Лорена
Шрифт:
— Называй это, как хочешь, — заключил Квент, — но настала пора уносить ноги.
— Тебе уж точно пора.
— Не можешь же ты вечно танцевать под дудку Брэда.
— В этом году ты повторяешь это не один десяток раз, а часы в Селби идут вперед.
— Завтра одна пуля может все остановить.
— Я не боюсь пуль. Ты ведь только что сказал, что сражения не будет.
— Чем же тогда тебя можно испугать?
— Не думаю, что генерал Шерман тронет гражданских лиц, — сказала Рина. — Я также не верю, что он тот двуглавый
— Я уже собрал свои вещи, — сказал Квент. — Завтра я уезжаю утренним поездом из Мейкона. Открой свои глаза, и поедем вместе.
— Куда ты направляешься на этот раз?
— Пожалуй, в Лондон. Большая часть моей наличности там.
— Брэд возил меня в Лондон во время свадебного путешествия. Кроме дождя я там ничего не видела.
— Тогда проведем зиму во Франции. Обратимся к парижскому адвокату, который оформит твой развод. Я оплачу по счету и позднее помогу тебе найти настоящего мужа.
— Я уже замужем, — ответила Рина.
— За Селби?
— За Селби, Квент. И за Брэдом тоже, хотя он и не хочет в этом признаться.
— Ты же не можешь жить на поле боя.
— Этот дом стал полем боя еще до того, как началась война. Я найду способ, как укрыться.
Слушая этот разговор и понимая, что эта барышня от своих слов не отступится, Янси вопрошающе взглянул на Квента. Тот пожал плечами, и видно было, что он вот-вот признает свое поражение.
— В твоих словах что-то есть, — сказал врач торопливо. — Но твой брат прав. Ты можешь с честью выйти из боя.
Рина двинулась в сторону портика, чтобы раскрыть одну из застекленных дверей. Какое-то время она всматривалась в ночь, будто ожидая, что тишина опровергнет предсказание Квента.
— Дядя Док, ты видел, как сжигают остатки растений?
— Я сам сжигал их. А что?
— Скажи Квенту, как это происходит. Он вырос в городе и, вероятно, ничего об этом не знает.
— Вся грядка накрывается дровами, — объяснял Янси. — Затем с углов подносится огонь. Земля подогревается, и сорняки гибнут. Затем ее разрыхляют мотыгой и окучивают. Новые растения восходят свежими и зелеными.
— Как раз это и произойдет в Джорджии. — Рина повернулась к брату. — Мы снова начнем сеять, когда погаснет костер.
— Полезная метафора, — ответил Квент. — Не думаю, что она применима к Югу. Война оставляет после себя особую сорную траву. Она хорошо растет на выжженной земле.
— А я говорю, что мы вырастим урожай на земле Селби.
— Без работников, которые тянут плуги?
— Наши рабы станут трудиться как получившие свободу невольники.
— Ты можешь вообразить, что старый Гамильтон станет платить зарплату новому свободному негру? Или Рэндольфы? Или Бюэллы?
— Даже им придется, если кто-то подаст пример. Когда они увидят, что только так можно
— Как Селби может подать пример с таким владельцем, как Брэд?
— Я позабочусь о Брэде, когда придет время, — ответила Рина. — Однако нет сомнений: этой плантацией должна заниматься я. Я никому не могу передать эту работу. Я также не могу уклониться от нее, сбежав отсюда.
— И что же ты здесь будешь делать?
— Много чего. Чтобы поддерживать Селби в надлежащем состоянии, надо работать постоянно, целый день. Еще предстоит очистить хлопок…
— В то время как на складе нет свободного места?
— Мы как-нибудь найдем место. Когда уложим последний тюк, придется подумать о будущем урожае. Брэд потребует, чтобы семена лежали в земле к тому времени, когда он уволится из армии.
— К черту Брэда и то, что он потребует! Лорена, это место должно принадлежать тебе. Наверно, только так можно решить твои проблемы. — Квент встал. Янси видел, что брат Лорены затягивает спор лишь для того, чтобы обрести равновесие духа. — Давай я соберу деньги, чтобы уплатить ему за эту землю. На это много не понадобится, когда округ займут войска.
— Брэд скорее умрет, чем продаст свою землю.
— Кому какое дело до его чувств? Его можно заставить продать ее. Чем он собирается оплачивать налоги, когда снимет с себя униформу?
— Возможно, он не снимет ее, — сказала Рина. — Если это наступление против нас продолжится, он говорит, что объединит силы с Мексикой.
Наконец зазвучал голос Янси:
— Квент, можешь уезжать со спокойной совестью. Я не могу убедить ее переехать в безопасное место. Думаешь, тебе удастся?
— Дядя Док, обещай, что ты останешься.
— Я уеду только вместе с Лореной, — ответил Янси. — Но не раньше.
— Береги ее, а то тебе придется иметь дело со мной.
— Квент, мы с Дядей Доком сумеем защитить друг друга, — сказала Рина.
Она подставила щеку для поцелуя, затем проводила брата к двери, ведущей к западному портику и конюшне. Янси заметил, что гостя выпроводили твердо, но соблюдая все приличия.
— Возьми желтый кабриолет, — посоветовала она. — Он едет быстрее всех. Аякс отвезет тебя до Мейкона.
— Я поеду один, — ответил брат. — К тому же я уже взял этот кабриолет. Мои сумки уложили в него еще до ужина.
— Видишь, дорогой! Ты давно решил бросить меня на произвол судьбы.
— Лорена, поступай, как знаешь. Желаю тебе удачи.
— Квент, мне повезет гораздо больше, чем тебе, — ответила она, улыбнувшись. — У меня есть место и работа. Ты годишься лишь для того, чтобы добывать деньги.
— По крайней мере, я не спускаю их на рыцарей без доспехов, — ответил он. — Это мой последний укол перед новой встречей. Я вернусь в тот день, когда мистер Дэвис признает, что война закончилась.
— Ты найдешь меня здесь, — пообещала Рина. — Можешь твердо рассчитывать на это.