Лорд Престимион
Шрифт:
— Думаю, дело в том, что мы переоцениваем друг друга. Вы считаете себя легкомысленным до мозга костей? Очень хорошо: я согласен с вашим мнением о себе. Что до меня, предлагаю исходить из того, что я не более чем пустой насмешник, ленивый и веселый в душе, чересчур любящий шелка и тонкие вина, и единственными моими достоинствами являются владение мечом и глубокая преданность друзьям. Не можем ли мы согласиться с этой оценкой? Договорились, Сирифорн?
— Согласен. Мы с вами люди одного сорта, Септах Мелайн. Мы оба — пустые, легкомысленные болтуны, .
И поэтому я глубоко вам сочувствую по поводу того, что Престимион заставил вас справляться со всей этой
— Это верно. Когда корональ в следующий раз отправится в путешествие, я поеду с ним, а вы можете побыть регентом.
— Я? Вспомните наш договор! Я не больше пригоден к сидению за столом, чем вы. Нет-нет, пусть этот пост займет более надежный гражданин государства.
Если бы я захотел выполнять трудоемкую работу короналя, я бы уже давно позаботился о том, чтобы заодно получить и сопровождающие ее почести и славу. Но я никогда не стремился к короне, и именно гора бумаг на этом столе тому причиной.
Септах Мелайн понял, что теперь Сирифорн говорит совершенно серьезно. Сирифорн ни в коей мере не был таким легкомысленным, каким притворялся; но всегда довольствовался тем, что осуществлял свою власть на расстоянии, стоя рядом с троном, но не садясь на него. Кровь многих правителей текла в его жилах: никто в мире не имел такой знатной родословной, хотя одно это не могло бы сделать его короналем. Ум и хитрость, однако, другое дело, а у Сирифорна эти качества присутствовали в избытке. Он мог бы стать правителем, если бы не одно «но»: его искреннее и категорическое нежелание нести бремя власти.
По рассказам Престимиона, который слышал об этом от своей матери, много десятилетий назад лорд Пранкипин, когда сам стал понтифексом, действительно просил Сирифорна стать его преемником на посту короналя, но Сирифорн ответил отказом и посоветовал отдать трон принцу Конфалюму. Эта история звучала правдоподобно. Других причин, препятствовавших Сирифорну сесть на трон, не было. После долгого и славного правления в качестве короналя Конфалюм сам стал понтифексом, а Сирифорн так всегда и оставался частным лицом, желанным гостем во всех коридорах власти, но сам не обладал никакой властью; веселый, жизнерадостный человек, с лицом без морщин и с легкой походкой, он выглядел на двадцать или тридцать лет моложе своего возраста.
— Ну, — произнес Септах Мелайн после непродолжительной паузы, — теперь, когда это улажено, скажите ваш визит имеет какую-то особую причину? Или он чисто светский?
— О ваше общество весьма приятно, Септах Мелайн. Но визит, скорее, деловой. — Сирифорн быстро сдвинул брови и нахмурил лоб, и тон его стал более серьезным. — Вы не могли бы оказать мне любезность и коротко рассказать, что происходит в последние месяцы между Престимионом и прокуратором Ни-мойи?
Септах Мелайн почувствовал, как напряглись мышцы. Такой прямой вопрос шел вразрез с обычной игривой манерой Сирифорна. Следует проявить осторожность.
— Мне кажется, — ответил он, — что вам лучше обсудить это дело с самим Престимионом.
— Я бы так и поступил, будь Престимион здесь. Но он предпочел уехать в восточные земли на неопределенный срок, не так ли? А вы сидите на его месте. Мне совсем не хочется причинять беспокойство, Септах Мелайн. Собственно говоря, я пытаюсь помочь. Но мне настолько не хватает важной информации, что я не могу должным образом оценить природу кризиса, если «кризис» — подходящее слово для нашей ситуации.
Например, во время коронационных торжеств ходили слухи, что Дантирия Самбайл по какой-то причине
— Полагаю, что мог бы официально отрицать этот факт.
Могли бы, но не стоит трудиться. Я узнал это непосредственно от Навигорна, который сказал, что Престимион назначил его тюремщиком прокуратора. Навигорна сильно озадачило такое назначение. Как и всех нас. Согласны ли мы считать установленным фактом то, что Престимион действительно держал Дантирию Самбайла в подземелье во время коронации и еще некоторое время после нее, предположительно по каким-то веским причинам, о которых я сейчас не стану спрашивать?
— Будем считать это установленным фактом.
— Хорошо. Заметьте, что я употребил прошедшее время. Держал. Теперь прокуратор на свободе, не так ли?
— Я бы предпочел, чтобы вы задали все эти вопросы Престимиону, — смущенно ответил Септах Мелайн.
— Да, не сомневаюсь. Пожалуйста, Септах Мелайн, перестаньте парировать на каждом шагу, мы не на дуэли. Дело в том, что Дантирия Самбайл убежал. А Престимион находится где-то между Замком и Великим океаном. Они с Гиялорисом, Абригантом и целым отрядом солдат бросились в погоню. Да-да. Я это точно знаю, Септах Мелайн. Нет смысла отрицать. Далее: забудьте о том, что я спрашивал вас о подробностях ссоры между Престимионом и прокуратором. Только подтвердите, что такая ссора имела место. Они — заклятые враги, не так ли?
— Да, — ответил Септах Мелайн и кивнул с покорным вздохом. — Это так.
— Благодарю вас. — Сирифорн достал из кармана свернутый лист бумаги. — Если Престимион еще не знает об этом, то, мне кажется, ему будет полезно получить от вас сообщение, что он почти наверняка ищет не в том месте.
— Неужели? — удивился Септах Мелайн, на секунду широко раскрыв глаза.
Сирифорн улыбнулся.
— Как вам известно, я владею довольно обширными поместьями. И постоянно получаю доклады от своих управляющих из различных частей страны. Этот доклад пришел от некоего Хейгина Харты, из города Байлемуны в провинции Балимолеронда. Очень странное событие там произошло. Группа каких-то пришельцев — Хейгин Харта не пишет, сколько их было, — угоняла стада гамбилаков на моих землях в окрестностях Байлемуны. На возражения моего лесничего один из угонщиков ответил, что мясо пойдет на нужды Дантирии Самбайла, прокуратора Ни-мойи, который совершает большое торжественное шествие по этому региону. Другой угонщик… я вас утомляю, Септах Мелайн?
— Ничуть.
— Мне показалось, что вы слушаете невнимательно.
— Я просто задумался, — возразил Септах Мелайн.
— Вот как! Тогда я продолжу. Другой угонщик ударил первого по лицу и сообщил моему лесничему, что первый сказал не правду, что это чистая выдумка и что лесничий должен сейчас же забыть об этом, что они просто забирают мясо для себя. Он предложил моему человеку пятьдесят крон, и поскольку отказаться явно означало быть убитым на месте, то лесничий их принял. Угонщики удалились со своей добычей. Позже в тот же день Хейгин Харта — это мой управляющий поместьем в Байлемуне, если вы помните, — услышал от одного друга, что некто, очень напоминающий внешне представительного Дантирию Самбайла, был замечен в то утро на окраине города в сопровождении группы мужчин. Друг моего управляющего поинтересовался, не ожидает ли Хейгин Харта официального визита прокуратора в наше поместье. Как и можно было ожидать, Хейгина Харта эта идея очень встревожила. Не прошло и десяти минут, как явился лесничий со своим докладом об угонщиках скота и взятке. Какой вывод вы сделаете из всего этого, Септах Мелайн?