Логист
Шрифт:
Тот, кто не видел высших бесов в деле, никогда не поймет, почему я внутренне скривился.
— Как дела? — спросил я.
— Осваиваюсь, — неуверенно ответил Сергей.
— Я тоже хочу костюм! — воскликнул Кир.
— Может, и сделаю, — ответил я. — Но позже. Когда подрастёшь. Но ты лучше учись хорошо, тогда сам себе сделаешь. Я научу.
— Ух ты! — открыл парнишка рот от захвативших его перспектив.
— Вопросы какие появились?
— Как из этого вылезти? Я в туалет хочу.
Я помог Сергею выбраться, а потом объяснил, как самому залезть обратно. Ответил ещё на пару вопросов
Вспомнилось, как Матвея в броню одели. Та же самая история. Он вроде как бес посильнее Сергея будет, но толку от этого никакого. Ещё хуже. Вот у Нино хорошо получилась. Она несколько раз тренировалась, и сегодня я с ней договорился, что она каждый день у меня дома заниматься будет.
Другое дело высшие бесы. Когда Катя в первый раз в броню залезла, двигалась раз в двадцать грациознее. Тут и тренировки, которые шли с малых лет, сказывались, и то, что высшие обладали «инстинктивностью движений». По крайней мере, двигаться они умели, чем бы ни занимались, даже если это в первый раз. Совсем другой уровень контроля тела.
Из подавала поднялся в мастерскую, пробежался по всем артефактам, прикинул, что понадобится, и принялся собираться. Кате оставил записку, сказал, что постараюсь быть к ужину. Сейчас ещё и обеда нет, должен успеть, но не уверен. С супругой тоже переговорил о случившемся. Переслал ей дополнительные артефакты. Да и со стороны князя охрана увеличена.
Артефакты не только супруге выдал. Гвоздевы, Матвей и Нино получили по одноразовому порталу, завязанному персонально на них. В случае чего смогут переместиться ко мне домой. Правда, попадут на карантин, пока я их оттуда не вытащу. Ну, или пока Катя этого не сделает. Зато таким образом никто чужой не проникнет. Ещё бы со зданиями работу закончить. Пока единственное, в чём я уверен, — это мой дом, дом Гвоздевых и целительский центр. Последний на ночь переходит в режим герметичности, и туда никто попасть не сможет. Днём могут, и это самое уязвимое, потому что посетители разные приходят. Но и для них защиту обновил. Если кто-то решит повторить взрыв, ничего не добьётся.
Как закончил с приготовлениями, создал проход, наводясь по оставленному на базе Зубодёра маяку. Вышел на крыше особняка, запустил сканирование, отслеживая, кто находится поблизости.
Благодаря болтливости Зубодёра, я знал, как здесь дела проворачивают. Да и в целом про сеть удалось узнать. Криминал — это отдельный мир со своими выстроенными бизнес-цепочками, основанными на человеческих пороках и страданиях. Ещё в первый раз хотелось всё здесь разнести, но я удержался от этого порыва. Может, зря, может, нет. Вон как обернулось.
Сейчас разнесу. Всё, до чего руки дотянутся. А они у меня длинные.
Зубодёра в этой стране использовали как пугало. Ну, ещё как менеджера, присматривающего за делами. Именно он собирал боевиков вокруг себя, обучал их и превращал в какое-то подобие армии. Именно подобие, потому что настоящей армией
По факту у местных было несколько путей. Первый — подчиняться тирании. Второй — попасть в рабство. Третий — устроиться боевиком. Первые два пункта связаны между собой. Рабы на рудниках часто дохнут, нужны новые. Поэтому у обычного жителя, даже если он подчиняется, есть все шансы попасть под раздачу.
Или просто в один не очень удачный день исчезнуть, чтобы оказаться где-то в лаборатории и послужить там мясом для экспериментов. Бывало и такое. Тому же Девятому, мастеру зверей, Зубодёр регулярно поставлял «доноров». Не только людей, но и экзотических зверей, да и обычных животных.
С момента прошлого моего посещения этого места здесь прибавилось народу. Разрушенный особняк почти закончили ремонтировать. Как раз те самые местные жители, которых согнали в принудительном порядке. Один такой вылез на крышу. Наверное, хотел осмотреть пролом и понять, что с ним делать. Он не сразу заметил меня, а когда увидел, сначала замер, а потом упал на колени и, кажется, начал молиться. Языка я не понимал и не знал, что именно он говорит.
Изначально я не стал здесь всё разрушать, опасаясь, что это навредит обычным людям. Вот такой парадокс. Если разнести лагерь боевиков, это не уберет проблему. Боевики останутся и ещё сильнее обозлятся, сорвутся на местных, пока будут восстанавливать утраченное. Если перебить боевиков, а это подразумевает убийство нескольких тысяч людей, тоже проблему не решишь. Да, люди вздохнут на какое-то время спокойнее, но вскоре появятся новые — те, кто вернёт всё на круги своя. Возможно, сами местные начнут грабить, убивать и вести себя агрессивно, заняв освободившуюся нишу. Возможно, им в этом помогут властные люди из более развитых стран.
Если я хочу решить проблему комплексно, то надо гидре отрубить все головы, прижечь их и помочь местному населению, дав им альтернативу. А потом какое-то время, желательно несколько поколений, поддерживать порядок и не давать разрастаться социальным раковым образованиям.
Что попросту невозможно. Во-первых, сил не хватит, а во-вторых, это не моя страна, чтобы здесь порядки наводить.
Будь мои цели миротворческими, я бы и дальше об этом всём беспокоился. Но сейчас задачи были совсем другие. Я пришёл сюда наносить максимальный ущерб преступной группировке. Выжигать это гнездо порока и насилия.
Для начала я активировал звук. Хороший способ заставить нервничать неподготовленную толпу.
Когда поднялась шумиха, спрыгнул вниз. Пора было браться за работу.
Спустя час местность вокруг бывшего особняка Зубодёра превратилась в руины. Я разрушил всё. Снёс здания, обрушил вышки и сравнял с землей пулеметные гнёзда, разобрал казармы и склады. С последними особо хорошо вышло. Я там нашёл свежую партию наркотиков. Уже обработанных и готовых к транспортировке. Если Зубодёр не врёт, дальше их отвезут либо в порт, либо на другую базу. В порту понятно: погрузка на корабль и транспортировка до следующей точки. А база — там груз примут ходоки-перевозчики. Те ребята, которые ни много ни мало занимались перемещением незаконных грузов по всему миру.