Лысая гора
Шрифт:
– Так есть у вас пропуск или нет? – зачем-то вновь спрашивает младший сержант.
– А зачем? – удивляется бригадир чистильщиков.
– Значит, у вас нет пропуска? – тут же заключает старший сержант. В его глазах мгновенно вспыхивает интерес.
– Неужели для уборки мусора нужен пропуск? – недоумевает Кожумяка.
– Ничего не знаю, нам велено проверять все машины, следующие на гору, – говорит старший и приказывает младшему, – иди проверь.
Младший сержант обходит машину, замечает стоящих на подножках
– Да ничего там нет, кроме мусоров, – говорит один из них.
– Что? – свирепеет младший сержант. – Что ты сказал?
– Ничего там нет, кроме мусоров, – отчётливо повторяет чистильщик.
Из зарешёченного окна кутузки наркоманы видят, как безголовый милиционер неожиданно получает кулаком в пах и падает. Чистильщики хватают младшего сержанта за руки за ноги, раскачивают его и закидывают в кузов. Затем то же самое они проделывают и со старшим, который поспешил на помощь младшему. Тут же включается прижимное устройство, и тела двух безголовых милиционеров одно за другим исчезают в недрах мусоровоза.
Наркоманы в ужасе отходят от зарешёченного окна.
– Ни черта себе, вот жесть.
– Полный улёт.
Тем временем бригадир приказывает бритоголовым:
– Сложить всё сюда и построиться!
Парни тут же складывают свои лопаты, мётлы, пилы и грабли на боковую полку мусоровоза и выстраиваются перед своим командиром. Потирая густые усы, Кожумяка обращается к байкеру Муромскому:
– Это все, Илюша?
– Да.
– А где остальные?
– Выбыли из строя.
– Помнится, год назад вас было в два раза больше.
– Я объехал всех, – отвечает Илья Муромский, – но за это время лишь десять человек остались трезвыми, включая меня и Злого. Остальные не выдержали.
– Ясно.
– Трое пристрастились к пиву, – продолжает отчитываться Муромский, – двое закурили, ещё двое соблазнились дурью, а один увлёкся экстази.
– Да, – недовольно тянет бригадир, – с такими темпами ещё через год в Киеве не останется ни одного трезвого. Ох уж эти гибриды! Никакого сладу с ними нет. Травят наш народ, как хотят. А твоя девушка как, Алёша? – вздохнув, обращается он к Злому. – Удалось её вернуть на путь истинный?
Злой тяжко вздыхает и, потупив глаза, качает головой.
Стоящий с краю Добрыня разъясняет:
– У них любовный треугольник: он любит её, а она любит сигареты.
– А ты кто такой? Новенький? – замечает его Кожумяка.
– Это Никита, – представляет его Злой. – Из моей школы парень. Но все его у нас Добрыней кличут.
– Добрыней? – удивляется Кожумяка. – Это хорошо, что тебя так кличут. Готов, Добрыня, сразиться с трёхголовым змеем-дурманом?
– Всегда готов, – добродушно пожимает плечами Добрыня.
– Ну, ладно, – вздыхает
– Всем, – нестройно отвечает отряд.
– Какая перед вами на сегодня стоит задача? – останавливает Кожумяка свой взор на Злом.
– Очистить Лысую гору от мусора! – чётко отвечает Злой.
– … а также от тех, кто мешает нам это сделать, – добавляет, усмехаясь, один из чистильщиков.
– Сейчас же выпустите нас отсюда! – доносится из недр мусоровоза милицейский голос.
– А ещё? – спрашивает Кожумяка, переведя глаза на Муромского.
– Изгнать с Лысой всех тёмных, – бодро отвечает Илья. – А также тех, кому претит здоровый образ жизни!
– Именно! – кивает Кожумяка. – Чтобы на нашей горе было так же чисто, как у вас и у меня на голове, – потирает он ладонью свою бритую голову, – чтобы Лысая стала зоной, свободной от дурмана.
Кожумяка собирает пальцы в кулак и, приветственно подняв его вверх, заканчивает своё напутствие привычной речёвкой:
– Трезвости?
– Да! – хором отзываются бритоголовые парни.
– Дурману?
– Нет!
– Наркоте?
– Крест! – все парни вздымают вверх свои правые кулаки, на которых чернеет косой крест, как знак отказа от дурмана.
– Бухлу?
– Крест!!
– Табаку?
– Крест!!!
– Жизни – жизнь!
– Смерти – смерть! – глухо отзываются парни и перекрещивают перед собой сжатые в кулаки руки. Со стороны их лысые головы выглядят, как черепа перед скрещёнными костями.
– Не дадим этой трёхглавой гадине одолеть нас! – продолжает напутствие Кожумяка. – Ещё недавно Лысая гора была единственным местом, где её не было. Но теперь змея дурмана добралась уже и сюда. Очистим гору от неё!
– Очистим! – дружно отзываются чистильщики.
– А затем спалим её в Майском костре. Но, прежде, – добавляет Кожумяка, – задача такая: прочесать всю гору и найти Зою – пятнадцатилетнюю дочки Навки. Многие из вас их видели здесь и хорошо знают. Правда, пока ещё неизвестно: то ли Зоя потерялась, то ли её похитили. Одета она была в белое платье. Ты, Илюша, давай дуй сейчас вперёд, объедь все боковые дорожки. Я поеду по главной.
Муромский встаёт на педали и тут же отъезжает. Кожумяка продолжает:
– А вы чуть повыше рассредоточьтесь вдоль всей дороги. И пойдёте цепью. Гой еси, добры молодцы! В путь!
Взмахом сжатого кулака указав путь, Кожумяка садится в машину, его помощники в комбинезонах запрыгивают на свои подножки, и оранжевый мусоровоз, взревев мотором, трогается с места. Следом за машиной мимо опустевшего кпп беспрепятственно проходят двумя стройными рядами добрые молодцы – чистильщики Лысой Горы.
Действие второе
Хождение по горе