Лысый... шиноби?
Шрифт:
– Небесная-хуесная… не ебёт вообще. Я не с тобой разговариваю, бабуин-переросток!
– Ты либо очень смелый, раз подстрекаешь нас к бою, либо идиот, – зло ухмыльнулась девушка. – Мы сильнейшие шиноби в нашей деревне. И да, я ни в какую секту вступать не собираюсь…
– Довольно разговоров, Куджаку, – сказал долговязый. – Очевидно, что парень идиот. Но это не даёт ему право так с нами обращаться. За такие оскорбления он должен умереть.
– А-ха-ха-хах, –
Отсмеявшись, назвавшийся Хиданом вытер невидимую слезу и стал серьёзным:
– Что же. Отлично. Вы познаете боль и будете принесены в жертву Джашину.
Хидан, злобно оскалившись, резко выхватил нагинату. Шиноби Такуми в ответ ощетинились своим оружием. Нукенин сорвался с места, однако на полпути вдруг застыл на месте.
– Блядь, Какузу! Какого хуя?
Руки парня оказались скованы черными щупальцами. Если присмотреться, то можно было заметить, что щупальца не однородные, а будто состоят из нитей.
– Я ведь говорил, чтобы ты не затевал никаких драк в черте города, – послышался хриплый голос. – Мы здесь по делу. И нам пока не с руки портить отношения с местными.
Позади молодого нукенина показался мужчина в таком же чёрном плаще с алыми облаками. Правда, лицо его было скрыто маской, как и у Какаши, а голову покрывал серый капюшон.
– Я понял, блядь. Отпусти меня!
Щупальца втянулись в рукава Какузу. И Хидан, зло сплюнув, повесил оружие обратно за спину.
– Не так быстро, мальчики, – пропела куноичи из Небесной Четвёрки. – Вы нам нагрубили, извольте заплатить за свои слова.
Мужчина в маске хмуро осмотрел девушку, потом её сокомандников. Те под его взглядом заметно поёжились.
– Хм… а вы недавно появились в книге Бинго. За вашего лидера дают пятнадцать миллионов, а за остальных по десять.
– Опять ты за своё! – сорвался на крик Хидан. – Вечно о бабле думаешь. Ничего святого!
– Заткнись!
Какузу задумался, после чего добавил:
– Если у вас какие-то претензии к нам или вы хотите крови моего напарника – мы ждём вас у горы Токудзо, что в километре от вашей деревни.
– Хидан, мы уходим, – бросил он сокоманднику.
Мужчина развернулся и уверенным шагом пошел к выходу. Молодой нукенин, выругавшись, побрёл за ним.
– Меня зовут Хоки. И мы – шиноби из Небесной Четвёрки – придём на бой! Через час! – твердо заявил долговязый, предвкушающе осклабившись. Остальные члены команды также растянули губы в хищном оскале.
– Отлично, – тихо пробормотал Какузу, не оборачиваясь. –
***
Итачи пребывал в размышлениях. С тех пор, как четвёрка Акацуки столкнулась с Сайтамой, прошло уже полторы недели, однако Учиха до сих пор ещё не отошёл от той битвы. Он прекрасно помнил ту неудержимую мощь, что демонстрировал лысый бог, помнил ту лёгкость, с которой он повергал одного нукенина за другим, и помнил ту жажду убийства, тот страх, что сковал душу Учихи, словно стальные путы.
А еще он, как сейчас, помнил разговор, что последовал после этого...
...Сайтама и Итачи сидели в одной из закусочных, что представляла собой небольшой, но уютный домик. Внутреннее убранство было самым обычным: несколько столиков со стульями, высокая стойка, за которой наблюдался сухонький старичок – хозяин заведения, да пара деревянных балок, поддерживающих свод крыши.
Пока готовился их заказ, лысый тупо пялился в потолок, развалившись на стуле. Из его живота то и дело раздавались жуткие звуки, пугающие редких посетителей, но Сайтаму это не особо беспокоило.
Учиха же безмолвно наблюдал за своим визави. Тот выглядел уныло, да и внешне напоминал какого-то оборванца: рубашка в дырках, шорты в подпалинах, да и на коже местами были следы сажи, лишь протектор остался относительно цел. Так с виду и не скажешь, что перед ним существо, вероятно, во много раз превосходящее по силе самого могущественного шиноби в мире.
Брюнет не знал, как себя вести с этим монстром, прикидывающимся простым человеком, поэтому он решил поддерживать маску холодного безразличия, которая плотно срослась с ним за годы пребывания в АНБУ, а после и в Акацуки.
– Ваш заказ, – к ним подошла молоденькая улыбчивая девчушка лет четырнадцати на вид. На столик споро были выложены две миски риса с подливой и два блюда со стейками для Сайтамы. Также были выставлены небольшие тарелочки с капустой и данго для Итачи.
Девчушка удалилась, а лысый шиноби спросил:
– Ты чего, мяса не ешь, что ли?
Учиха качнул головой. Сайтама на пару секунд завис, потом лишь пожал плечами. В следующий миг парень накинулся на еду, будто голодал не меньше недели.
Итачи только поднёс палочки ко рту, как одна из мисок с рисом и один стейк был прикончен лысым. Маска безразличия треснула, и Учиха выгнул бровь в удивлении. Не успел он прожевать капусту, как оставшаяся снедь была сметена, а миски вылизаны чуть ли не до блеска.
– А, кстати, итадакимас, – Сайтама довольно погладил себя по животу. После чего рукой подозвал молоденькую подавальщицу.
– Слушай, девочка, а фри у вас есть?
– Э-э-э… простите, – замялась девушка, смущённо потупив взгляд. – Но такого у нас нет…