Лысый... шиноби?
Шрифт:
Однако сейчас ничего не работало. Будто что-то не давало исцелить Нагато. На лбу Карин выступили крупные градины пота:
— Сенсей… — хрипло произнесла она спустя пять минут бесплодных попыток. — Такое впечатление, словно мою чакру что-то высасывает. Она не успевает исцелить тело. Это что-то в районе головы. Его глаза… кажется, они мешают…
В теле пациента ранее находилось множество обломанных чакроприёмников. Их удалось вытащить щипцами. При прикосновении к ним конечности немели.
Однако, несмотря на это, легче ему не становилось. Отверстия в теле им с Карин получилось зарастить. Но на этом успехи кончились. Общее состояние полутрупа ухудшалось. Помимо медчакры ему нужна была жизненная энергия. И Карин путём передачи своей чакры, богатой жизненной энергией, удалось на пару мгновений стабилизировать его состояние. Но не более.
— Сейчас выясним, — Цунаде ранее использовала технику мистической руки на всем его организме, в том числе и обследовала его чрезвычайно странные глаза. Странные, так как в них полностью отсутствовала чакра, словно они были двумя пустотами.
Ирьёнинам её уровня не требовалось проверять состояние зрачков, светить в глаза фонариком и прочей дилетантской ерунды. Всё она могла диагностировать лишь одним лёгким мановением ладони.
Потому веки ему раньше она не открывала. Сейчас требовалось исправить эту оплошность. Ибо она также ощущала, как энергия, вкачиваемая в организм её ученицей, уходит, словно бы в никуда, куда-то в район головы. Если же Карин смогла обнаружить аномалию в глазах, то…
— О, ками! — не выдержала Цунаде.
— Что это? Какое-то додзюцу? — спросила Шизуне.
Они знали о двух всемирно известных додзюцу кланов Учиха и Хьюга. Шаринган и Бьякуган. Чрезвычайно могущественные глаза, что в пробуждённом состоянии дают своим пользователям огромные преимущества не только в битвах, но также в обучении или ирьёниндзюцу.
Она же у Нагато не видела ни радужек, ни зрачков. Лишь тусклая серая склера, в которой едва различались линии, составляющие концентрический узор.
— Кажется, это риннеган, глаза мудреца, — сказала Цунаде. — Не думала, что когда-либо увижу их вживую…
— Риннеган? Что это? — спросила Шизуне.
Цунаде контролировала и побуждала органы Нагато и дальше функционировать. Карин по-прежнему вливала чакру в пациента. И, проследив её потоки, можно было почувствовать, как большая часть, в том числе и жизненная энергия, оседает именно в глазах. Вот только чакры в них от этого больше не становилось. Они всасывали её, словно чёрные дыры. И по-прежнему зияли чернильной пустотой в сенсорике. Телу же доставались сущие крохи, которых совершенно недостаточно для поддержания жизнедеятельности
— Потом… — качнула головой Сенджу. — Шизуне, нужно их вырезать.
— Глаза? — переспросила брюнетка. — Мы будем вырезать додзюцу у…
— Делай, что я говорю, — повысила тон Цунаде, гневно зыркнув на неё. Затем успокоилась и пояснила. — Если мы промедлим, он умрёт. Всю энергию впитывают его глаза. Тело же медленно умирает.
— Поняла, — кивнула Шизуне и, метнувшись на пару секунд за инструментами и бинтами, приступила к операции.
Стоило Шизуне извлечь странные глазные яблоки и запечатать их сначала в специальную банку с раствором, а затем и в фуин свиток, как ирьёнины обнаружили явный прогресс.
Дело сдвинулось. И с каждым мгновением Цунаде и Карин удавалось на йоту, но отдалить пациента от порога Чистого Мира. После активной фазы исцеления необходимо взять пробы крови. К слову, последней у пациента на момент начала операции и вовсе не обнаружилось. Сейчас же постепенно, очень медленно, по капле и лишь благодаря огромным энергетическим вливаниям Карин, но она восстанавливалась. Хотя Нагато всё ещё нуждается в переливании.
Впрочем, состояние Нагато всё ещё было тяжёлое. Стабильно тяжёлое, хотя и прогрессирующего ухудшения из-за отсутствия додзюцу больше не было. Сердце не справлялось самостоятельно и билось через раз. А иногда и вовсе останавливалось. Лишь при помощи специальной техники Цунаде удавалось запускать его вновь и вновь. Она боролась за жизнь Нагато. Но, несмотря на все усилия, жизнь едва теплилась в его теле. Будто умирающий сам не хотел жить. И сам стремился к порогу Чистого Мира.
Неужели Сайтама зря на неё положился? Получается, так. Но она ведь не ками. Даже с поддержкой от Карин — природного гения целительства и ходячей «аптечки» — у неё всё ещё не выходит улучшить его состояние. Пациент в коме.
«Нужно что-то делать», — подумала Цунаде, переводя взгляд с живого трупа на бледную, покрытую испариной Карин. Её ученица долго не протянет. Состояние Нагато далеко даже до удовлетворительного, несмотря на извлеченный риннеган. Воскрешать Цунаде не умела. А пациент на столе был скорее мёртв, чем жив. Но отступать она ни в коем случае не собиралась. Не тогда, когда на неё надеялся лысый.
На данный момент её знаний не хватало, чтобы помочь пациенту. Нужен был взгляд со стороны. Возможно, стоило применить другой подход.
— Шизуне, нам нужно связаться с ним, — твёрдо заявила Цунаде. — Его опыт нам может пригодиться.
— Вы про… — расширились глаза брюнетки в удивлении.
— Верно, я об Орочимару, — кивнула Цунаде. — Знаю, к нему раньше не было доверия. Проклятый Змей совершил множество жутких дел, в том числе и против нашего селения. Однако сейчас он на стороне Конохи.