Ловчий
Шрифт:
Я особо не отчаивался, потому что в запасе оставались сокровища, найденные в логове захлюста, но, когда я явился за ними в имение супружеской пары Додонов, оказалось, что семья хафлингов в полном составе убыла в Рудомышль [5] . И неизвестно, когда должны вернуться. Вот и все. Хоть бери и иди на поклон к Алисии. Но это чревато, разочарованная в своих ожиданиях женщина, к тому же чародейка, может так пригреть, что мало не покажется. К Купаве не сунешься, по тем же самым причинам. Да и не по нутру мне подобное. Еще чего не хватало, в приживалы подаваться. За одни такие мысли, хочется себя по морде огладить.
5
Рудомышль —
От работы на Синод я отказался, потому что собрался вернуться на Острова, к Малене. Нет мочи, тянет меня к Ягушке. А тут еще эти видения… Понимаю, что бред, но ничего с собой не могу поделать.
Впрочем, Острова мне тоже пока не светят. Купцы в это время года туда почти не ходят, к тому же перевозку я оплатить не смогу, даже если найду подходящий корабль.
Вот такая веселенькая ситуация складывается. Что делать дальше? Примерно знаю. Конечно же, в любом случае попасть на Острова. От этой идеи, я отказываться не собираюсь. Но это в долгосрочной перспективе, только после того как заработаю денег на путешествие.
Впрочем, в мошне еще кое-кая мелочишка позвякивает, а каморка и стол в корчме оплачены на неделю. Жив-здоров и при оружии — меч с клевцом, подаренные родом Додонов никуда не делись. И презент от Хозяйки Леса на месте. С ним, вообще интересно получилось. Самострел вместе со всеми моими вещами так и остался в Топях, однако, после того, как я пришел в себя после битвы с личем, обнаружил, что подарок лежит на постели рядом со мной. И никто так и не смог пояснить, как образом он там оказался. Загадка, однако. Но не особо загадочная, потому что в этом мире и почище того случается.
Словом, не все так плохо. Осталось только какую-нибудь завалящую работенку себе подобрать и продержаться до того времени, как вернется из Рудомышля Франка. В том, что она вернет мою долю монет, я не сомневаюсь. Хотя нет, все-таки немного сомневаюсь, но на данный момент — это не актуально. Вернется — посмотрим. А пока…
Я влил в себя остатки пива, зажевал крепко просоленным брюшком трески и провел взглядом по столовому залу в корчме.
Выбеленные известью стены, закопченные балки, грубые массивные столы и лавки, на потолке подвешены тележные колеса, с расставленными по ним масляными светильниками, пахнет кислым пивом, помоями и жареной рыбой — корчма как корчма — не из самых дорогих, но и не кишащий насекомыми клоповник. Кормят обильно и сытно, подавальщицы в меру опрятные, а пиво варят одно из лучших в городе. Народ заведение уважает, еще не вечер, а людишек полным-полно. Купчишки в новомодных румийских куцых камзолах и колготах, дружной компанией что-то чинно обсуждают за обедом, радом бригада портовых грузчиков, уже в жупанах и кунтушах, вместе с девами из цеха прачек в нарядных сарафанах вовсю заливается горячительными напитками. Небось, есть повод для празднования. А за тем столом, городские стражники зашли пропустить по жбану черного, а это еще какой-то непонятный народец…
Гостиный двор «Три Петуха» мне порекомендовал один из латников синодской гвардии, с которым я сдружился за время своего вынужденного бездействия. Дело в том, что здесь располагается вербовочный пункт сразу для нескольких наемных ватаг, или компаний, как говорят в Серединных землях. Вон, за угловым сидит усатый пузан, Варрава, заливается пивом с утра до вечера, в ожидании кандидатов. Которые, кстати, случаются не так уж часто. Нечасто, потому что опытные наемники идут сразу к предводителям ватаг, минуя вербовщиков, а молодежи, решившей стать на этот путь, не так уж много. В Жмудии на данный момент сытно и безопасно, так что народец особо не рвется сунуть свою
Хотя, по-разному случается, за сегодня Варрава уже завербовал двоих здоровенных сельских парней и третьего, длинного и худого, явно городского парнишку, к ним в компанию. Обширная усатая рожа так и лучится довольствием, видать здорово на рекрутах заработал.
