Лорд-Чародей
Шрифт:
Участвовал в этом лерр или нет, но мысль о том, чтобы провести весь остаток жизни в Долгой Долине или, вернее, в поселении, именуемом Безумный Дуб, была Крушиле противна. Неужели ему придется выращивать ячмень и бобы и смотреть, как лето сменяет зиму до того последнего дня, когда душа его умчится в ночь? Мысль о том, что он, возможно, никогда не увидит, что там, за горизонтом, внезапно повергла Крушилу в ужас.
Если бы он стал Избранным Воином, одним из восьми, назначенных судьбой героев, он мог бы в свое удовольствие путешествовать по всему Барокану и не заботиться всю жизнь
— У меня есть такое желание.
На мгновение в павильоне повисла мертвая тишина. По лицу Воина расплылась широкая улыбка. Чародеи обменялись многозначительными взглядами. А затем хорошо знакомый Крушиле голос произнес:
— Надо же, а они зовут Шутником меня!
— А меня называют Крушилой, — двинувшись на Шутника, прорычал Крушила. — Хочешь, я тебе покажу почему?!
— Думаю, в этом нет необходимости, — поспешно вмешался чародей.
— Да он в жизни меча не видал! — не унимался Шутник.
— Так же, как и ты. Так же, как и любой из нас. Но какое это имеет значение? Ведь этот меч — магический. Или нет?
— Да, — ответил чародей, — но это вовсе не значит, что владение им не требует некоторых усилий.
— Для этого, наверное, достаточно потолковать с лерром? — спросил Кривонос.
— Боюсь, этого может не хватить, — сказал чародей. — Ведь в конце концов…
— Надо упражняться ежедневно, — вмешался Воин. — Ежедневно — по часу. В дождь и под палящим солнцем, зимой и летом, здоровым и больным. Если не окажется под рукой меча, надо отрабатывать все движения без него. Если ты болен и не в состоянии двигаться, надо воспроизводить все приемы в уме. И ты будешь делать это каждый день, иначе лерр не позволит тебе ни спать, ни есть до тех пор, пока ты не выполнишь упражнения. — Он заметно помрачнел. — Я стар, я нездоров, мне пора на покой. Поэтому я предлагаю вам занять мое место.
— Никогда не слышал о ежедневных упражнениях, — заметил Слюнтяй.
— И где, по твоему, ты мог это услышать? — поинтересовался Воин, и, бросив взгляд на чародея, добавил: — Неужели ты считаешь, что Совет Бессмертных дошел до такого маразма, что делится всеми подробностями с каждым, кому взбредет на ум задавать вопросы?
— А что случится, если ты проживешь сутки без сна и пищи? — спросил Копатель. — Потерпишь немного, зато не придется махать железякой.
Воин недовольно скривился, но не успел ничего сказать, — его опередил чародей:
— Похоже, ты и вправду не хочешь этого делать.
— Этим Воин нарушил бы клятву, которую дал Совету Бессмертных, — пояснила чародейка.
— А клятва эта связана с весьма могущественными леррами, — добавил чародей.
— У меня хватило ума не испытывать судьбу, — сказал Воин. — Мне и без того хлопот хватает, чтобы злить чародеев и духов.
— Ну и что? — вступил в беседу Крушила. — По-моему, упражняться каждый день по часу совсем не трудно. Мы каждый день таскаем воду. Каждый день ухаживаем за посевами…
— Только не зимой… — вставил Слюнтяй.
— Каждый день зимой и летом мы выполняем какую-то работу. Так что разницы никакой. Я за это возьмусь. Или есть еще какие-то
— Как ты понимаешь, заключается своего рода сделка. В ней изложены условия, в силу которых Избранные считаются Избранными.
— Убить Лорда-Чародея, например… — сказал Крушила и, глядя в глаза Воину, спросил: — Сколько Лордов-Чародеев ты лично прикончил?
— Ни единого! И ты должен это знать. Я стал Избранным Воином сорок четыре года назад — тогда я был чуть старше, чем ты сейчас, — и за это время сменились три Лорда-Чародея. Все они исполняли свой долг честно и благородно: погода оставалась прекрасной, колдуны вели себя прилично, преступников благополучно ловили, дикие звери держались подальше от людей. Для устранения этих Лордов-Чародеев не было никаких причин. Мой предшественник нес службу тридцать восемь лет, и его тоже никогда не призывали убить Лорда. А тот, кто был до него… хм-м…
— А тот, кто был до него, прикончил Темного Лорда из Голн-Влейя, — вмешался стоящий рядом чародей. — После чего прожил вполне счастливо еще двадцать лет.
— Выходит, с тех пор как Избранного Воина в последний раз призвали убить Лорда-Чародея, прошло больше сотни лет, — сказал Крушила. — Думаю, эта сторона моей будущей работы не должна меня шибко тревожить.
— Но магическая суть всей службы состоит в том, чтобы быть готовым в любой момент устранить разложившегося правителя, — напомнил чародей. — Об этом никогда нельзя забывать.
— Слушай, Крушила, неужто ты и вправду хочешь стать Избранным? — утратив всю свою веселость, спросил Шутник.
— А что, если так?
— По-моему, прежде чем принимать такое решение, надо как следует подумать, — сказал Шутник, являя собой воплощение самой серьезности. — Поговори с родителями, потолкуй с людьми, которым доверяешь. Посоветуйся со жрицами и обратись к леррам. Если это… Если это правда, и эти люди действительно те, за кого себя выдают, то происходит великое событие. Самое великое из тех, что здесь когда-либо происходили. Не дай им порушить твою жизнь, втянув тебя в дело, которое тебе не по силам.
— Мне не по силам? — фыркнул Крушила. — Неужто ты думаешь, что я не справлюсь?! — Немного успокоившись, он продолжил: — Но ты прав, торопиться не стоит.
— Тебе в любом случае не удастся броситься в омут очертя голову, — сказал чародей. — Прежде чем титул Избранного станет твоим, тебе надо будет пройти обучение и подготовиться. Надо призвать нужных лерров и убедить их стать твоими помощниками. Надо подыскать для тебя подходящий меч. Кроме того, может выясниться, что ты не годишься на роль лучшего в мире воина. Помимо магии, она требует природных способностей.
— Но мне кажется, что ты для нее подходишь, — улыбнулся Воин. — Не позволяй этому старому уроженцу Островов себя отговорить.
Крушила, посмотрев на Воина и чародеев, перевел взгляд на Старшую жрицу, которая все это время молчала, стоя чуть в стороне. Молодой человек ждал, что она объяснит, почему ему не следует принимать предложения незнакомцев.
— Тебе решать, — сказала Старшая жрица, словно прочитав его мысли.
— В таком случае я подумаю, — произнес Крушила. — А пока я хочу еще пива.