Ловушка Силы
Шрифт:
Оранжевый кивнул и продолжил:
– Она вытащит тебя, чтобы убить. Сновиденный мир – только переходная точка. Дальше она откроет портал в мир неорганов. Физическое тело, энергетическое, сознание – всё пойдёт им на корм.
– Кому?
– Неорганам – сущностям неорганического мира. Ты – пропуск для её вечного существования и их мире. Непрерывность сознания, памяти, личности – вот что она получит взамен, – раздражённо объяснил Оранжевый.
Я попытался обобщить услышанное.
– То есть вы говорите, что моя мачеха собирается жить
Звучало дико.
– Именно, – кивнул Оранжевый.
– Может, вы её того? Ну, не могли бы вы мне помочь?
Оранжевый фыркнул, а Фиолетовый покачал головой:
– За ней – неорганы. Мы не можем и не станем биться со своими. Наш с тобой уговор этого не предусматривал. Но кое-что мы для тебя сделали. Неорганы не будут ей помогать в борьбе с тобой. Воюйте один на один.
– Призрачный шанс, – хмыкнул Оранжевый и повёл носом. – Она близко.
Внутри у меня всё тревожно сжалось, и я вцепился в плечо Фиолетового:
– А о каком уговоре вы сейчас? Наш уговор?
– Ты не помнишь, – ответил он, отстраняясь. – Но помним мы.
– Расскажем, если выживешь, – пообещал Оранжевый и взмахнул рукой, с лязгом выпуская когти. – А это – чтобы наш разговор не показался тебе пустым сном!
Я не успел отскочить. Стальные лезвия мелькнули возле лица и полоснули по плечу.
Позади парочки вспыхнул синий шар, по его поверхности зазмеились серебристые трещины. Близнецы шагнули внутрь.
– Не позволяй ей задеть тебя! – крикнул на прощание Фиолетовый.
Шар сжался в светящуюся точку и исчез.
Казалось, вокруг стало темнее, будто медленно наступал вечер. Небо заволакивало тучами. Зловещие силуэты склепов чернели на фоне голых деревьев. Внутри заворочалось нехорошее предчувствие, к которому стал примешиваться страх.
– Ах вот ты где, Андрюша! – раздался за спиной звонкий голос, я поспешил обернуться.
Лидуня. Мачеха. Ведьма. Мёртвая.
Она стояла в какой-то паре метров от меня и кокетливо улыбалась. Мачеха была всё в том же розовом платье, что и на похоронах. Из собранных в пучок белых волос выбивались пряди, завитками спадая на юное лицо.
Но ей же за сорок, и вообще мертвая! Я вспомнил похороны: толстый слой грима на лице и проступающие свозь него тёмные круги под глазами. Передо мной обманка. Наваждение.
Мачеха недовольно поморщилась под моим взглядом, и её лицо пошло трещинами, гладкая кожа начала осыпаться, как штукатурка, обнажая новую: синеватую и дряблую. Тонкие губы стали бледными и бескровными.
– Такой ты меня хочешь видеть? Да?! – завизжала она.
Я собрался с духом и ответил:
– Этот облик тебе куда больше к лицу, ведьма! – И выпустил фаербол, как учил Колян.
Лидуня явно не была готова к такому повороту. Огонь ударил ей прямо в лицо, опалил розовое платье, растрепал волосы. Вторую мою атаку она остановила, выставив перед собой руки со скрюченными пальцами.
– Решил поиграть,
Что-что, а орать она была мастер. Когда отец не видел.
Я отступил на шаг. Кажется, пора валить. Что там Колян говорил? Ногой дёрнуть?
– Андрюша, ты куда? А как же с мамой поговорить? – спросила ведьма певучим голосом, вмиг вернув обратно личину прекрасной блондинки у в розовом.
– Не мать ты мне! – прошипел я, сосредоточенно пытаясь почувствовать левую ногу. Кажется, начало получаться. Всё вокруг стало бледнеть и затягиваться туманом.
– А хочешь, я расскажу, как умерла твоя мать? – слова резанули по нервам, и мир мгновенно обрёл четкость.
– Ах ты, мерзкая гадюка! – здоровенный фаербол возник прямо передо мной, стоило только о нём подумать, даже не пришлось ничего руками изображать. Хорошо, теперь лети вперёд, ведьме в рожу!
Она выставила руки, рассеивая огонь, но не рассчитала сил. Часть пламени успела достать ведьму, волосы вспыхнули. Впрочем, они тут же отросли вновь и сложились в безупречную укладку. Стерва!
– Ух ты! Какая ярость! – ведьма хлопнула в ладоши. – Давай ещё!
Я сделал шаг вперёд.
– И как ты убила мою мать? Отвечай, гадина!
– Андрюша, какие нехорошие слова ты говоришь. Хорошо, что отец не слышит, – осклабилась ведьма.
– Отвечай! – заорал я, и мой голос разнёсся по кладбищу гулким эхом.
Ведьма перестала улыбаться и широко распахнула глаза, будто удивилась:
– Важно не как она умерла, Андрюша, а из-за чего. Или из-за кого. А умерла она из-за тебя! Представляешь, ты винишь меня, а она умерла из-за тебя?
Я в два шага подошёл к ведьме вплотную, не боясь уже ни её силы, ни того, что она мёртвая и собирается меня куда-то там утащить. Ненависть делала этот мир чётче, а меня бесстрашнее.
– Что ты сказала, стерва? Придушу на хрен!
Я протянул руки, чтобы исполнить свою угрозу, но ведьма перехватила их. Хватка у неё была железная, запястья словно стальные кандалы сжали. По телу растеклась слабость. Я попытался вырваться.
– О, понимаешь, они почему-то выбрали тебя, – промурлыкала она, улыбаясь. – Им нужен ты и никто другой. Из-за этого ты нужен мне. Из-за этого мне пришлось убить твою мать. Чтобы подобраться к тебе. Так что ты – причина всех бед. Подумай об отце. Если я заберу тебя, он же умрёт от горя. Кстати, как он там?
Перед глазами возникло лицо отца с беспомощно раскрытыми глазами и подрагивающим ртом. Я мотнул головой, отгоняя наваждение.
Она схватила меня за плечи и заглянула в глаза:
– Мне правда очень жаль. Я просто хочу жить вечно. А вы все умрёте, всё равно.
– Это ты умерла, а мы живы!
– Это пока, – прошептала мачеха. – Умрёшь ты, умрёт и отец. Только представь себе: сначала его покидает первая супруга, потом любовь всей жизни тоже умирает, а за ней уходит единственный сын.