Ловушка Силы
Шрифт:
– Это да, – согласился я. – А как защитников сделать?
– Ну, прям создать – это очень сложно. Лучше использовать готовых спрайтов, – Борис поймал мой недоумённый взгляд и пояснил: – Все персонажи вокруг называются спрайты – твоих рук дело. Кошмарик, ясное дело, тоже твоё, но им управлять ты не можешь. А вот некоторыми элементами сна – пожалуйста. Друга можно попросить вступить за тебя в бой с какой-нибудь тварью, как в игре.
Я припомнил, как напустил на Оранжевого и Фиолетового армию магов. Вон оно что! Колян мне такого не говорил, да я его
– Спасибо, ты мне очень помог, Борь.
– Пока ещё нет. Завтра маску принесу. Только ты нашим не говори про всё это.
– Конечно, – я кивнул, и мы пошли быстрее, чтобы догнать ребят, ожидавших у входа в торговый центр.
После бизнес-ланча стало полегче. Не знаю, как у других, а меня после еды не в сон клонит, а движ какой-то начинается. Ну и нельзя недооценивать литровую колу. Эх, хорошо, Катька не видит, чем я тут закидываюсь. На обратном пути я даже нашёл в себе силы зайти в недавно открывшуюся точку «Сяоми» потестить наушники. Уговорив ребят, чтобы меня не ждали, я завис над витриной. Собственно, выбор оказался невелик: все давно перешли на «затычки». Накладные – громоздкие, носить на себе неудобно, а дома на компе можно и колонки включить.
– Вам что-то показать? – На меня вопросительно смотрел парень в чёрной футболке с оранжевым логотипом «Сяоми».
Не люблю этих консультантов, выныривают непонятно откуда, сбивают с толку, не давая спокойно выбрать. Я вообще собрался уходить: уже на вид наушники мне не нравились.
– Ну давайте, обе пары примерить.
Парень быстро вынул из витрины и положил передо мной большие чёрные наушники и миниатюрные серые с медного цвета амбушюрами. Он стал перечислять технические характеристики, на которые мне было плевать, а я напялил черные. Так и есть: тяжёлые и большие. У вторых, наоборот, слишком маленькие амбушюры закрывали ухо не полностью. Не обращая внимания на консультанта, я пропустил опасный момент.
Дикая какофония ударила в ухо.
– Твою мать! – я сбросил наушники на витрину.
– Что, слишком громко? – искренне удивился консультант. – Я ниже среднего уровня поставил.
– Я вас, что, просил музыку включать?
Уши слегка пульсировали болью. Ничего, скоро пройдёт.
– Ну а как же тогда оценить качество звука?
Я молча надел старые наушники и вышел. Инициативный маркетолог, блин.
Настроение улучшилось, когда Колян вышел онлайн и спросил, что случилось. Я крепился с минуту, стараясь придерживаться первоначального плана: рассказать всё лично. Но потом начал строчить прямо с того места, где мы катались с фриками на драконе. Я молотил по клаве так яростно, что Макс пошутил, не нашёл ли я подругу по переписке, и спросил, как к этому отнесётся Катька.
Я пропустил его подколку мимо ушей и, чтобы не мучится ожиданием мессаджа от Коляна, подошёл к Тёме объяснить про серваки (к Борису он так подойти и не решился). Через полчаса пришел заветный ответ: адрес. Колян не стал ничего объяснять в сообщениях, а приглашал к себе в гости.
– Кажется, Андрюхе свидание назначили, – заметил Макс.
– Женщина моей мечты, – ответил я. Согласиться – единственный способ избежать дальнейших подколов.
После конца рабочего дня я сунулся было в «Макдональдс», но там успела собраться внушительная очередь. Можно подумать, все эти люди ломятся с работы прямиком за фастфудом. Пришлось зайти в “Осетинские пироги”. Два с мясом, один с сыром – надо найти подход к Коляну.
С этими пирогами пришлось давиться в метро аж до «Марьино». В студенчестве мне довелось подрабатывать курьером, спасибо отцу за суровое воспитание, и поездка словно вернула меня в прошлое. Люди толкались и тихо материли пироги, одновременно принюхиваясь. Наверное, прикидывали, есть ли у них дома такие вкусняшки.
Вывалившись наконец из метро, я достал телефон и настроил навигатор. Благо тащить пироги оставалось недолго. Пахли они так вкусно, что даже возникла мысль заточить немного по дороге. Я отогнал её и засмеялся другой идее. Раньше люди шли на поклон к жрецам, колдунам и несли им всякую жрачку. Вот, сейчас двадцать первый век, а я поступаю так же.
Стоит только прижать человека чем-то необъяснимым, и куда девается хвалёный рационализм? Как там? Все мы атеисты до первой турбулентности? Хорошо сказано.
Колян жил в старой облезлой панельке. Убитый подъезд встретил меня неприличными надписями и вонью кошачьей, а может, и не только, мочи. Я остановился на лестничной клетке между квартирами 56 и 58. На третьей двери, обитой драным дермантином советских времён, номер отсутствовал. Вот, значит, ты какая, 57-я. Звонок, к счастью, работал.
За дверью послышались шаги, и вскоре она распахнулась, явив лохматого Коляна в домашних трениках.
– Заходи, – он протянул руку и кинул одобрительный взгляд на коробки с пирогами.
Я прошёл в квартиру и оторопел: коридор был завален хламом. На старых стульях стояли какие-то коробки с посудой, проводами, тряпками, вешалками. В углу из-за кучи пузатых, набитых чем-то пакетов, торчали облупленные носы старых, явно советских, лыж. Колян взял у меня куртку и по-хозяйски кинул поверх всего этого добра. Я разулся и пожалел, что надел чистые носки. Пол был не просто немытым, а ещё и заляпанным чем-то белым.
– Это Жора! – пояснил Колян, отследив мой взгляд, и подал тапки.
Я влез в слегка засаленные сланцы и переспросил:
– Кто?
– Да Жора. Замаялся за ним подтирать. Сейчас покажу. Но только тихо, он спит.
Колян поманил меня за собой. Мы прошли мимо закрытой двери первой комнаты и через проходную кухню попали во вторую.
Плотные шторы были задернуты, отчего вокруг царил полумрак. На диване я разглядел какого-то типа. Большой и бородатый, он дико храпел. Это вот кто на пол гадит, что ли? Я уставился на Коляна.
Тот прыснул со смеху, сощурив раскосые глаза, и шепотом сообщил: