Лорд Престимион
Шрифт:
У Престимиона отвисла челюсть.
— Ты это сделал?
— Мне пришлось. Просто невозможно лгать такой женщине, Престимион. И в любом случае, она определенно не поверила всем моим возражениям.
— Полагаю, ты также рассказал ей, кто были два твоих спутника?
— Да.
— Хорошая работа, Септах Мелайн! Здорово! И что же она сказала, когда обнаружила, что принимала короналя Маджипура, Верховного канцлера и Великого адмирала в гостиной своего отца?
— Сказала? Что-то тихо пробормотала от удивления. Залилась краской. Выглядела очень взволнованной.
— Неужели? Позабавило! Доставило удовольствие! — Престимион встал, походил по комнате и остановился у окна, выходящего на воздушный мост из сияющего розового агата, предназначенный только для короналя, который вел через двор Пинитора к королевскому кабинету и прилегающим церемониальным залам внутреннего Замка. — Хотел бы я сказать о себе то же самое. Но повторяю тебе, Септах Мелайн, меня не слишком радует мысль о том, что Симбилон Кайф теперь знает: я тайно вынюхивал что-то в Сти, переодетый в маскарадный костюм персонажа комической оперы, и притворялся тупоголовым торговцем счетными машинками. Интересно, как он собирается использовать эту информацию?
— Никак, Престимион. Он ничего об этом не знает, и не узнает.
— Нет?
— Нет, Я взял с нее обещание не говорить ее отцу ни звука.
— И она, конечно, его сдержит.
— Думаю, сдержит. Я ей хорошо заплатил за молчание. Они с Симбилоном Кайфом будут приглашены на следующий прием при дворе и официально тебе представлены. Во время приема ему будет вручен орден лорда Хэвилбоува или какая-либо другая, столь же бессмысленная, награда.
Пораженный Престимион невольно крякнул.
— Ты серьезно? Ты просишь, чтобы я позволил этому отвратительному клоуну ступить в королевские покои? Предстать перед троном Конфалюма?
— Я всегда говорю серьезно, Престимион, — по-своему. На ее устах печать молчания. Корональ и его друзья пережили небольшое приключение в Сти, и знать об этом никому не надо, и она выполнит свою часть соглашения, если ты выполнишь свою. Ты будешь сидеть на троне, они к тебе почтительно приблизятся и поприветствуют тебя знаком Горящей Звезды, а ты улыбнешься и милостиво примешь от них знаки уважения, вот и все. Симбилон Кайф до конца своих дней будет сиять от восторга, вспоминая, как его принимали при дворе.
— Но как я могу…
— Послушай меня, Престимион. Это выгодное соглашение с трех точек зрения. Во-первых, ты хочешь сохранить в тайне нашу вылазку в Сти, и это нам удастся. Во-вторых, Симбилон Кайф ссужает деньгами половину принцев Замка, и рано или поздно один из них в поисках более выгодных условий или отсрочки уплаты почувствует необходимость добиться для него приглашения ко двору, и ты согласишься, хоть и считаешь Симбилона Кайфа страшной свиньей, потому что просьба будет исходить от человека влиятельного и полезного, например от Файзиоло, или Белдитана, или моего кузена Дембитава. Так, по крайней мере, ты откроешь Симбилону Кайфу доступ ко двору, который он все равно в конце концов получит, на условиях, выгодных для тебя.
Престимион
В его аргументах есть некоторая логика, нехотя признал Престимион, хотя все это ему и отвратительно.
— А в третьих? Ты сказал, с трех точек зрения.
— Ну, тебе ведь хочется снова увидеть Вараиль? Вот твой шанс. В Сти она все равно что в миллионе миль отсюда. Ты можешь больше никогда в жизни не попасть в Сти. Но если она уже будет находиться здесь и жить в Замке в качестве королевской фрейлины, должность которой ты ей предложишь во время беседы после приема в тронном зале…
— Погоди минутку, — сказал Престимион. — Ты слишком торопишься, друг мой. Что заставляет тебя думать, что я так уж жажду снова ее увидеть?
— Но ведь это правда, разве не так? Ты нашел ее очень привлекательной, когда мы были в Сти.
— Откуда тебе это известно?
Септах Мелайн рассмеялся.
— Я ведь не слепой и прекрасно вижу подобные вещи, Престимион. И не глухой. Ты глаз не мог от нее оторвать. Можно было слышать, как ты хлопаешь ресницами.
— Это переходит все границы, Септах Мелайн Да, она привлекательная женщина. Это всем видно, даже тебе. Но делать поспешный вывод о том, что я…
Его голос перешел в нечленораздельное бормотание.
— Ах, Престимион, — произнес Септах Мелайн, ласково улыбаясь ему с противоположного конца комнаты. — Престимион, Престимион! — Взгляд его глаз был лукавым и понимающим, и таким тоном, конечно, не разговаривает подданный с монархом, даже Верховный канцлер с короналем, которому служит. Такой тон, мягкий, интимный, подходит двум друзьям, которые вместе пережили не одну ночь приключений.
Престимион ощутил этот легкий упрек. Ему нечего было возразить. Ведь тогда, в Сти, он смотрел на Вараиль, как завороженный. Нельзя отрицать, что ее красота не оставила короналя равнодушным и даже возбудила в нем желание. Он не однажды видел ее во сне.
— Мы вступаем в ту область, где я сам не уверен в своих чувствах, — произнес Престимион после долгого молчания. — Прошу тебя, Септах Мелайн, оставим на время этот разговор. Нам нужно обсудить те сведения, которые были получены от Сирифорна относительно местонахождения Дантирии Самбайла.
— Навигорн сообщит тебе последние новости. Он как раз идет сюда. Ты разрешишь Симбилону Кайфу и его дочери прийти на прием в тронном зале? Я пообещал от твоего имени, знаешь ли.
— Согласен, Септах Мелайн! Да. Пусть будет так. Но где же Навигорн?
— Это район, где он, вероятнее всего, находится, — рассказывал Навигорн. Он принес с собой карту — полусферу из тонкого белого фарфора, раскрашенную голубыми, желтыми, розовыми, фиолетовыми и коричневыми красками для обозначения основных особенностей рельефа. Карта была снабжена особым устройством для световой демонстрации, и сейчас Навигорн прикосновением руки включил это устройство.
Светящиеся красные точки, соединенные ярко-зелеными линиями, вспыхнули на поверхности вдоль нижнего квадранта континента Алханроэль.