Лягушка Баскервилей
Шрифт:
Хотя нет предела совершенству. «Мерс» блекнет перед «Бентли», последний теряется на фоне «Роллс-Ройса» ручной сборки, а тот – ничто около автомобиля арабского шейха с рулем из чистого золота. Только мне всегда кажется, что смотреть надо не в сторону богатых, а в противоположном направлении. Вот какое количество людей с тяжелыми сумками и детьми топчется на автобусных остановках, а потом, стоя на одной ноге, едет в переполненном салоне, слушая ругань коллег по несчастью? А ты рулишь в «девятке», под аккомпанемент любимой радиостанции!
Но Иван, похоже, принадлежит к породе
– На качественный автомобиль башлей нет, – мрачно подвел Иван итог. – И цвет барахло.
– Зачем тогда брал?
– Ну не пешком же ходить, – сердито объяснил Федосеев. – Кстати, еще выплачивать кредит надо.
– Взял в долг у банка?
– Откуда у меня средства на тачку? Ясный пень, пришлось одалживать у хапуг, теперь на проценты работать стану, – зудел Федосеев, шагая к отделению.
Я плелась за Иваном, испытывая гамму разнообразных чувств. Следователь мне абсолютно не нравился. Этот человек, похоже, обладает всеми качествами, которые не приемлю в мужчинах: нытик, завистник, лентяй. Но ведь Дегтярев очень редко просит меня о помощи!
– У нее, – бурчал Федосеев, – нет ни кондиционера, ни коробки-автомата.
Я, решив не спорить со следователем, на автопилоте ответила:
– Абсолютно верно.
И тут Иван Николаевич замер, пошатнулся и начал медленно оседать на тротуар.
– Что случилось? – испугалась я.
– Нога, – одними губами произнес Федосеев и упал на асфальт.
Примерно через два часа я, уговорив «Скорую помощь» отвезти Ивана в клинику, где работает Оксана, слушала подругу:
– Сломал щиколотку. Теперь покой нужен! – объяснила Ксюша.
– Уж присмотри за ним…
Ксюша кивнула:
– Не переживай, у нас травматолог отличный, сделает, что надо. Но ему необходимо следить за собой. Похоже, Федосеев в спортзал не ходит, вот и результат. Ведь кости можно укрепить диетой и физкультурой.
– Где уж сотруднику райотдела милиции следить за собой… – горько вздохнула я. – Знаешь, как они живут? Утром в девять подъем, потом фитнес-клуб, бассейн, три часа работы, обед, сон, игра в теннис, поход в кино, в одиннадцать в кроватку. Думаю, Иван правильно питается: овощи, фрукты, белая куриная грудка, минеральная вода без газа. А главное, он абсолютно уверен в своем будущем, регулярно откладывает часть зарплаты в банк, копит на старость, знает, что после увольнения из органов станет вести жизнь обеспеченного рантье, начнет ездить по миру, любоваться достопримечательностями…
– Ты серьезно? – спросила Оксанка. – Он служит в каком-то образцово-показательном месте?
– Просто глупо пошутила, – мрачно ответила я.
– В особенности по поводу спокойствия, – вздохнула Оксанка. – Пока Федосееву не сделали укол со снотворным, он был очень возбужден, постоянно твердил: «Убежала, убежала…» У него неприятности?
Я кивнула и ушла. Хватит пребывать в растерянности, мне необходимо срочно отыскать Розалию и добыть улики, свидетельствующие о том, что она – убийца. Я просто обязана выполнить просьбу Дегтярева, желающего перетащить Ивана в свой отдел. Зряшная, на мой взгляд, затея, но ему виднее, а он – мой лучший друг. Ну и каким образом
Глава 8
Учитывая остроту ситуации, я решила наплевать на приличия и сразу позвонила по одному телефону, который был указан на листке, данном мне Иваном.
– Алло, – ответил грустный голос.
– Позовите, пожалуйста, Волынкину.
– Слушаю.
– Мы не знакомы.
– Вполне вероятно.
– Меня зовут Даша Васильева.
– Что вам надо?
– Поговорить. Можно приеду?
– Сейчас?!
– Да. Конечно, понимаю, время позднее, но дело очень важное.
Из трубки послышалось покашливание.
– Девушка…
– Даша, – быстро напомнила я.
– Мне нет необходимости запоминать ваше имя, – схамила собеседница. – В базе ошибка. Вернее, не так. Я Волынкина, но не та. Ясно?
– Нет, – честно призналась я.
– Еще раз говорю, нет смысла приезжать. Я Волынкина, но не та, – вполне вежливо повторила Алина. – Вы откуда? Ювелирный бутик? Эксклюзивная мебель? Ничего такого не надо.
– Мне нужна Алина, дочь Зинаиды Райкиной, – терпеливо попыталась я объяснить проблему, – хорошая знакомая семьи Майковых.
– Ну, верно, – с огромным изумлением ответила женщина, – слушаю!
– Можно приехать?
– Нет.
– Очень надо.
– Девушка, – вышла из себя Алина, – немедленно объясните, по какому праву тревожите меня в столь поздний час! Ясное дело, я никогда не позволю незнакомой личности войти в свою квартиру! Тем более в такое время. Вы мне, правда, вреда не нанесете, дома муж, отец и два дяди.
Я ринулась в бой:
– Ваши последние слова – неправда. У Алины Волынкиной никого нет.
– Откуда знаете? Сейчас в милицию позвоню, – пригрозила собеседница.
– Я в некотором роде оттуда.
– Откуда?
– Фамилию Федосеева слышали?
– Нет.
– Это следователь, Иван Николаевич, он занимается делом…
– Вспомнила, – сердито перебила Алина. – А вы тут с какого бока?
– Федосеев заболел.
– Совсем не жаль! И при чем здесь я?
– Розалию Майкову вам тоже не жаль…
– Эту стерву?! – перебила собеседница.
– А себя? – закончила я свою мысль и быстро добавила: – Произошла случайность – Майкова убежала из-под стражи. Думаю, вам все же следует побеседовать со мной, я временно замещаю Федосеева. Если учесть обстоятельства дела, ваша жизнь может находиться в опасности.
– Жду, – коротко ответила Алина.
Волынкина встретила меня при полном параде – в красивом деловом костюме и с безукоризненным макияжем. То ли она недавно вернулась со службы, то ли не поленилась приукрасить себя ради неожиданной гостьи.
– Вы мало похожи на сотрудницу милиции, – констатировала она, окидывая меня взглядом. – А для полностью завершенного облика жены олигарха вам не хватает лишь сумочки от «Диор».
– Она у меня имелась еще утром, – усмехнулась я, – но, увы, погибла в сортире.