Лореци Сако

Туманян Ованес Тадевосович

Боишься ты собаки? Да?

Гэво! Ни шороха в ответ.

Лишь в тишине шум Дзорагэт.

Кто же бодрствует в этих потемках ночных?

Спит земля… С нею ветер полночный затих,

Не спят лишь бессонные

злые виденья,

Ущелья наполнив ночным оживленьем…

Затеяв свой дьявольский пир в темноте,

Рыщут-ищут, как тени, в ночной пустоте, -

И найдя одного, – вдруг ворвутся к нему -

С гиком, хохотом, рея в безмолвную тьму…

Уставясь в огонь, устрашенный пастух

Едва переводит от ужаса дух…

И вот, простодушного жителя скал

Ужасных сомнений поток взволновал…

– Нет, это был ветер… Тень волка была…

То ночь не глаза, только звезды зажгла…

В окне, наверху, чьи-то взоры тревожат…

Он хочет взглянуть, но… не может…

Чуть дышит

И слышит:

– Он здесь ведь, да?

Ха-ха-ха-ха!

Он… вишь… вот… весь…

Так… тут… глянь… здесь…

Дом пастуха… ха-ха-ха-ха!

И вдруг, как шипы, поднялись волоса…

Взглянул на порог… задрожал… Ворвался -

Шум-шварк! Трах! И дверь распахнулась и вихрь

Влетел с хором фурий и нечистей злых!

Колдуньи и лешие в сумраке диком

Наполнили хижину

хрипом и криком!

VII

Бескрайно, огромно ущелье в горах, высоко.

Кусочек луны за тучу укрылся украдкой…

И в страшную ночь, обезумев, Сако

В Лорийских ущельях бежит без оглядки.

И гонятся духи за ним вереницей, -

Распущены волосы, вопли и шум…

И жалят и хлещут, как змеи, как птицы,

Мешая Сако помутившийся ум…

А из пещер в веселье буйно-пьяном,

Звучат зурны с бубнящим барабаном,

Кричат, зовут:- Сако, поди!

Сако, скорей на пир иди,

На нашу свадьбу погляди!

Мы пляшем среди игр лихих

И дев – красавиц молодых…

Дам вкусных яств, иди, дружок!

Иди ко мне – дам пирожок!

Племянник мой! Мой сын! Мой брат!

Родной! Тебя я видеть рад!

Сако! Сако! Ты к нам иди!

На эту деву погляди!

Веселой пляски жизнь полна…

Тара-ни-на… Тара на-на…

И волны Дэв-Беда, вздуваясь, взлетая,

Свой шепот разносят, шумя, повторяя,

во мраке молву разнося далеко:

– Держите! Там скрылся безумный Сако.