Лорд Света
Шрифт:
Она произнесла заклинания, и что-то в этом показалось ей пугающим.
Она была одна.
Больше никто не пришёл с ней в эту клетку.
Она делала это в одиночку.
«Ты всегда одна», — прошептал голос.
Чьё-то присутствие обвивалось вокруг неё, словно жидкий металл.
Холодные щупальца скользнули по её коже, заставив вздрогнуть.
«Ты всегда будешь одна, Светоносная. Ты — Несущая Свет. Это судьба сильных мира сего — быть в одиночестве…
Алексис испытывала дурноту, но не могла уйти.
Не могла сопротивляться этому присутствию.
У неё не было её сил.
«Ты вернёшь их обратно, — заверил её голос. — Ты вернёшь их обратно, когда будешь готова. Когда ты будешь готова принять полную мощь своих сил, ты получишь их обратно».
Алексис извивалась в этом тёмном пространстве, пытаясь высвободиться.
Пытаясь избавиться от них.
«Ты должна отпустить…» — шептали существа.
Голоса накладывались друг на друга, отдаваясь эхом и перекрикивая друг друга.
«Ты должна отпустить. И только тогда ты станешь свободной…»
Вспыхнул свет.
Заклинания другой Алексис в клетке львов начали расслаивать реальность, образуя мост между этим миром и другими. Яркое светло-голубое сияние вырвалось из центра покрытой граффити цементной стены.
Что-то было не так.
Этот свет был каким-то неправильным.
Цемент исказился, стал жидким, мерцающим, когда её гортанное заклинание открыло дверь.
Алексис всё ещё смотрела вниз, наблюдая за этой другой версией себя…
…когда пещера взорвалась криками.
Серебристые щупальца вырвались из отверстия, будто из какой-то паразитической пасти.
Они обвились вокруг её рук, горла, ног, запястий, плеч. Она попыталась дотянуться до своих клинков, но не смогла поднять руки. Алексис наблюдала, как другая Алексис в пещере сопротивлялась, тяжело дыша, пытаясь освободиться.
Но крик принадлежал не ей.
Крик доносился изнутри портала.
Алексис слышала голоса своих друзей, людей, которых она знала… Кэла.
Она слышала голос своей матери.
Даринды.
Светоносных, которых убили Иные.
Она увидела змееподобных существ, вырывающихся из круга света, расползающихся по потолку и полу.
Она видела, как они исчезают в ночи.
Растворяются в её мире.
Алексис могла только беспомощно наблюдать со своего места под потолком, как её версия на земле, кряхтя, боролась и задыхалась, пытаясь освободиться.
Она безмолвно парила там, не в силах вмешаться.
Она наблюдала, как другая Алексис проигрывает битву.
Она была недостаточно сильна.
Они не могла избавиться от них.
Алексис
Крики становились более громкими, более хаотичными, более жуткими.
Алексис почувствовала, как в её груди нарастает холодная, подобная камню, боль.
Она чувствовала ту часть себя, которая хотела спрятаться, которая хотела, чтобы её тело и разум сделались холодными и твёрдыми, как этот камень.
Она наблюдала, как свет в портале на цементной стене становится ярче.
Она наблюдала, как расползается ещё больше металлических, серебристых существ.
Затем позади них начали выходить тенистые существа.
Не просто одна из этих дымчатых фигур вошла в её мир… и даже не дюжина.
Сотни таких прошли сквозь стену.
Тысячи.
И они до сих пор продолжали прибывать.
Эти серебристые черви всё ещё извивались и скользили в окружающий мир, пока маршировали, проходя сквозь металлические прутья старой клетки в лес Гриффит-парка.
Направляясь в Лос-Анджелес.
Направляясь в её мир.
Алексис закричала, наблюдая, как они переходят в её измерение, не в силах остановить их, не в силах пошевелиться из-за своего паралича под потолком. Она не могла пойти за ними, не могла бороться с ними, не могла даже позвать на помощь. Иные беспрепятственно направили свою армию в её мир. Они беспрепятственно передвигались по её измерению, неприкасаемые — завоёвывающая армия тени и смерти, прокладывающая путь к худшим событиям, которые только грядут.
Теперь их никто не остановит.
Не осталось никого, кто мог бы их остановить.
Она бесполезна. Хуже, чем бесполезна.
Она уничтожила свой собственный мир.
Она погрузила свой народ в вечную тьму.
Алексис резко проснулась, задыхаясь и постанывая от отчаяния.
Она даже не знала точно, из-за чего.
У неё не осталось никаких реальных образов.
Никакой конкретной информации.
Никаких воспоминаний. Никаких фактов.
Только сильное, парализующее чувство потери и боли.
Или чувство того, что у неё отняли её семью, её мир.
Или поражения.
— Эй, — она почувствовала тёплые пальцы и дыхание, кто-то покрывал поцелуями её лицо. Он убрал волосы с её глаз, погладил по щеке. — Эй, в чём дело, Светоносная? Что случилось?
Её разум ещё даже не понял, где она находится.
Однако она знала его.
Она знала его и не было никакой необходимости знать что-либо ещё.
— Я не знаю, — она нахмурилась, пытаясь собраться с мыслями, отмотать всё назад. Она всё равно не могла их видеть. Она даже не могла понять, что и как произошло.