Лорелея
Шрифт:
Он мне рассказывал, а я слушать не мог, прогнал его.
Она лежала передо мной, на операционном столе, а я боялся даже подойти к ней, надеясь, что она еще проснется. От чего она умерла? Я тоже задавал себе этот вопрос. Она была абсолютно здорова, я не сомневался, что Бернадетт легко перенесет беременность и родит крепкого ребенка, но тогда она выглядела изможденной, бледной, осунувшейся. Белая кожа обтягивала кости, а в открытых глазах застыл ужас. Неужели такой ее сделала смерть? Нет, я склонен был думать, что причина другая. Я обнаружил маленькую ранку на шее, бледную и едва заметную, но не придал ей тогда значения. И потерю
…А потом приехал он. Люк Дюфрен, да вы видели его вчера. Он прискакал рано утром, едва не загнав лошадь. И первое, о чем он спросил — где жила умершая женщина. Разумеется, я хотел выдворить его вон, что за наглость! Но он и слушать меня не хотел. Суровый человек, ты же видел его.
Он прошел в дом уверенным шагом, почти не обращая на меня внимания…
Да и на Бернадетт смотрел совсем недолго: увидел эту самую ранку, удовлетворенно хмыкнул. Ну теперь-то ты и сам понимаешь, в чем там дело было, а я, разумеется, не знал, да и, пожалуй, знать не хотел. Но я не мог отпустить его без объяснений, а Люк, казалось, и не спешил уходить.
«Врач, значит? — он внимательно-внимательно смотрел на меня, а затем кивнул. — Ее ты уже не спасешь и ничем не поможешь, но ты можешь помочь мне».
«Ты знаешь ее убийцу?»
«Догадываюсь, ради него я и приехал сюда», — кивнул он.
Вольготно устроившись на единственном стуле в комнате, он рассказал мне то, что слышал вчера ты. Как и ты, я не поверил всему этому, да и мудрено ли. Я хотел прогнать его, но в какой-то момент… Парень, не знаю, как тебе это объяснить, но я понял, что готов поверить всему, что он скажет. Люк говорил о вампирах, как о чем-то таком простом и естественном, будто бы они и правда существовали.
— Да, в это трудно поверить, — кивнул Артур, который и сам до сих пор не решил для себя, где заканчивается реальность и начинаются фантазии.
— Но я поверил. Допустил эту возможность, ведь недаром легенды говорят нам о восставших из могил покойниках, какими эти вампиры и являются.
«А моя жена, она… она не станет такой? После похорон, я имею в виду. Она умерла… насовсем?»
«Нет. Глупые легенды о том, что всякий, укушенный или даже убитый вампиром оживает. Иначе во Франции их было бы больше, чем живых людей. Да и во всей Европе тоже. Бернадетт умерла, и пусть тело ее покоится с миром, а душа найдет спасение на небесах», — Люк быстро перекрестился, и больше ни разу не взглянул на труп.
— А почему вы ходили… то есть пошли с ним?
— Тогда я считал это лучшим решением. Не решением даже — зовом сердца, порывом. Я и сейчас не жалею, ты не думай, — быстро добавил Фабьян, — а уж тогда и вовсе не сомневался. Я не мог оставаться там, в том доме, который… Да, в общем, все тут понятно.
На следующий же день я покинул свой дом, поехав вместе с Люком в Ажен. Он рассказал мне все, что знал — или все, что посчитал нужным сообщить о вампирах, я слушал его и в то же время не слышал, слова долетали до меня как сквозь пелену тумана, а перед глазами стояло лицо Бернадетт, моей Берни, такой, какой она была всегда — красивой, веселой, счастливой. И вот в один день ее не стало, из нее высосали кровь и жизнь,
Фабьян со всей силы ударил по подлокотнику кресла, заставив Артура вздрогнуть.
— Прости. Эти гадины не заслуживают ничего, кроме смерти!
— Мистер Берже, но я не могу понять, почему Люк рассказал вам о существовании их? Это разве не есть тайна ото всех?
— Да, эти его чертовы тайны! А и ладно, не стоит нарушать такой порядок, пусть все живут как живут, в своем безмятежном неведении, все спокойнее будет, чем если каждый осиновый кол возьмет и вместо того, чтобы ночами тихо спать в своих домах, пойдет вампиров искать. Вампиров не каждый найти сможет!.. Я вот не могу, например, а Люк каким-то образом отыскивает их убежища. Ну, он парень в этом деле ученый, не чета мне. А ему я понадобился как врач, он тогда хотел постичь с моей помощью причину вампиризма. Превращение крови, знаешь ли, или микробы какие, он думал, что вампиризм — это как заразная болезнь!
— И?..
— И все. Не медицинский это вопрос, Артур, и Люк это понял, а я с самого начала догадывался, что не в крови тут дело, и не в хворях. Наука никогда не объяснит того, почему, если эти ублюдки напоят кого своей кровью, то те умирают, чтобы потом воскреснуть как немертвый. Все просто — глоток их треклятой крови, и душа расстается с телом, а тело встает себе и идет, как ни в чем не бывало. Без морали, без стыда и совести, они просто убивают и убивают, чтобы насытиться чужой кровью. А кровь им нужна часто, каждые пару недель, а то и чаще. А теперь, парень, представь, сколько человек убивает один такой упырь за свою жизнь.
— И сколько длится их жизнь?
— Вечно, Артур, они могут жить вечно, пока их не убьют.
— Боже, но ведь… — проведя в уме некоторые математические вычисления, Артур в ужасе уставился на врача. Тот смотрел на него прямым, серьезным взглядом без капли страха, лишь с грустью и сожалением, которые поселились в его душе со смертью жены. — Тысячи, сотни тысяч людей! Неужели никто не замечает?
Фабьян пожал плечами.
— Никто не хочет замечать, люди не видят очевидного, пока им не ткнут пальцем, да и то сопротивляются до последнего, не хотят признавать. Да и я не хотел… Я не верил до тех пор, пока сам не увидел вампира.
«Его должен будешь убить ты», — произнес Люк сурово.
«Но я… я не смогу! Я никогда в жизни никого не убивал, я врач, а не…», — я не мог представить себя убийцей тогда, даже убийцей вампиров.
«Сможешь! Фабьян, она была твоей женой, и ты, а не кто-нибудь, должен отомстить за нее. Он не человек, запомни это раз и навсегда, ты лишь помогаешь его душе обрести покой. Ты ведь веришь в Бога? — я кивнул. — Ты должен сделать это во имя Господа нашего. И ради Бернадетт. И вашего ребенка».
Я снова согласно кивнул. Да, я должен буду это сделать. Он не человек, он вампир. Тварь, исчадие ада.
«Осиновый кол прямо в сердце. Мне ли тебя учить, ты врач, ты знаешь, где оно находится».
Все казалось легко. Осиновый кол, серебряные пули, чеснок, святая вода — Люк говорил об этом так просто, будто это был воскресный поход на рынок.
«И все? — спросил я. — Убить вампира так просто?»
«О нет, мсье Берже, — голос Люка был холодным и жестким. — Убить вампира далеко не так просто. Сначала его нужно поймать. К счастью, эту работу я уже сделал за вас».