Но я к нему не спешу, потому что не знаю конъюнктуры от слова совсем. Можно здорово продешевить, да и попасть в ватагу не к тому, к которому надо. А толковый и удачливый голова компании, в наемническом деле очень важную роль играет. С таким и жив останешься и монет подзаработаешь. В общем, нюансов много, без знания которых к вербовщику лучше не подходить. Впрочем, я пока не исключаю других видов заработка. Хватит, навоевался. Да хоть бы и в грузчики пойду. Али еще куда. Так что, в наемники — уж на самый крайний случай. Словом, видно будет…
Как раз подоспела подавальщица со жбаном пенистого темно-бордового пива и плошкой, на которой среди грудок укропа алели здоровенные раки. Я уже совсем собрался приняться за еду, как заметил появившуюся в зале девушку.
И не обратил бы на нее никакого внимания, потому что ничего примечательного в деве не было, но, она, спустившись по лестнице, направилась прямо к моему столу.
— Не против? — без лишних церемоний поинтересовалась дева, дождалась моего кивка и, приземлилась напротив на лавку.
При ближайшем рассмотрении девушка оказалась славеной. Хотя вполне могу ошибиться, потому что на Островах, я провел всего несколько дней и не успел толком раззнакомится с этим народом, хотя и сам вроде как славен.
С огненно-рыжими волнистыми волосами, собранными в толстую косу, вздернутым носом, большими голубыми глазами, едва заметными веснушками, густо посыпавшими скулы и немалым ротиком с четко очерченными губами, она смотрелась явно не красавицей, но все же довольно миловидной и симпатичной. Одета была примерно в том же стиле, как и я, правда, не в пример дороже и щеголеватей.
На стройной фигуре с хорошо развитыми плечами, ладно сидел замшевый безрукавный камзол до середины бедра, блузу из тонкого дорогого холста оттопыривали небольшие высокие грудки, подпертые корсетом из бархата, а талию перехватывал широкий пояс из тисненой и золоченой кожи с подвешенным на нем длинным узким кинжалом, больше похожим на стилет. Изумрудного цвета шейный шелковый платок, обтягивающие лосины из тончайшей кожи какой-то морской твари и высокие зеленые сафьяновые сапоги, перехваченные на лодыжках и под коленом ремешками с серебряными пряжками, завершали ее облик. Ах, ну да, забыл упомянуть пару впечатляющих перстней на пальцах и в стиль им брошь на отвороте воротника. Словом, дорого и ухоженно смотрится дева, хотя в облике просматривается хорошо заметная небрежность. Как будто она собиралась впопыхах и не успела навести на себя окончательный лоск. Или не посчитала нужным. Тут всякое может быть, особым знатоком женской натуры я себя не считаю. И еще, вряд ли ей больше двадцати пяти — двадцати шести. Но, это опять же ничего не значит, в Упорядоченном народец доживает и до полторы сотни лет, так что двадцать пять, это уже вполне зрелый возраст.
А вот определить по облику род занятий девушки, я так и не смог. Ясно, что далеко не бедна, а вот большего, увы, не скажешь. Дело в том, что, несмотря на царившее в этом мире Средневековье, подобное где-то двенадцатому-тринадцатому веку в моем прошлом мире, конечно с поправкой на переполнявшую Упорядоченный магию, женщины чувствуют здесь себя не в пример вольготней. И это еще мягко сказано. Тут даже странствующие воинствующие монашки присутствуют, и девы в княжеских дружинах с наемными ватагами, наравне с мужиками служат. Так что, штаны и сапоги вместо платья совсем не показатель.