Люби, Рапунцель
Шрифт:
Судя по всему, гендиректор Левин возражать не стал, потому что лицо Якова посветлело, а губы сложились счастливым бантиком.
– А как же работа?
– Даня скрестила руки на груди, пряча оттопыренные краешки блузки.
– Сегодня моя продуктивность все равно будет равна нулю. Я в стрессе.
– Чет не похоже, - проворчала девушка, в этот раз копируя манеру подозрительности Геры.
– Тогда могу доказать.
– Яков бросил мобильный на диван и направился к ней.
– Вот не надо мне ничего доказывать. Тем более, сейчас. Обойдусь!
Яков
– Обойдешься?
– понизив голос, переспросил он.
– Да.
– Даня с грозным видом сделала глубокий вдох.
– Не хочу.
– Не хочешь?
– Нет.
Десяток эмоций вспыхнуло на лице Якова, с бешеной скоростью они сменяли друг друга в сумасшедшем темпе. Лишь смятение пробыло чуть дольше. Тонкие пальцы на вытянутой руке тихонечко пошевелились, будто оглаживая воздух как альтернативу чему-то.
– Понятно.
– Яков опустил голову и, Даня могла бы поклясться, практически просканировал себя взглядом от мысков до груди.
– Хорошо.
– Хорошо?
– эхом отозвалась девушка, соображая, зачем он только что с таким серьезным видом осматривал свое тело.
– Но ты идешь со мной на каток.
– Яков подобрал рубашку и пиджак.
– С чего бы? А работать?
– Ты и работаешь.
– Он пристально следил за тем, как Даня отнимает одну руку от груди, оставив вторую придерживать все непотребство, и тянется за пиджаком.
– Ты взялась присматривать за мной, когда я нахожусь на катке. Забыла? Вдруг я пузом бухнусь на лед и больше не встану? За мной глаз да глаз нужен.
– Шантажируешь?
– Даня быстро расправила пиджак и прижала его к себе.
– Не, я таким искусством не владею.
– Ой, кому тут зубы заговариваешь?
– Все это могло бы прозвучать как отменная и уверенная насмешка. Могло бы… Если бы ее дрожащие руки были в состоянии справиться с чертовыми пуговицами! Ей казалось, что она как на ладони. Ее слабости и чувства.
– Хорошо, хорошо, уговорил.
– Согласилась, только бы он перестал так откровенно пялиться.
– Идем на каток.
– Только переоденемся.
– И я тоже? Мне не нужно.
– Твой наряд не для катания.
– Я на лед выходить не собираюсь.
– Уже собираешься.
– Такое чувство, что ты мне мозги промываешь. Я растянусь на льду в первую же секунду. Так что если желаешь посмеяться, то ты по адресу.
– Значит, ты согласна? Заметано.
– Э, э, э!
– Даня вцепилась в его свитер на плече.
– Провести меня решил? Умный ход.
– Я дам тебе что-нибудь из того, что выделила Белая Крыса.
«Еще и Регину каким-то боком приплел. И вид делает, что не слышит меня».
– Покатаемся.
– Яков открыл дверь и оглянулся.
– Ты посмотришь на меня… Чтобы я не перетрудился.
«Ну-ну».
– Инстинкт самосохранения отчаянно бил тревогу. Звоночек внутри Даниного разума не просто вопил, он верещал.
Яков, лед, коньки. В этом изысканном ассорти совершенно нет никакого подвоха.
Да-а… Так она и поверила
– Посмотришь на меня.
– Яков провел рукой по волосам отточенным движением рекламной модели. Чтобы и локоны красиво и без ветра взлетели и также живописно опустились обратно, покрыв спину и плечи.
– И тогда, может быть, у тебя возникнет желание… еще погулять. Считай, что у тебя внеплановый выходной. Оплачиваемый.
«Хитрая смазливая пальма.
– Даня мысленно тоскливо поскулила.
– Теперь мне не расслабиться ни на секунду».
Она по-солдатски стремительно натянула пиджак и снова скрестила руки на груди. Проходя мимо Якова, стоящего на выходе, ощутила легкое прикосновение к своему плечу.
– Помнишь первую ночевку у тебя дома?
– И?
– Даня сосредоточилась на собственном дыхании. Близость Якова сбивала ее душевные настройки.
– Ты сказала, все, что находится в пределах твоей постели, принадлежит исключительно тебе.
– И?
– Я ведь спал в твоей постели... Значит, теперь я твой.
* * *
Темно-бордовые шерстяные брюки облепили ноги, четко вырисовав каждый изгиб. По ощущениям казалось, что на ней только колготки. Но нет – смотрелось сносно и в пределах приличия.
«Ого, а я и позабыла, какие у меня на самом деле ноги. Похоже, даже стройные в некотором роде. Вот с этого бока, например. Не модельные… да. Но сойдет».
Даня на всякий случай оценила свой вид и с другого бока. А вдруг там - полный атас? Однако тонкая белая курточка приложением к брюкам смотрелась весьма недурственно. А еще маленький голубой шарфик вокруг шеи, и вуаля - иллюзия завершена. В зеркале затаилась юная спортивная девушка. Возможно, даже миленькая.
Она прыснула в кулачок, поражаясь собственным мыслям. По горло в ответственности застряла, а ведет себя как девчонка-подросток.
«Ай-ай-ай, не отрывайся от реальности. Тебе таких привилегий не положено.
– Даня поправила волосы. Сегодня они были почему-то непривычно пушистыми. От них так и разило веселькой.
– До чего дошла? Даже шевелюра твоя распоясалась, Шацкая. Время задуматься над своим поведением!»
За ее спиной раздались громкие девчоночьи взвизги. Даня обернулась. За ограждением на катке стайка девиц - по виду первокурсниц-второкурсниц - восхищенно пялилась на Якова, который начал потихоньку разминаться.
Посетить общественный каток, а не какой-нибудь закрытый в спортивном комплексе была целиком идея Левицкого. Дане ничего не оставалось как последовать за ним в торговый центр, оснащенный неплохим катком, но и заполненный разномастной публикой.
Яков чуть присел, отодвинув ногу, и в этом положении прокрутился вокруг себя. Девчоночки впали в новый приступ, сопровождаемый писками и кокетливым хихиканьем.
Гарцевать на коньках - та еще задачка. Выполнением Даня насладилась сполна, пока топала от зеркальной стены до ограждения. Сразу затащить себя на лед девушка не позволила и выбила пару минут для моральной подготовки.