Лотэр
Шрифт:
И, в свою очередь, учила их чему-то сама. Сдержанные дакийцы...обожали её, полагая, что она своим присутствием освежает их жизнь. Как и было предсказано.
Извинившись, Элизабет переместилась к нему на кушетку. Их собака - которую он отказывался называть Бо Младшим - возмущённо гавкнула - телепортация её по-прежнему сбивала с толку.
Когда Лотэр взял ладонь Элизабет в свою, нежно целуя, Стелиан поспешил извиниться и изчез.
– Вроде как у всех всё налаживается, ты как думаешь?
– увидев во сне воспоминания
Теперь, когда королевой стала Элизабет, лёд между ними, наконец-то, тронулся. Впервые за несколько столетий раздоров семья начала стекаться к сердцу дворца.
Тем не менее, Лотэр ответил:
– А я бы признался, если бы это было так?
– Язык Лотэра?
– она изогнула бровь.
– Ну, мне кажется, что всё вроде устаканивается.
В момент знакомства с Виктором она обратилась к генералу так:
– Вы - тот самый сверипый воин, которым так хвастался Лотэр? Неудивительно, что именно вас он назначил главой моей охраны. Никому другому он меня не доверит во время своих отлучек, - грудь солдата выгнулась дугой.
Мирсео она посоветовала:
– Тебе стоит спросить Бэлери, сколько ещё тебе ждать твою Невесту. Считать дни - иногда помогает, - совет от мудрой королевы, которая приобрела колоссальный опыт в подсчёте дней.
– Если я могу ужиться с Лотэром, значит и с твоей Невестой возможно всё. Может, дашь вашим отношениям ещё один шанс?
– так она пыталась ободрить Трехана.
С Косминой она пока не достигла особых успехов, признавшись Лотэру:
– Даже и не знаю, с чего начать. Возможно, тут потребуется полная перезагрузка...
Привет, Луизиана.
Элизабет верила, что все они "становятся одной большой семьей" или что-то типа того, а единственная причина, по которой он чувствовал себя некомфортно рядом с ними заключалась в его боязни "проникнуться к ним родственными чувствами".
Состроив гримасу, он уже был готов уверить её в том, что презирает свою семью и не хочет видеть их рядом, но... не смог произнести ни слова.
Так что на текущий момент они оккупировали его личное пространство.
Но помимо этого, он вновь был счастлив. Глядя на свою изящную Невесту, думал:
"и я буду ревностно охранять ключ к своему счастью".
Королева Елизавета Дакиано оказалась его Развязкой, всегда была ею.
Склонилась бы перед ней Ивана Смелая? Да. Но в глубине души он знал, что это было уже неважно.
Каждой ночью, когда Элизабет от него пила, их нерушимая связь становилась лишь крепче - а значит, его разум оставался стабильным. Конечно, полностью вменяемым ему уже не стать, никаких иллюзий на этот счёт он не питал, но до тех пор, пока Невеста его принимает - он сможет держаться.
Всякий раз во время сна она
– Лео, не делай ничего, о чём я пожалею во сне.
По-прежнему оставались невыполненными две задачи. Он должен был отплатить Никс и исполнить клятву, данную матери, по захвату Орды.
Он решил - не без помощи "обманного приёма" - помочь ясновидящей в поисках Фьюри. Не желая, чтобы Феникс вновь помогала ему в чём-либо, он, тем не менее, не собирался оставаться у кого-либо в долгу.
А когда он думал, как сильно он любит Элизабет и насколько невероятно правильным было то, что она находилась рядом, он понимал, что оказался в большом - просто гигантском - долгу у Никс.
Если бы он только мог отыскать сейчас ясновидящую, чтобы сказать всё это: когда он покинул Дакию для спасения Элизабет, валькирия исчезла.
Никто в Ллоре не мог обнаружить Никс Всегдазнающую.
А что касается клятвы Иваны - тут Лотэр сомневался.
Элизабет рассуждала следующим образом:
Ивана хотела, чтобы ты правил Ордой, пока Сергей правил Дакией, чтобы
объединить два королевства, так? Что бы она сказала, узнав, что ты занял место Сергея на троне?
Весомый довод.
Но потом Элизабет добавила:
– Конечно, если корона просто так лежит и ждёт, чтобы её забрали, то я знаю, что мой парень готов к этой работе...
Для избежания широкомасштабного конфликта Трехан предложил направить своих убийц для устранения двух оставшихся претендентов: Кристоффа и Эммалайн Несравненную, полукровку, дочь валькирии Елены и дяди Лотэра - Фёдора, который был также известен как король Диместриу.
Хотя эти двое - и Кристофф и Эммалай - являлись законными наследниками, никто из них не поклонялся Жажде.
Лотэр приказал Трехану пока ждать, но сохранять готовность. Элизабет он сообщил:
– Сегодня вечером отправлюсь навестить одного из претендентов на корону Орды.
– А ты должен?
– Я должен вынудить Кристоффа - этого хрена - отозвать награду за твою голову.
– К тому же тебе хочется посмотреть на выражение его лица, когда он тебя увидит, - улыбнулась она.
– Так и есть.
Она так хорошо меня знает.
– Ты останешься здесь?
– На этот конкретный раз - да.
– Очень хорошо, - он старался скрыть своё рвущееся наружу предвкушение, поскольку собирался этим вечером совершить захват. Что хорошего в подземельях, если они никак не используются?
Обнаружит ли Элизабет этот его манёвр - по большому счёту один из самых пустяковых, наверное, даже без убийства обойдётся - во время своего очередного сна?
Его губы изогнулись. Ну конечно. Так что он "сохранил" послание специально ей: