объявили шарлатаном, бездарностью, лжеученым! А кто объявил? Шарлатаны, бездарности и лжеученые, занимающие в науке ключевые посты! На Навое-2 такое не должно повторяться!

– Вот и ответ, - печально улыбнулся Тобольган.
– Вы ставите целью не спасение навойской цивилизации, а создание новой. Улучшенной модели...