Лось
Шрифт:
В чем-то она была права, совсем без защиты было нельзя, это я прекрасно осознавал. Вот только предлагаемый вариант мне категорически не нравился - выходил слишком громоздким.
– Так я не говорю, что защита не нужна!
– еще раз попытался донести свою мысль, - Какая-никакая даже для психологического комфорта требуется! Но не это убожество!
– Миша!
– вмешался профессор в нашу перепалку, - Выйди, нам с Людмилой Васильевной поговорить надо.
– Шеф!
– попробовал упереться я.
– Миша!
– повысил голос Воронин.
Поняв, что малость перегнул палку, но, все еще
– Кто и где тебя накрутил? Или рука до сих пор болит?
– Броню посмотрел, которую нам навязывают.
– Броня - это хорошо!
– обрадовался он.
– Двадцать восемь килограммов! И ладно бы что-то приличное, а то чуть ли ни листовое железо!
– Ну, ты совсем уж не нагнетай!
– попытался успокоить меня Отрепин, - Не дураки же наверху сидят!
– Паш! Вот поверь, мне есть с чего беситься - мы же не против людей воевать собираемся! До этого мы все затачивали на мобильность и наскоки, скорость и увертливость - это конек девятки! А теперь прикинь - легкое вооружение тварей не берет!..
– Вполне берет, я читал отчеты!
– прервал меня на полуслове Павел, - Суставы или лицевые пластины вскрываются обычными палашами, даже без клановых приемов.
– Паша, да меня с палашом против твари не то, что императрица, сам господь бог не заставит выйти! Мы не в семнадцатом веке живем! Только пулемет, и только тяжелый! Какая схватка, о чем ты!
– Миха! Разуй глаза! Для чего, по-твоему, крепления на манжетах у девятки?! Для чего здесь нас, специалистов по холодному бою собрали?!
– Каких еще специалистов?
– Я чемпион Москвы по сабельному бою, пять лет назад был лучшим в своей возрастной группе. С Яковом мы к одному тренеру ходили, он, конечно, со старшаками тренировался, но я его помню, надежды, между прочим, подавал! Жаль, правда, бросил незадолго до семнадцати, но здесь снова занимается. Инка, Зайка и Тушка - призеры в фехтовании на рапирах. Из нас всех только Анатолий раньше атлетикой занимался, но его сейчас усиленно гоняют, Светлану с Еленой тоже каждое утро. Почему мы, по-твоему, только к одиннадцати, а то и позже являемся? Тренируемся!
– Пиздец!
– выдал вердикт, оседая на скамейку, - Не может быть, Паша!
– встряхнулся я, - Ты тварей хоть раз близко видел?
– Можно подумать, ты видел?
– хмыкнул лейтенант.
Ну да, секретность и еще раз секретность! Но плевал я на нее сейчас!
– Паша, я - видел. И в гробу мне снились все сабли и мечи, когда я Войну из пулемета едва-едва ухайдакал. Нет, как последнее средство - может быть, патроны не бесконечные, но чтобы вообще без огнестрела?
– Не дрейфь, прорвемся!
– легкомысленно отмахнулся он от моих слов, - Ухайдакивают их клановые, ухайдакаем и мы.
– Паш, вот я не понимаю твоего отношения! Клановые - да, они с огнестрелом не бегают, но у них и способности другие. К тому же ты не видел их тренировок, а я видел.
Отрепин еще более скептически хмыкнул, типа: "Ну, давай! Заливай! Верю-верю!" И даже злиться на его недоверие было бесполезно, если подумать, то мои ничем не подтвержденные слова
– И все же, давай каждый заниматься своим делом, - подытожил он, поднимаясь со скамьи, где сидел рядом со мной, - Ты - учишь нас, а мы как-нибудь, помолясь...
– Пойдете на убой!
– перебил его я, - Ладно, время еще есть, будем думать!
Обидно, но Воронин мои чаянья не поддержал. Даже на встречу с разработчиками брони меня не взяли, а то я бы высказался. Одно утешает, со слов Максима, который все же туда попал с другим нашим коллегой - Николаем, пизды смежникам шеф там вставил знатной, его речь даже разобрали на цитаты. Так что вскоре прибыл новый проект, а потом и сами отлитые пластины, которые наши стали навешивать на все девятки, к тому времени их уже было четыре полноценных и моя экспериментальная. Из-за закаченного скандала мою забронировали минимально - прикрыв лишь жизненно важные органы, но и то новый девайс сожрал почти пятнадцать килограммов, заметно утяжелив движение.
Пока возились с броней, прибыли вибро-мечи, которые замучились прицеплять и подключать, их питание отличалось от нашего, две недели трахались с синхронизацией и переходниками. В рабочем режиме, конечно, консервный чудо-ножик выдавал приличные характеристики, легко перерезая стальной рельс, но все равно доверия к ним у меня не появилось ни на грош.
А еще, для полного счастья, пошел разлад в моих отношениях с командой. Я бы так и гадал, с чего вдруг такое охлаждение, но вскоре просветила Лена Краснова, зайдя в мой закуток до начала тренировки. Оказалось, что Отрепин мне тогда не поверил и из лучших побуждений в тот же день сходил к куратору за уточнением. Майор Маздеева - кто бы сомневался!
– ничего в моем рассказе не подтвердила, вдобавок я сам потом получил по первое число за разглашение, еще и премии лишили. А Павел на правах старшего по званию собрал вечером всех испытателей и ославил меня брехуном.
– Наплюй!
– грубовато успокоила меня Елена, они со Светланой единственные знали, что никакими фантазиями я не увлекся, - Если тебя утешит, то я тоже считаю, что целиком делать ставку на мечи - полная глупость, надо только дождаться, когда эта мысль дойдет до верхушки.
– Лена, а нельзя эту мысль как-то пораньше им в головы вложить? Ты меня пойми: я ведь не против брони, и не против наличия в экзе чего-то колюще-режущего. Но можно ведь это все как-то по-умному скомпоновать?
– Пыталась уже. Там, наверху, мнения разделились, споры идут - до рукоприкладства доходит.
– Почему? У вас там что, поголовно идиоты?
– Вот только не надо в позу обиженного вставать! Один ты все понимаешь, а вокруг сплошь идиоты!
– завелась Краснова, - Пока длится ожидание и поединок, место окна берут в кольцо. В зависимости от рельефа местности радиус оцепления от пятидесяти до ста метров. А теперь представь, что по этому кругу ты со своим пулеметом будешь носиться?! Сколько ты по всадникам попадешь, а сколько по своим? Это тебе в январе повезло, что твоя стрельба никого не зацепила, хотя риск был, говорят, многие с крыш за тобой наблюдали, а к моменту расстановки заслона ты уже все патроны истратил, а представь, что ты того же Воронина шальной пулей снял бы?