Лорел
Шрифт:
— Вы не можете забрать наше оружие, — воскликнул один из Блакторнов. — Мы ни в чем не виноваты!
— Вы угрожали женщине и пытались похитить ее ребенка. Разве этого не достаточно?
— Думаю, не стоит тратить время. Если вы не согласны, то можете попытаться переубедить меня. Только не забывайте, что оружие есть только у меня, если надумаете наброситься все вместе.
— Но это несправедливо. Мы не можем отстоять свои интересы, так как без оружия! — воскликнул Дэмьен. — У нас нет ни единого шанса.
— Так же, как вы, вооруженные
— А что будет с Эфрамом?
— Он будет арестован за попытку украсть лошадь шерифа.
— Берегись, шериф. Мы еще вернемся. И расплатимся сполна.
— Добро пожаловать. Вы хорошо знаете, где я живу. А сейчас вы нарушаете покой миссис Блакторн и мешаете ей спать. И если вы не горите желанием заняться стиркой вместо нее, то лучше убирайтесь отсюда подобру-поздорову. Кстати, у входа в каньон вас поджидает парочка парней — они проведут вас через город. А завтра я пришлю ваших лошадей.
— Но нам придется идти пешком целых пять миль, — возмутился один из мужчин.
— Скажите спасибо, что не больше. Убирайтесь!
Лорел наблюдала за Блакторнами, молча спускавшимися вниз по каньону.
— Адам, — позвал Хен, — собери оружие. А я пока посмотрю на этого парня на дереве.
Не успела Лорел отставить в сторону ружье и шагнуть через порог, как мальчик уже был во дворе. Когда Адам вместе с матерью собрал оружие, Эфрам Блакторн уже спустился с дерева и стоял со связанными за спиной руками.
— Да не нужна мне эта проклятая лошадь. Я даже и не пытался украсть ее, — возмущался он. — Этот жеребец сам набросился на меня. И чуть не убил.
— Привет, Эфрам, — сказала Лорел, подходя к мужчине.
Эфрам сделал вид, что не заметил женщину.
— Сегодня ты нажил себе уйму неприятностей, — обратился он к Хену. — В следующий раз сюда придет сам Авери. Тогда посмотрим, как ты запоешь.
Хен не обратил внимания на угрозы. Он взял из рук Лорел ремни, которые она подняла с земли, и повесил их на шею пленника.
— Я заберу с собой Бримстона. По крайней мере, некоторое время он не будет будить вас по ночам.
— Вы спасаете меня уже не первый раз. Похоже, мне вечно суждено благодарить вас, — ответила Лорел.
— Это моя работа.
— Проклятая лошадь чуть не отправила меня на тот свет, — пожаловался Эфрам.
— Не обращайте внимания, — посоветовал шериф. — А теперь пора трогаться в путь. Бримс-тон, следи за ним!
К ужасу Эфрама, огромный белый жеребец последовал за ним, дыша в затылок.
— Он же убьет меня! — пленник ускорил шаг, чтобы оказаться вне пределов досягаемости зубов Бримстона.
— Не злите его — и он вас не тронет, — обронил шериф и повернулся к Лорел. — С вами все в порядке?
— Да, спасибо.
Хен ласково взъерошил волосы Адама.
— Похоже, твоя мама — опытный стрелок. Не каждая женщина осмелится
Слава богу, что вокруг темно! Лорел залилась краской стыда: совсем недавно она бросила в лицо Хену несправедливое обвинение, назвав убийцей, а сегодня он снова спас и ее, и Адама. Приняв его помощь, она выглядела двуличной. Хорошо хоть, что молодой человек не высказал это вслух.
— Можно я помогу довести бандита до тюрьмы? — попросил Адам.
— Нет, ты должен остаться тут и защищать маму, — молодой человек перевел взгляд на Лорел. — Вам лучше перебраться в мой дом, пока меня не будет в городе.
— Нам и здесь хорошо.
— Но, по крайней мере, переночуйте хотя бы эту беспокойную ночь в городе.
— Блакторны так быстро не вернутся, — Лорел говорила спокойным, ровным голосом, но мысли начали путаться от волнения.
Судя по всему, Хен проснулся от первого выстрела, а затем всю дорогу бежал бегом. Нет, он не просто выполнял свою работу. Он постоянно думал о ней, о Лорел, раз, услышав отдаленный выстрел, бросился в каньон. Он спешил на помощь, не думая о том, сколько человек могло оказаться здесь. Ради нее он пренебрег опасностью!
А теперь он настаивал на том, чтобы она перебралась в его дом. Лорел охватило знакомое уже волнение (как, впрочем, всегда, когда Хен Рандольф находился рядом). Он переживал за нее! Нужно все тщательно обдумать. Но, странно, какая своенравная и упрямая вещь — надежда. Преодолевая все препятствия, не считаясь со здравым смыслом, она закрадывается в душу — достаточно малейшего повода.
Но надежда имела и другую, более неприятную сторону: можно бесконечно долго строить воздушные замки, занимаясь стиркой, но рано или поздно придется столкнуться с суровой реальностью. И тогда надежда причиняет мучительную боль. Лорел уже чувствовала ее.
— Я не уйду, пока вы не согласитесь, — настаивал Хен. — Можно припугнуть нападающих ружьем, но, увы, нельзя избавиться от них. Они все равно не оставят вас в покое!
— Мне нечего бояться, когда вы рядом.
— Вы правы. Но вам нужно на некоторое время покинуть каньон. Обещайте, что будете жить в доме шерифа в мое отсутствие.
Сопротивление Лорел ослабевало с каждой секундой. Ей так хотелось верить, будто она не безразлична Хену, что она забыла об осторожности. Почти забыла.
— Я не покину каньон…
— В таком случае Сикамор Флате сам придет к вам.
— Что вы имеете в виду?
— Я подберу дюжину ребят. Трое или четверо из них разобьют стоянку у вас во дворе и будут каждый день сменять друг друга, охраняя вас.
— Вы шутите?
— Назовите людей, которым вы доверяете.
— Я не верю никому, — растерянно ответила женщина. Непохоже, чтобы Хен шутил. То, что он говорил, было абсурдом. Неужели он действительно собирается так поступить?
— Не волнуйтесь. За нами присмотрит Джорди.